Гуманитарные технологии Аналитический портал • ISSN 2310-1792

Александр Субботин. Классификация. Глава 11. Эмпирические и теоретические основания классификации

Естественные группы как эмпирические обобщения устанавливаются в результате сравнительного изучения объектов классифицируемого множества и их свойств, тщательного анализа и оценки важности того, в чём они сходны и различны. При этом группа обыкновенно обособляется на основании каких-то черт яркого сходства её объектов, их отличия от прочих объектов и уже затем подвергается специальному изучению в целях выяснения того, какие же признаки необходимо и достаточно характеризуют эту группу. В биологии, имеющей, пожалуй, самый большой и разнообразный опыт построения классификаций, известное изречение Линнея, что не признаки определяют род, а род определяет признаки, имеет не только онтологический, но и гносеологический смысл. «Это изречение выражает ту практику систематиков, что они не классифицируют на основании определённых признаков, а сначала составляют группы близких друг к другу форм, а затем подыскивают такие признаки, которые дают формальные основания для отнесения видов к той или иной группе», 13 — свидетельствует Любищев.

Сложные, иерархические системы классификации, примеры которых даёт та же биология, создаются посредством как индуктивных, так и дедуктивных способов. К более обширным группам, находящимся на высших уровнях иерархии и отделённым друг от друга значительными разрывами, применяется преимущественно дедуктивный метод, хотя при этом учитываются и данные, полученные индуктивным путём. Эти группы по определённым признакам делят на более мелкие систематические группы, устанавливая, так сказать, сверху их родо-видовые отношения. И это понятно, так как такие группы охватывают слишком большие совокупности объектов, чтобы их устанавливать только лишь последовательными индуктивными обобщениями, отправляясь от отдельных видов индивидуальных объектов. При таком дедуктивном способе классификации происходит не столько наращивание, сколько упорядочивание уже имеющейся информации. Поэтому этот способ тем более успешен, чем более имеется информации об исходной, подлежащей делению группе. Индуктивный же способ используется при установлении низших групп классификационной иерархии, когда имеют дело с группировкой малоизученных объектов. Этот способ не требует предварительного знания о существенных особенностях групп; он предполагает минимум первоначальной информации и наращивает её в ходе и при завершении процесса группировки. И так как в естествознании чаще всего сталкиваются именно с такой ситуацией, индуктивный способ классификации оказывается здесь более предпочтительным.

Типичный способ индуктивного группообразования описал Уэвелл. Кстати, для случая классификации, в которой естественные группы характеризуются такой совокупностью свойств, когда принимаются во внимание не только свойства, безусловно общие всем объектам группы, но вся совокупность тех свойств, из которых все встречаются у большинства этих объектов, а большинство — у всех. Такое часто имеет место в биологических систематиках. Уэвелл анализирует способ установления естественной группы посредством типа. Тип — это образцовый объект группы, рассматриваемый как преимущественно обладающий отличительными свойствами этой группы, обладающий её свойствами в самом отчётливом виде, в каком они вообще встречаются. Все классифицируемые объекты, более или менее уклоняющиеся от такого образца и всё же имеющие с ним больше сходства, чем с какими бы то ни было другими типичными объектами, группируются около этого образца и образуют таким образом группу. Эта концепция классификации по типам вызвала полемику в среде английских методологов науки. Дж. Ст. Милль, возражая Уэвеллу, указывал, что подобная операция установления группы посредством выделения типа вовсе не заменяет задачу определения группы, а напротив, способствует ей. Ведь типичный объект наиболее ясно и резко выявляет характерные черты группы, а значит, и те её признаки, которые призваны составить определение группы. Во многих случаях это действительно так. Группа при этом не только получает вполне точное определение по содержанию, но и чётко очерчивается по объёму.

Однако в некоторых случаях может иметь место иная картина, возможность которой тоже имел в виду Уэвелл, обращая внимание на способ классификации по типам. В предметных областях с множеством промежуточных форм тип может кристаллизовать нечёткую, размытую на своих границах группу. Говоря словами Уэвелла, такая группа, хотя и установлена твердо, не ограничена точно; она определяется не извне — границей, очерчивающей её объем, а изнутри — некоторым внутренним средоточием; не тем, что она строго исключает, а тем, что преимущественно включает. Включённые в такие группы объекты в разной степени подобны их группообразующему образцу, или типу, при том, что существуют и объекты, о которых трудно определённо сказать, какому из типов они более подобны. Примером такой типологической классификации могут служить типы человеческих темпераментов — сангвинический, меланхолический, холерический и флегматический, — как они подробно описаны И. Кантом в его «Антропологии» и в целом приняты всеми последующими психологами. Другой пример — предложенная Т. Адорно типология человеческих личностей. Адорно, исходя из известного деления К. Юнгом психологических типов на интровертный и экстравертный и расширяя эту типологию, выделил следующие психологические типы личностей: ориентированные на свой внутренний мир, ориентированные на внешние обстоятельства и ориентированные на традиционные ценности. Конечно, есть личности с ярко выраженной одной из таких ориентации. Но есть и такие, которые нельзя безоговорочно отнести лишь к одному из указанных типов, поскольку они совмещают в себе черты разных типов. А вот пример из области языкознания. Упоминавшаяся морфологическая классификация языков также относится к этой категории. В морфологической классификации языки мира подразделяются прежде всего на четыре основные типа: аморфные, агглютинативные, полисинтетические и флективные. Многие языки хорошо распределяются по этим типам. Как и во всякой типологической классификации, языки относят к тому или иному типу на основании наиболее характерных их признаков при том, что часто в языке, отнесённом к одному из типов, обнаруживаются отдельные черты, свойственные какому-либо другому типу. Но есть и много таких языков, которые, совмещая в себе признаки разных языков, занимают промежуточное положение между различными типами и не могут быть отнесены к одному и только одному их них. С промежуточными формами, доставляющими много хлопот ревнителям безукоризненно строгих классификаций, нередко сталкиваются и создатели биологических систематик. Как заметил на этот счёт английский ботаник Джон Рей, «природа отказывается быть загнанной в рабство точной системы».

Тщательный сравнительный анализ фактических данных и индуктивные обобщения составляют эмпирическую базу классификации. Однако для организации естественных групп в единую целостную классификационную систему совершенно недостаточно одних эмпирических оснований, здесь должно быть задействовано теоретическое начало. Например, при переходе в биологии от фенотипической систематики к филогенетической такое теоретическое начало было дано эволюционной теорией Дарвина. Для классификации химических элементов такое начало нашли в атомной физике: определённые физические характеристики строения атомов, от которых зависят и химические свойства элементов, и периодическая повторяемость этих свойств у элементов. И если в некоторых областях науки классификации до сих пор остаются на уровне первых эмпирических обобщений, то это в большинстве случаев связано с отсутствием подобных начал. В точном естествознании организующее теоретическое начало может быть найдено даже в абстрактных разделах математики. Классическим примером этого явилось решение Е. С. Фёдоровым задачи классификации кристаллов методами математической теории групп. Фёдоровские (или кристаллографические) группы пространственных движений с зеркальной симметрией позволили решить эту задачу в общем виде и таким образом охватить и упорядочить все многообразие встречающихся в природе структур кристаллов. Такое теоретическое начало может быть предложено и в качестве гипотезы. Разумеется, при этом печать гипотетичности накладывается и на всю классификацию. Яркий пример тому в современной науке представляет гипотеза о существовании кварков, выдвинутая М. Гелл-Манном и Г. Цвейгом. Кварки — такое название им дал Гелл-Манн, заимствовав его из романа Дж. Джойса, где оно означало нечто неопределённое, мистическое, — это гипотетические частицы, из которых состоят все известные адроны, элементарные частицы, участвующие в сильном взаимодействии: протоны, нейтроны, гипероны, мезоны и все резонансы. На основании этой гипотезы удалось объяснить основные закономерности физики этих частиц и дать классификацию адронов.

Таким образом, обнаруживаются два встречных движения при создании естественной классификации: скрупулёзное, как правило, занимающее много времени, накопление эмпирического материала и его индуктивные обобщения и нахождение теоретического начала, которое объединяет, систематизирует и объясняет эти обобщения. Одним из теоретических ходов мысли здесь может быть способ перехода от описания эмпирически установленных групп изучаемых объектов к определению и рассмотрению всех теоретически возможных их групп. Именно таким путём была решена проблема классификации структур кристаллов посредством федоровских групп преобразований. Было математически установлено, что этих структур существует 230. Так математическая кристаллография образовала основу для классификации, более емкую и богатую, чем эмпирические данные о формах кристаллов. Конечно, она полностью не исчерпала все разнообразие кристаллов, но, проклассифицировав их структуру, установила рамки для той их изменчивости, которая вызывается внешними условиями. О таком пути, размышляя над проблемой создания научной классификации почв России, говорил В. В. Докучаев. Наряду со способом простого точного описания различных существующих почв и их эмпирической группировки, он указывал на важность решения другой задачи: установление того, какие виды почв вообще возможны в России, что привело бы к фундаментальной научной их классификации. По его убеждению этого в принципе можно был бы достигнуть посредством выявления всей совокупности почвообразующих факторов, функцией от которых всегда и всюду является всякая растительно-наземная почва. Этими факторами являются: состав и строение материнской горной породы; климат данной местности; масса и характер произрастающей в ней растительности; её возраст, то есть время, когда слагающие её горные породы стали выветриваться и покрываться растительностью; наконец, рельеф местности. Надо только суметь в полной мере учесть все эти факторы. Но именно здесь в данном случае, как и во многих других аналогичных случаях, и коренятся главные трудности. «Без сомнения, на первом плане стоит здесь крайняя сложность условий, влияющих на почву; во-вторых, эти условия не представляют постоянных величин, а поэтому и трудно поддаются цифровому обозначению; наконец, по одним из упомянутых факторов у нас мало данных, а по другим и вовсе нет», 14 — признавался Докучаев.

Создание генетической классификации почв, в которой свойства почв и почвообразовательных процессов рассматривались бы в зависимости от почвообразующих факторов, оказывается делом несравнимо более трудным, чем создание описательно-эмпирической классификации почв. Тем не менее именно такой эколого-генетический подход, заложенный школой Докучаева, принят большинством русских почвоведов. И генетические типы почв, в которые объединяются почвы одинакового происхождения, имеющие сходные почвообразовательные процессы, а как следствие этого, и общие существенные свойства, становятся основными единицами почвенной систематики.

Естественную классификацию характеризует как достаточная полнота эмпирически установленных естественных групп, так и плодотворное теоретическое начало, решающее задачу систематизации этих групп. Наличие таких двух уровней в классификации и установление соответствия между теорией и эмпирией является обязательным для всякой естественной классификации. Соблазн создавать в опытной науке классификацию рационально-дедуктивно, исходя лишь из общих начал, как правило, приводит к образованию искусственных систем. Такой соблазн возникает в условиях недостатка эмпирических данных или же отсутствия их предварительного анализа и обобщения. В качестве примера непродуктивности исключительно дедуктивного способа классифицирования приведу предложенную А. Фулье классификацию человеческих характеров. Фулье исходил из общего психологического начала о существовании трёх основных отправлений душевной жизни — ума, чувства и воли, полагая, что различное развитие этих способностей составляет главную особенность всякого характера. В связи с этим он делит все характеры на три большие группы: интеллектуальные, эмоциональные и волевые. Дальнейшее подразделение на более мелкие группы осуществляется на основании особенностей каждой из этих сторон душевной жизни. Интеллектуальные характеры в этой классификации делятся в зависимости от того, является ли мышление человека конкретным или абстрактным, интуитивным или дискурсивным, сочетается ли интеллект с сильными или же со слабыми чувствами и волей. Таким же образом подразделяются эмоциональные и волевые характеры. Здесь классификация устанавливается сугубо формально-комбинаторным способом и, в сущности, не даёт никаких новых знаний о многообразии человеческих характеров помимо тех, которые уже заложены в посылках дедукции. И как классификация ещё не состоялась, если она не вышла за рамки первичных эмпирических обобщений, так она не может состоятся в качестве полноценной классификации, если без достаточной эмпирической базы будет полагаться на дедукцию из общих начал.

Особняком стоят в этом отношении классификации в математике. В последней нет такого разграничения знания на эмпирический и теоретический уровни, как в опытной науке. Абстрактные, идеализированные объекты математики изначально принадлежат теории и пребывают в сфере идеального бытия. Классификация здесь чаще всего получается как заключительный итог исследования, из решения некоторой теоретической задачи, результат которого показывает, какие образуются классы и каковы их характеристические признаки. Например, через построение формальной теории, в которой классы математических объектов определяются аксиоматически.

Приме­чания: Список примечаний представлен на отдельной странице, в конце издания.
Содержание
Новые произведения
Популярные произведения