Гуманитарные технологии Аналитический портал • ISSN 2310-1792

Герхард Фоллмер. Эволюционная теория познания. Часть E. Применение к эволюционной теории познания

Предыдущая глава показала, что теоретико-научные критерии оценки теорий могут применяться к теории познания. В случае эволюционной теории познания это очень важно, потому что здесь на теоретико-научные вопросы даётся ответ с помощью естествознания, прежде всего теории эволюции. Аналогичное в философских проблемах происходит постоянно. Мы перешагиваем границы философии, чтобы найти ответ на философские проблемы. Перешагивание в другие области оправдано тогда, когда там можно найти решение. Такие решения должны измеряться, естественно, с помощью теоретико-научных критериев Этот взгляд образует логическую основу настоящих исследований. Мы не можем доказать теорий об эволюции или о познавательных способностях. Но мы можем исследовать, являются ли они консистентными и проверяемыми и какой объясняющей силой они обладают.

Доказательство непротиворечивости со всей строгостью можно осуществить только в полностью формализованных системах. Так как мы не выдвигаем притязаний и не в состоянии дать формализованную теорию познания, требование консистентности не следует понимать в этом технико-доказательном смысле. Однако мы можем попытаться сделать очевидной консистентность в отношении эволюционного характера.

Можно ли для эволюционной теории познания сконструировать противоречие, в котором она или её следствия применяли его к себе? Из эволюции человеческих познавательных способностей следует, естественно, также развитие человеческого познания. Всё познание имеет свою историю, своё прошлое. Также и философское познание, особенно теоретико-научное должно иметь свою историю. Поэтому также и эволюционная теория познания подлежит эволюции. Это фактически имеет место; можно даже написать такую историю. Она, правда, коротка, так как охватывает только около 100 лет. Следствия этой теории, таким образом, объединимы с её утверждениями. Они самоприменимы.

Сходная проблема консистентности выступает для гипотетического реализма. Если всё наше знание о мире (его существовании и структуре) гипотетично, тогда также должны быть гипотетичны и высказывания о его познаваемости. Но этот факт в гипотетическом реализме принимается в расчёт ввиду того, что познаваемость мира вводится как предпосылка. «Если реализм истинен, тогда очевидна основа его недоказуемости» (Popper, 1973, 54). При этом не возникает противоречия.

Если, таким образом, эволюционная теория познания в этом отношении не имеет внутренних противоречий, быть может она имеет внешние противоречия с релевантными высказываниями науки? Её внешняя консистентность будет очевидной тогда, когда она непринуждённо, хотя быть может не полно, будет вписана в сеть фактов и теорий, представленных в частях B—D. Эта сеть получает свою связующую силу, с одной стороны, (диахронически) из эволюционной мысли, с другой стороны, (синхронически) из конвергенции многих научных дисциплин (этологии, антропологии, физиологии, генетики, психологии) в их высказываниях о познавательных способностях животных и людей. Поэтому было необходимым напомнить результаты и ответы конкретных наук.

Эволюционная терия познания — не изолированная теория, она находится в связи с результатами многих наук. Эта связь с релевантным базисным знанием является наиболее важным аргументом в пользу этой теории.

Далее, эволюционная теория познания — как уже указано ранее — проверяема: она имеет следствия, которые могут быть эмпирически верифицированы или фальсифицированы. Если познавательные способности сформировались в ходе эволюции, то должны иметься генетически обусловленные, врождённые структуры познания. По этому поводу Моно писал:

Если поведение содержит элементы, которые приобретены опытным путём, то они приобретены в соответствии с программой, которая является врождённой, то есть генетически обусловленной… Нет оснований предполагать, что с основными категориями познания у человека дело обстоит иначе, а может быть и со многими другими, менее основополагающими, но очень существенными для человека и общества элементами человеческого поведения. Подобные проблемы принципиально доступны для эксперимента. Этологи осуществляют такие эксперименты ежедневно. (Monod, 1971, 186f)

Врождённость является, следовательно, эмпирически фиксируемым понятием. Следует ожидать, что также и врождённые идеи, в форме врождённых познавательных структур, могут получить эмпирическое обоснование.

Ответ на вопрос об объясняющей силе мы должны немного отодвинуть. Правда, мы пытались сделать эволюционную теорию познания индуктивно очевидной, однако, её следствия, отвлекаясь от намёков, мы не рассматривали, так как сначала нужно было объяснить её системную ценность.

Следующую главу можно рассматривать как ряд следствий, которые имеются в разных областях. Естественно, это не означает, что эволюционная теория познания все эти следствия логически подразумевает. Скорее она помогает понять факты этих дисциплин или увидеть их в новой перспективе. В частности она отвечает на вопросы, которые поставлены в самой этой науке. Благодаря этому она сама получает определённое подтверждение; она подтверждает себя. Поэтому можно говорить о двусторонней связи.

Прежде всего, эволюционная теория познания представляет собой введение в вопросы происхождения, значения, охвата и границ нашего познания. Так, эволюционная точка зрения ведёт к теоретико-познавательной позиции, которую мы называем «проективной теорией познания». Она объясняет, в частности, в каком смысле возможно объективное познание мира. По поводу многих философских вопросов она не даёт, правда, однозначных решений, — такие надежды были бы обманчивы 89 и противоречили бы основной позиции гипотетического реализма — но она даёт установку и соломоново суждение. Это относится к вопросу о синтетическом априори, к спору между эмпиризмом и рационализмом, к проблеме о границах познания. Это относится также к языковедческим, антропологическим, теоретико-научным проблемам.

Ценность врождённых познавательных структур для выживания объясняет, почему они полностью приспособлены к области повседневного опыта, применимы для макрокосмоса до- и ранне-научного опыта, для «мира средних размеров» и почему они могут отказывать.

Это приспособление действует не только применительно к достижениям чувственных органов и восприятия, но также применительно к общим структурам познания, формам нашего созерцания, принципам заключения и к языку.

Мы можем только кратко обозначить некоторые из этих проблем. Обстоятельная дискуссия потребовала бы самостоятельного исследования. Задача, однако, состоит не в том, чтобы решить как можно большее число проблем, а в том, чтобы показать радиус действия эволюционной точки зрения и увидеть с этих позиций много вопросов. То, что среди них имеется много философских проблем, однозначно опровергает утверждение, что теория познания не должна иметь ничего общего с науками о действительности. Эмпирико-научная теория, которая даёт ответ на теоретико-познавательные вопросы, прямо соответствует теории познания!

Приме­чания: Список примечаний представлен на отдельной странице, в конце издания.
Содержание
Новые произведения
Популярные произведения