Гуманитарные технологии Аналитический портал • ISSN 2310-1792

Элвин Тоффлер, Хейди Тоффлер. Революционное богатство. Часть IV. Расширяя пространство. Глава 9. Великое кольцо

Сегодня происходит один из самых значительных в истории географических сдвигов богатства. Богатство находится в движении, как никогда ранее.

Так же, как мы меняем наши взаимоотношения со временем, мы меняем и свои отношения с глубинной основой пространства — местами, где создаётся богатство, новыми критериями выбора этих мест и того способа, каким мы их связываем между собой.

В результате этого наступает период пространственной турбулентности. Возрастающая «мобильность богатства» окажет своё воздействие на будущее рабочих мест, инвестиций, возможностей для бизнеса, структуру компаний, местоположение рынков и обыденную жизнь обыкновенных людей по всему миру. Она же определит судьбу городов, стран и целых континентов.

Азия, хо!

Поскольку Запад так долго и так выраженно доминировал в экономике, часто упускается из виду, что пять веков назад не Европа, а Китай обладал более передовой технологией, и именно Азия указывала путь остальному миру, выпуская полных 65 процентов всей мировой продукции.

Обычно забывается, по крайней мере на Западе, что в 1405 году армада из 317 кораблей с командами из 27000 матросов и воинов отправилась в одну из семи величайших исследовательских экспедиций. Согласно историку Луизе Леватес, командовал этим флотом адмирал Чжен Xe, китайский евнух-мусульманин, один из величайших мореходов. Его экспедиция исследовала берега Африки и Аденский пролив на Ближнем Востоке, достигла на западе Джидды и Дхофара и проложила торговые пути для Китая по всему Индийскому океану.

Прошло ещё два с половиной столетия, прежде чем эпоха Просвещения и ранняя промышленная революция положили начало великой Второй волне, которая постепенно переместила центр экономического, политического и военного могущества в Европу.

Но, однако, не навсегда. К концу XIX века центр создания мирового богатства вновь начал смещаться — дальше на Запад, в Соединённые Штаты Америки. Две мировые войны положили конец тому, что оставалось от экономического господства Европы.

К 1941 году, накануне нападения японцев на Пёрл-Харбор, вовлекшего США во Вторую мировую войну, Генри Люс, издатель журнала «Тайм», мог написать, что XX век уже стал «американским веком». Соединённые Штаты Америки, писал он, «должны стать добрым самаритянином для всего прочего мира, накормить все народы мира, которые в результате всемирного упадка цивилизации впали в голод и нищету».

И действительно, с того времени и особенно с середины 1950-х годов, когда возникла Третья волна и начался переход к наукоёмкой экономике, американская экономика доминирует. Но сдвиг богатства к Азии, сначала к Японии, а затем к так называемым новым развивающимся странам, таким как Южная Корея, в последующие десятилетия начал набирать силу.

Открывая шлюзы

Шлюзы начали приоткрываться в 1980-х годах, когда Китай узаконил и стал поощрять не очень коммунистическое стремление к обогащению. Эти шлюзы полностью открылись в 1990-х, и через них туда хлынули прямые инвестиции — примерно 570 миллиардов долларов за последние 25 лет.

В 2002 году агентство Синьхуа назвало поток прямых иностранных инвестиций «не чем иным, как чудом». Китай стал самым крупным их получателем — в 2003 году они равнялись 53,5 миллиарда долларов, обогнав даже США. В 2005 году прямые иностранные инвестиции в Китай достигли суммы 70 миллиардов долларов.

Своим замечательным взлётом Китай обязан упорному труду, интеллекту и инновациям его народа, освободившегося от ярма коммунизма; однако требуется вспомнить слова Генри Люса: это не могло бы произойти, если бы не поддержка США.

Люс, сын миссионера, работавшего в Китае, был убеждённым христианином и антикоммунистом, всегда интересовавшимся тем, что происходило в этой стране. И будь он сейчас жив, он испытал бы гордость за ту мощную поддержку, которую оказали Китаю Соединённые Штаты Америки, содействуя его экономическому подъёму. Однако возникает подозрение, что дело было тут не в альтруизме.

К 2003 году американцы влили в китайскую экономику 44 миллиарда долларов инвестиций. Кроме того, США предоставили гигантский рынок для китайских товаров, в том же году импортировав их на сумму 150 миллиардов. На тот момент совокупный экспорт Китая составил 436,1 миллиарда долларов, а его внутренний валовой продукт достиг цифры 6,5 триллиона долларов.

Тот год ознаменовался азиатским прорывом. Совокупный валовой продукт Китая вместе с Сингапуром, Южной Кореей и Тайванем почти приблизился к валовому продукту Германии, Франции, Соединённого Королевства, Италии и Испании — пяти самых крупных экономик Европы, а в эту калькуляцию даже не вошли ни Япония, ни Индия.

Если бы к азиатским странам добавить Японию и Индию, то совокупный валовой продукт азиатской шестёрки на три триллиона долларов превзошёл бы совокупный валовой продукт всего Европейского Союза с его 25 членами или США.

Итак, мы стали свидетелями грандиозного перемещения богатства и создания богатства по земному шару. Это можно рассматривать как продолжение движения, начавшегося тогда, когда экономическое могущество впервые переместилось из Китая в Западную Европу, а затем в США — как завершение великого исторического круга, возвращение экономического господства туда, где оно было сосредоточено несколько веков назад, — в Азию.

«Представьте себе мир 2050 года, — предлагает нам Роберт Маннинг из Совета по внешним связям. — Население Азии составляет более половины мирового; её экономика составляет примерно 40 процентов от мировой; в ней сосредоточено более половины мировой индустрии информационной технологии и высокотехнологичное военное оснащение мирового класса».

Однако завершится ли этим великий исторический круг? Продолжатся ли сегодняшние перемены в линейном — или следует сказать в круговом — порядке? Мы ещё вернёмся к будущему Китая и Азии. А пока следует обратиться к другим удивительным пространственным изменениям, сопровождающим создание революционного богатства.

Содержание
Новые произведения
Популярные произведения