Гуманитарные технологии Аналитический портал • ISSN 2310-1792

Техника

Наиме­нова­ние: Техника (образовано от греческого слова: τέχνη — искусство, мастерство, умение).
Опреде­ление: Техника — это собирательное понятие для обозначения множества феноменов, в которых человеческое мышление (разум) обнаруживает своё операциональное присутствие в мире.
Автор определения: В. В. Мацкевич.
Текст статьи: Авторы: В. М. Розин. В. В. Мацкевич. В. Г. Недорезов. В. С. Бернштейн. Подготовка элект­ронной публи­кации и общая редакция: Центр гумани­тарных техно­логий. Инфор­мация на этой стра­нице периоди­чески обнов­ляется. Послед­няя редакция: 21.10.2017.
Содержание:

Техника — это собирательное понятие для обозначения множества феноменов, в которых человеческое мышление (разум) обнаруживает своё операциональное присутствие в мире.

Понимание феномена техники

Понимание техники складывается в результате феноменологической редукции в разных подходах, при этом всякий раз за рамками понятийного оформления остаётся значительная часть содержания. Множество понятий техники, представляющих различные подходы к ней, дополняют друг друга, составляя сложную рефлексивную картину отношения мышления к феномену техники:

  1. Субстанциональные редукции включают в понятие техники исторически развивающуюся совокупность создаваемых человечеством физических средств (инструментов, орудий, устройств, механизмов, машин и других артефактов), которые позволяют людям использовать естественные материалы, явления и процессы для удовлетворения своих потребностей, а также различные социотехнические системы (включая и такие специфические, как «мегамашины» Л. Мамфорда, или, например, социальные институты и государство). В этих контекстах техника рассматривается как артефакт (искусственное образование), она специально изготавливается, создаётся человеком (мастером, техником, инженером). При этом используются определённые идеи, знания, опыт, а объектом специального интереса становится организация технической деятельности (технология в узком смысле слова). Это может быть как индивидуальная деятельность мастера (либо группы, цеха мастеров), так и сложные формы организации коллективной деятельности («мегамашины»), проходящие долгий исторический путь развития (от трудовых армий фараонов до современных промышленных производств). Всё множество артефактов можно разделить на два больших класса: технику и знаки. Техника функционирует и развивается по законам как первой природы, так и практической деятельности (техническое устройство, с одной стороны, есть известная практическая деятельность или средство деятельности, с другой — в нём реализуются определённые природные процессы). Знаки же живут по законам языковой коммуникации (они транслируются, их нужно понимать и так далее) и семиотической деятельности, её преобразования и оптимизации. И хотя любое техническое сооружение как-то означено в культуре и описано в языке, сама техника не является языком.
  2. Аксиологические редукции включают в понятие техники ценности и цели (власть над природой, борьбу за существование и отбор, широко понимаемое творчество), а также знания и навыки, с помощью которых люди создают и используют эти средства в своей деятельности. В этих контекстах техника является «инструментом», то есть всегда используется как средство, орудие, удовлетворяющее или разрешающее определённую человеческую потребность (в силе, движении, энергии, защите и так далее); нередко к технике относят также и те знания и навыки, с помощью которых люди создают и используют эти средства в своей деятельности.
  3. Натуралистические редукции рассматривают феномены техники как некую «геологическую» формацию естественной истории (например: техносфера, ноосфера Э. Леруа, П. Т. де Шардена и В. И. Вернадского). В этих контекстах техника рассматривается как самостоятельный мир, особая реальность. В этом смысле техника противопоставляется природе, искусству, языку, всему живому, наконец, самому человеку. С развитием техники связывается определённый способ существования человека, а в настоящее время и судьба цивилизации.

Распространены также антропологическая, эпистемологическая, социологическая и ряд иных редукций. Редукционизм в определениях понятия техники неизбежен, поскольку полнота рефлексии отношения мышления к миру воплощается в самой технике. В этом смысле мир, как интенциональный объект мышления внеположен самому мышлению как нечто иррациональное, подлежащее рационализации. Установка на рационализацию мира находит своё выражение в технике. С другой стороны, техника выступает мерой рационализации мира.

В определённом смысле техника как феномен человеческой культуры рядоположна философии и познавательной установке мышления. В этом смысле техника и философия (в расширительном значении, включая науку, логику, методологию и иные формы проявления философского мышления) выражают две разные интенции мышления. Каждая из интенций по-своему рационализирует мир, утверждает и удерживает внеположенный мышлению мир в своих специфических объектах, предметах и категориях. Отношения между двумя указанными интенциями (техникой и философией) могут строиться, скорее, как перевод содержания объектов, предметов и категорий в языках друг друга, нежели как объекты взаимной активности. Философии мир дан в идеальных объектах, понятиях и универсалиях; технике мир дан во взаимодействии тел и сред. Философия исследует, творит и преобразует свой мир, так же как техника — свой. Техника и философия постоянно обмениваются между собой своими достижениями и продуктами, но их развитие и история гетерохронны. Агрегатные состояния тел и изменяемые среды, с которыми техника давно имеет дело, гораздо позже становятся предметами интереса философии и науки, так же как и открытия науки и философии, далеко не сразу становятся предметом технического освоения. Синхронизация истории техники и философии осуществлялась в несколько этапов. В конце XVIII века К. Монж объединил технические и теоретические знания в высшем образовании и в деятельности инженеров. С этого момента ведёт свою историю современная инженерия, как деятельность, вобравшая в себя обе интенции мышления. Несколько по-другому сборка и комплексирование обеих интенций осуществлялась в философии техники, которая строилась на встречном движении, — от философии к технике и от технике к философии. Рефлексивное конфигурирование техники и философии осуществляется в деятельностном подходе.

Категоризация понимания техники может задаваться несколькими способами, например тремя наиболее распространёнными категориальными парами:

  1. Техника и мир. Техника как оискусствление (артификация) естественного, достраивание естественного порядка (космоса) искусственным порядком (таксис). Техника в этом случае выступает как привнесение в естественный порядок вещей искусственного упорядочивающего начала. Материалистические представления рассматривают технику как комплекс орудий, машин и механизмов, и техногенную среду, в которую включена и природная среда. Ноосферные представления рассматривают иные природные сферы — как включённые в сферу разума и техники и преобразованные. Так же как биосфера меняет природные сферы (атмосферу, гидросферу, литосферу и другие), ноосфера преобразует всё это и оискусствляет их. Тем самым техника создаёт самостоятельную реальность и бытие, вполне соизмеримые с бытием явлений первой природы. При этом рационализированные искусственные среды часто оказываются ничуть не лучше естественных для человека, к ним необходимо так же приспосабливаться, или так же менять их, как до оискусствления техника меняла естественную среду. Это порождает комплекс аксиологических, этических и прагматических проблем, на которые техника реагирует дальнейшим воздействием на тела (включая тело человека) и среды. Философия, в свою очередь, меняет этические и аксиологические установки и концептуализирует новые среды и сферы (физическая среда, информационная, социальная, семиотическая и другие). Техника внедряется и распространяется и на эти среды, так как большинство из этих сред имеют техногенное происхождение. Техногенные среды парадоксальны относительно техники, их породившей. Будучи искусственными по происхождению, эти среды даны в технике как оестествленные или просто естественные. Будучи продуктом техники, техногенные среды никогда не присутствовали в ней как цели. Технические цели сосредоточиваются на средовых единицах. В физических средах цели техники направлены на физические тела; изменяя тела, техника оставляет следы в средах, преобразуя их. Когда для техники открываются новые среды, возникает проблема аналогов тел в физических средах. Так, в семиотической среде (среде техногенного происхождения, порождённой интенцией мышления), аналогом тела становится знак, относительно знака формулируются технические цели и строятся семиотические орудия и машины (письменность, математика, языки искусства и другие). Целевая направленность техники на тела или их аналоги в других средах, с одной стороны, и способность техники порождать техногенные среды, с другой, требуют раздвоения техники как интенции мышления на две составляющие, по аналогии со схоластическими первой и второй интенциями. Продуктами первой технической интенции являются конкретные технические достижения, изобретения и вещи культуры; продуктами второй технической интенции выступают техногенный мир, культура, виртуальные среды.
  2. Техника и человек. Техника как расширение и усиление естественных способностей человека, не связанных с творением, по крайней мере, материальным творением или творением в материале, и как проблематика тварности человека, когда сам человек становится объектом технического отношения. Всякое проявление человека может рассматриваться как отправление природы человека и искусственная форма, которая этому отправлению придаётся. Эта искусственная форма естественного отправления человека и есть техника. В такой трактовке машины и машинность, инструменты и инструментальность выступают акциденциями техники, но не её субстанцией. С другой стороны, в технике важен именно аспект искусственности (например, можно выделить и описать несколько техник спринтерского или марафонского бега, но нельзя считать техникой разновидности бега у лошадей, поскольку галоп, аллюр, иноходь, рысь — природные особенности их бега; если же лошадь обучается человеком некоторому движению, то речь может идти о технике дрессировки, то есть также об искусственной форме отправлений человека, где обучаемая лошадь выступает природным материалом преобразования, страдательным и претерпевающим). Существование современного человека (современность в данном случае определяется периодом 40 000 или более лет) вне техники возможно только в спекулятивных построениях. Феноменально же человек присутствует в искусственной форме своих природных отправлений, то есть в технике. Техника есть энтелехия человека. Отсюда следует проблематика тварности человека: проблема субъекта творения (кто: боги, Бог, сам человек, труд), проблема предиката (что делается, или что сделано?), совершенная и несовершенная форма (совершенность как в распредмеченном смысле, как эстетический вывод или результат критики способности суждения, так и в опредмеченных — грамматическая категория глагольных форм), проблема зеркальности, симметричности и взаимообратимости субъекта и предиката (что есть образ, что есть подобие?). Тварность и несовершенность человека (в обозначенных смыслах) делают возможными практику воспитания, антропотехнику, социотехнику, гуманитарные технологии.
  3. Техника и мышление. Мышление (см. Мышление) объективирует технику в идеях, понятиях и концептах. В свою очередь, само мышление рассматривается как деятельность (см. Деятельность), и проявления мышления рассматриваются как мыслительные техники. Чаще всего техника как объект мыслится в прагматических формах. В позитивном отношении такое мышление представлено либо инженерией, либо техницизмом и технократизмом, а в негативном приобретает черты антитехницизма, в частности луддизма, наиболее активно выражающего технофобию (страх перед техникой, которая отчуждена от человека и воспринимается им в качестве угрозы его бытию). Технократизм дополняется технокритицизмом, предметом которого является не оппонирование технократизму, а критика инженерной рациональности и технической интенции. Особого обсуждения требует тема философских техник. Например, дискурс как техника или как изощренная искусственная форма естественного (оестествленного) отправления — речи. То же самое возможно отнести к поэзии, художественной речи, проповеди и тому подобным формам. Существуют специальные философские техники (распредмечивание и опредмечивание, конфигурирование, феноменологическая редукция), рефлексивные техники (интроспекция), критика и аналитика, индукция и дедукция (см. Индукция и Дедукция), и другие. Различные философские подходы пользуются разными философскими техниками, так же как и творцы философии, авторы текстов и создатели философских техник, что определяется целями, задачами и первой технической интенцией. Но вторая техническая интенция предполагает существование философии как особой среды. Средовые характеристики философии рефлектируются как эпохи или периоды (Просвещение, Романтизм, Постмодернизм). В постмодернизме философия как среда существования философа рефлектируется наиболее отчётливо. Отсюда выявляются специфические объекты интереса постмодернистов к телам и их элементам в этой среде (тексты, знаки, симулякры), к технике работы с телами философии (письмо, нарратив, дискурс), к средовым процессам и взаимодействиям (хаос, ризома, игра, складка). Осознание превалирования (неважно, действительного или мнимого) второй технической интенции в философии над первой оформляется в тезисе о «смерти автора». Приписывание технике атрибутов автономности и эмерджентности также является концептуальным следствием обнаружения второй технической интенции (при недостаточной концептуализации её следствием может стать технофобия). Творец и автор утрачивают контроль над последствиями своих технических действий, техника как бы живёт своей жизнью, сама становясь средой обитания человека и особым миром. Понятийное отождествление тел технической среды (например, машин) с самой средой предполагает, что всё искусственное так же подвластно человеку, как и собственно тела. Так, автомобиль-машина — тело техники, управление автомобилем тоже техника (или искусственно усиленная способность человека манипулировать телами), автомобильное движение складывается из тел, каждое из которых подвластно человеку, и при всём этом человек в иных случаях оказывается жертвой автомобильного движения. В гипертрофированном виде такое отношение человека к рукотворному миру проявляется, когда человек сталкивается со сложными машинами, менее понятными, чем автомобиль (например: художественный текст, вынуждающий автора к определённым сюжетным поворотам помимо авторской воли, компьютерная сеть, порождающая виртуальные потребности, социальный институт, реализующий собственные цели, вместо выполнения функции, для которой был создан, и так далее) и тем самым определяет широко распространённое утверждение, согласно которому техника, будучи обусловлена человеком, одновременно обусловливает сама себя, а человек, в свою очередь, будучи техническим существом или субстратом техники, уже давно не властен не только над собой (о чём, например, пишут многие психологи), но и над продуктами собственного творчества, несмотря на то, что он создаёт технику и управляет (или пытается управлять) ей.

Указанные парадоксы, проблемы и фобии являются результатом понятийного редукционизма техники, и снимаются самой техникой, как установкой мышления на рационализацию мира. Даже тот мир, который наполнен продуктами рациональной деятельности и имеет техногенное происхождение, внеположен мышлению как иррациональный, значит требующий рационализации, то есть технического отношения к себе. Рационализация и техническое отношение снимают иррациональность, не оставляя причин для возникновения фобий. Проблемы и парадоксы, возникающие в столкновении человека с техногенной средой, очевидно должны быть отнесены к мышлению, где они и решаются в рамках философской интенции, а не к собственно технике.

Осмысление феномена техники

Техническое знание в широком смысле — это знание о способах, приёмах и методах возможного преобразования человеком объектов внешней действительности в соответствии с поставленными целями. В своих простейших формах оно обнаруживается на самых ранних этапах становления человека, как разумного биологического вида (Homo sapiens), осуществляющего трудовую [техническую] деятельность и создающего технические средства, изделия и сооружения. Рационально-техническая компонента деятельности человека поначалу существовала органически, в единстве, слитно с естественно-практической, данными от природы формами жизнедеятельности и привычным жизненным укладом. В практической сфере у первобытных сообществ органические, природные проявления человеческой активности тесно переплетались с осуществляемыми ими техническими действиями. Всё это осуществлялось в традиционных, веками устоявшихся формах, приобретавших нередко ритуальный характер, которые казались «вечными» и не требующими рационального обоснования.

Прогресс технического знания на этом этапе характеризовался:

  1. развитием способностей человека к проектированию возможных, но не существующих артефактов (искусственных объектов);
  2. взаимозависимым усложнением технических средств труда, структуры сознания и предметно-практической деятельности;
  3. приспособлением к усвоению, накоплению, трансляции знания в знаковой, схематической, символической форме.

На первых ступенях развития технического знания и дальше, вплоть до XVI–XVII веков, технические средства, изделия и сооружения создавались на основе технического опыта, включающего образцы технической деятельности и техники, а также правил, в соответствии с которыми техническая деятельность строилась. При этом использовались различного рода знаки и знания (атрибутивные, эмпирические, а начиная с Античности, и научные). На протяжении длительного времени люди не осознавали искусственный характер изделий, созданных их трудом, считая это проявлением участия духов или богов и полагая, что создание изделий сводится к нахождению определённых действий (то есть мастерству, искусству), склоняющих сакральные силы действовать так, как это нужно человеку. В этом смысле вся древняя техника была магической и сакральной, поэтому техническим знанием владели посвящённые. В дальнейшем развитии техники её осознание стало включать и рациональные представления.

В Древнем мире доминировали наиболее простые нерефлексируемые типы знаний, опосредующих техническое действие — «знания-инструкции» и «знания-рецепты», выраженные числами, способами вычисления и чертежами моделей. С точки зрения объективного процесса, характеристики технического изделия «нащупывались» как поиск правильных [технических] действий в пространстве «смысл — опыт — эффективность».

Можно выделить следующие характеристики ранних форм технического знания:

  1. Синкретизм. Техническое знание на этом этапе совершенствовалось благодаря редким эмпирическим находкам, которые закреплялись и транслировались коллективным опытом сообщества в традиционных формах деятельности, в которых основным средством передачи общественного опыта от одной группы к другой и так далее, является следование установленному («традиционному») образцу, причём эта передача обеспечивается благодаря действию определённых социальных институтов. Социальная информация здесь не расчленена на информацию о предмете, способе, мотивах, целях и так далее действия. Программа передаётся целостными комплексами, в которых не отделены друг от друга (то есть не осознаны, не воспроизведены отдельно в соответствующих знаковых моделях) субъект, объект, процесс и способ деятельности.
  2. Дорефлексивность. Непосредственная цель деятельности при этом обычно предстаёт в превращённой мнимой форме, внешней по отношению к её содержанию: подчинение старейшинам, родовым традициям, религиозным императивам. Содержание деятельности не подлежит рациональной рефлексии, средства деятельности слабо соотносятся с реальными целями, их выбор определяется традицией. Изменения происходят медленно и почти незаметно, закрепляясь подобно принципу «естественного отбора», и становятся зримыми только по прошествии длительного исторического периода. Ведущими в трансляции технического знания являются механизмы наследования, воспроизводящие в неизменности сложившиеся структуры технической практики и, тем самым, цементирующие традицию.
  3. Эмпиричность. В этот период человек ещё не осознал себя как субъекта своей же технической практики. Техническое знание, существовавшее главным образом в виде навыков простейших действий с предметами труда, носило эмпирический характер, не имело самостоятельного значения, не обособляясь в системе человеческой жизнедеятельности, подчинённой иным, в том числе, нетехническим целям. Техническое знание на этом этапе органически включено в реальные механизмы жизнедеятельности, и приобретая социальный характер, оформляется в качестве социотехнической деятельности, объективируется.
  4. Нормативно-рецептурный характер. Организация работ в традиционных обществах является своеобразным социальным институтом, где определённая каста управляющих хранит свои технические знания. Осуществление связи теоретического знания (например, астрономии или математики) с практическими техническими навыками (сельскохозяйственная деятельность или измерение площадей) становится функцией специальной группы, чья институционная роль определяется её святостью, прямой связью с властью, которая может быть употреблена для блага человека или во зло ему. Технические правила, легко формируемые, принимают форму нормативного закона или божественной санкции.
  5. Традиционализм. Техническое творчество носит преимущественно безличностный характер, технические новшества не имеют конкретного автора, их распространение в обществе затруднено. Это было особенно характерно для радикальных новшеств, которые вступали в противоречие со сложившимися социальными институтами, например кастовым разделением труда или системой ремесленных цехов. Разрушая традиционные механизмы наследования, они характеризовались значительным разрывом с традицией, освящённой существующими религиозными нормами и опытом предшествующих поколений. Человек с момента рождения был жёстко включён в эти социальные институты, что ограничивало выбор средств и методов технической деятельности и определяло характер трансляции технических знаний в обществе, осуществлявшейся, преимущественно, путём непосредственной передачи личностного опыта от отца к сыну.
  6. Имперсональность. Техническое знание, достаточное для ведения натурального хозяйства или той или иной разновидности ремесленного производства, существует преимущественно в «личной» форме умений и навыков. Оно, в сущности, неотделимо от обладателя знания; нет и «материи», в которой оно могло бы существовать, будучи отделённым, от своего владельца — устойчивой системы понятий, способных его выразить. Поэтому не существовало, и не могло быть, социализированного, надличного «мира» большей части технического знания. «Личная» форма знания препятствовала его переносу на более широкие области, его универсализации и обобщению.

В ходе человеческой истории постепенно развивалось отношение к природе как объекту познания и преобразования. Первые достаточно развитые формы теоретического освоения действительности возникают в Античности, где было введено и обсуждалось понятие «технэ». Однако античное «технэ» — это ещё не техника в нынешнем понимании, а всё то, что сделано руками. Наряду с этим теоретическая деятельность отделяется от религиозной и политической. Практическая техническая деятельность и научное знание относятся уже к разным ценностным сферам, их взаимодействие носит сложный и противоречивый характер, что определяется спецификой полисной социальной структуры и агональным (соревновательным) характером мироотношения жителей греческих полисов. Познание осуществлялось преимущественно путём формирования носящих умозрительный характер рационально-философских схем, в то время как техническая орудийная деятельность существовала до и вне всяких теоретических обобщений. Таким образом, практическое и теоретическое знание всё больше обособлялись.

В Античности, где было введено и обсуждалось понятие «технэ», отмечается первое осознание самостоятельной роли техники в культуре (см. Культура). Поскольку античная философия сделала предметом своего анализа прежде всего знание и бытие, то и создание вещей требовалось объяснить сквозь призму этих представлений. Платон в «Государстве» (10, 595–599b) говорит, что существуют три скамьи: идея («прообраз») скамьи, созданная самим богом, копия этой идеи (скамья, созданная ремесленником) и копия копии — скамья, нарисованная живописцем. Таким образом, для Платона реальные вещи выступали как воплощение истинных знаний («идей», «начал», «причин» бытия). Он считал, что ремесленник (художник) не творил вещи (это была функция богов), а лишь выявлял в материале и своём искусстве то, что было заложено в природе творцом и затем познано в науке. Техника как «создавание» вещей впервые была отрефлексирована Аристотелем, который связывал искусство («искусство» в античном понимании — это всякое изготовление, включая техническое) и деятельность («создавание») с достижением цели и способностью действовать в отношении определённого предмета. При этом Аристотель указывал на опосредование технического действия (искусства, создавания) планом мышления и научными знаниями. Наиболее характерный пример таких знаний в античной культуре — технические знания Архимеда. Начиная с этого периода, формируются и собственно научное мышление, и отдельные науки (см. Наука). Рациональное философско-научное мышление античной культуры оказало значительное влияние на развитие техники и адекватных ей форм осознания. Наряду с этим, в Античности постепенно начинает разделяться представление о техническом искусстве, как «нащупывании» правильных технических действий, и как технических действиях, направленных на создание технического изделия. Способствовала этому, в частности, и оппозиция аристотелевских категорий «форма — материя — деятельность».

В Средние века оппозиция двух пониманий техники уже сознательно обсуждается в философии (см. Философия). С точки зрения средневекового мастера (техника), создание вещей есть всего лишь подражание Творцу, который по слову мистически творит вещи «из ничего». Человек же только подготавливает материал вещи, придавая ему форму произведения, необходимую для божественного акта творения. В этом смысле мастерство — это и приготовление такой формы (произведения) и действие через мастера божественного акта творения, то есть синергия человеческих и божественных усилий-действий. Таким образом, вместе с идеей приготовления формы вещей и необходимого для этого мастерства в технику начинает входить идея создания технического изделия, как необходимое условие реализации технического замысла. В объективном плане технические изделия по-прежнему создавались в пространстве «смысл — опыт — эффективность», хотя искусство изготовления стало значительно более сложным, в частности, опосредовалось использованием научных и математических знаний.

В период Возрождения происходит смена ведущего культурного начала: на первое место снова выходит рациональное, философско-научное мировоззрение, в котором начинают переосмысляться средневековые представления. Постепенно складывающиеся в этот период прагматические отношения с природой требовали «объектного» восприятия мира. Формировалось отношение к природным явлениям, к пространству и времени как к чему-то существующему независимо от человека и его действий, как к внешним реальностям, которыми можно и нужно «овладевать» и «управлять». Другая важная особенность Ренессансной культуры — новое понимание человека. Человек эпохи Возрождения сознает себя уже не в качестве твари Божьей, а свободным мастером, поставленным в центр мира, который по своей воле и желанию может стать или низшим, или высшим существом. Хотя человек признает своё Божественное происхождение, он и сам ощущает себя творцом. Естественная магия начинает уходить, уступая место инженерии. Идеи эпохи Возрождения — «проекта» и «строя» уже вполне приближаются к современным: строй — это устройство вещей, созданных по техническому замыслу (проекту), выражающее не материал, а вещь — как произведение инженера. Тем не менее, в объективном плане определение характеристик технического изделия по-прежнему основывалось преимущественно на опыте.

В Новое время понимание техники и отношение к ней начинает существенно меняться, не в последнюю очередь потому, что человек не мог уже не замечать её влияния (не всегда благотворного) на различные стороны своей жизни. Только в культуре Нового времени совместными усилиями философов, учёных и техников удалось сформировать новый, собственно инженерный способ создания технических изделий, где реализация технического замысла опосредуется изучением материалов, сил, энергий и процессов природы и построением их математических моделей. Хотя сооружения античной техники тоже частично рассчитывались и при их создании иногда использовались научные знания, всё же главным при этом был опыт, и творчество техников мыслилось не как создание «новой природы», а лишь как искусственная реализация заложенных в мироздании вечных изменений и превращений разных «фюсис» (природ). В этом смысле техническое творчество и в Древнем мире, и в Античности, и в Средние века было своеобразным «технико-магическим» творением вещей и машин. В Новое время, напротив, техническое творчество осмысливается как сознательный расчёт сил (процессов, энергий) природы, сознательное приспособление их для нужд и деятельности человека. Тем самым, в этот период сформировалось представление об инженерии, которая создаёт технику на основе знаний естественных наук и технических знаний.

В рамках инженерной реальности в XVIII и XIX столетиях формируются основные виды инженерной деятельности: техническое творчество, конструирование и проектирование. Техника отныне создаётся на основе рационального осмысления человеком действительности — научных и технических знаний. С точки зрения объективного процесса, в ситуации инженерной деятельности опыт при создании технического изделия уже не играет той роли, которое он имел на предыдущих стадиях развития техники. Он частично сохраняется в форме эксперимента и на стадии создания опытного образца, но всё же главным становится именно инженерная деятельность и обеспечивающие её исследования и разработки. В целом, инженерные знания отличаются существенно большей обоснованностью (экспериментально), чем опытные, они более операциональны, строги, точны (поскольку с их помощью производятся расчёты параметров), они позволяют решать значительно более широкий класс задач, чем знания опытные. Последний момент объясняется тем, что инженерное знание, исходя из конструктивно-предметных целей, заимствует научные знания, получая тем самым возможность оперировать знаниями, описывающими значительно более широкую область действительности, чем та, которая сложилась в текущей практике.

Техника начинает играть всё большее значение в преобразовании природной среды, сфер человеческой жизнедеятельности, преобразовании способов и видов человеческой коммуникации, социальных связей и отношений людей, общественных институтов и морально-этических установок. Наиболее существенные изменения в осознании феномена техники произошли в конце XIX — начале XX века, когда возникли технические науки и сформировалась проектно-техническая деятельность.

Стимулом для возникновения технических наук послужило распространение в результате развития промышленного производства множества областей однородных инженерных объектов, а также широкое применение в ходе изобретений, конструирования и расчётов знаний естественных наук. На их основе разворачиваются системы технических знаний, технические теории и, наконец, самостоятельные технические науки. Логические принципы научности, выработанные философией и методологией науки (см. Методология науки), распространяются на технические науки, выделяя в них исходные принципы и знания (эквивалент законов и исходных положений фундаментальной науки), из которых выводятся вторичные знания и положения, и организуют все технические знания в систему. В отличие от естественной науки в техническую науку включаются также расчёты, описания технических устройств, методические предписания, поскольку ориентация представителей технической науки на инженерию обусловливает особый «контекст», в котором могут быть использованы положения технической науки. С развитием научных форм осознания техники на её развитие существенное влияние стали также оказывать различные концептуальные идеи и теории — концепции механизма и машины, теории дизайна, системотехника, бионика, технологические концепции техники.

В конце XIX — начале XX столетия формируется проектно-техническая деятельность. По мере развития и совершенствования технической деятельности она всё более усложняется и приобретает новые функции. Проектирование становится самостоятельной сферой деятельности, когда происходит разделение труда между инженером-конструктором и собственно изготовителем; первые охватывают семиотическую и интеллектуальную сферу технической деятельности (конструирование, прототипирование, моделирование, расчёты, разработка технического задания и предписаний), а вторые — материальную сферу (изготовление в материале соответствующие изделия согласно техническому заданию и предписаниям). Теперь эти деятельности строятся исходя из самостоятельных принципов и знаний (в которых естественно отразились отношения, установленные ранее в конструкторской деятельности и деятельности изготовления). Проектирование уже не обращается к реальному материалу, изделию, опыту. Организуя производство через проекты, оно окончательно освобождается и от технического действия. Проектирование — это чисто семиотическая деятельность, изделие здесь от начала и до конца создаётся в плоскости знаковых проектных средств (моделей и предписаний). Позднее выявленные в практике и осознанные в теории принципы и методы проектирования начинают переноситься и на другие деятельности, трансформируя и технологизируя их.

В целом, в развитии технического знания можно выделить три основных этапа, каждый из которых отличается от другого различной степенью участия в производственном процессе технических средств труда и человека:

  1. Эмпирический этап. На этом этапе развития техническое знание предстаёт преимущественно как накопление, описание и систематизация конкретного материала, включённого в процесс практической деятельности человека. Для данного этапа характерно использование человеком в процессе труда сначала простых, а затем и более сложных орудий труда, имеющихся в готовом виде в окружающей природе с постепенным переходом к созданию орудий труда уже самим человеком. Все орудия приводились в действие или мускульной силой человека или же посредством стихийных сил природы (воды, ветра и других) Технические средства на этом этапе выполняли исключительно функции исполнительного механизма.
  2. Познавательный этап. На этом этапе развития технического знания появляется возможность объяснения и обобщения явлений, проникновение в сущность природных процессов, раскрытия их закономерностей. На этом этапе ручной труд с использованием отдельных орудий (мануфактура, ремесло) уступает место системе орудий — машине. Происходит становление машинного производства. При этом машина представляет собой не простое количественное суммирование отдельных орудий труда, а является целостной системой технических средств, имеющей соответствующую внутреннюю структурную организацию и направленной на достижение определённой функциональной цели. Появляются не только машины — орудия, с помощью которых происходит изменение форм, размеров и других характеристик обрабатываемого предмета, но и машины — двигатели, способные преобразовать один вид энергии в другой. Вместо одного (исполнительного) механизма у простых орудий, машина включает в себя уже три различных механизма: двигательный, передаточный и исполнительный. С развитием машинной техники технологическая деятельность начинает приобретать черты процесса, основанного на сознательном использовании законов природы. Таким образом, техническое знание уже не только объясняет те или иные явления, но и решает задачи преобразования окружающего материального мира.
  3. Современный этап. На этом этапе развития технического знания машина уступает место системе машин. Возникает сложная техническая среда, в которой появляется новый механизм организации машинного производства и управления техническим процессом — технология. Одной из наиболее важных закономерностей развития технического знания на современном этапе предстаёт тенденция к развитию техносферы — синтезу множества больших и сверхбольших (глобальных) технических и социотехнических систем.

По мере развития научно-технической, инженерно-технической и проектно-конструкторской деятельности, а затем и массового индустриального производства, целиком опирающегося на инженерию и проектирование, формируется осознание тотальной технологической обусловленности человеческого бытия. Во второй половине XX столетия складывается понимание технологии как специфического глобального феномена и соответствующая технологическая картина мира. В этой картине мира технология уже не является синонимом понятия машинного производства и организации технического процесса, а понимается чрезвычайно широко — как организация любых видов деятельности человека. В этом смысле о технологии стали говорить после того, как стало очевидно, что технология — это одна из современных форм развития деятельности человека, которая представляет собой сферу целенаправленных усилий общества и постепенно становится той технической суперсистемой (техносферой), которая определяет его дальнейшее развитие, и что внутреннее развитие технологии, в свою очередь, обусловлено более общими механизмами развития деятельности, в частности, социальными и культурными. Отныне технологическая реальность определяет развитие [техногенной] цивилизации и её метакультуры.

Библио­графия:
  1. Бердяев Н. А. Человек и машина (Проблема социологии и метафизики техники). — Путь. 1933, № 38.
  2. Гнатюк В. И. Лекции о технике, техноценозах и техноэволюции. Цикл лекций. — Калининград: 2000.
  3. Дильс Г. Античная техника. — М.-Л., 1934.
  4. Кудрин Б. И. Введение в технетику. — Томск, 1993.
  5. Лем Ст. Сумма технологии. — М., 1968. С. 362.
  6. Ленк X. Размышления о современной технике. — М., 1996.
  7. Мамфорд Л. Миф машины. Техника и развитие человечества. — М., 2001.
  8. Мелещенко Ю. С. Техника и закономерности её развития. — Л., 1970.
  9. Недорезов В. Г. Возникновение, становление и развитие технического знания. — Credo, № 6 (24), 2000.
  10. Недорезов В. Г. Специфика технического знания. — Credo, № 4 (16), 1999.
  11. Новая технократическая волна на Западе. — М., 1986.
  12. Розин В. М. Понятие и современные концепции техники. — М., 2006.
  13. Тавризян Г. М. Техника, культура, человек. — М., 1986.
  14. Традиционная и современная технология. Философско-методологический анализ. — М., 1998.
  15. Хабермас Ю. Техника и наука как «идеология». — М., 2007.
  16. Хайдеггер М. Вопрос о технике. — Хайдеггер М. Время и бытие. — М., 1993.
Источник: Техника. Гуманитарная энциклопедия [Электронный ресурс] // Центр гуманитарных технологий, 2010–2017 (последняя редакция: 21.10.2017). URL: http://gtmarket.ru/concepts/6877
Авторы статьи: © В. М. Розин. В. В. Мацкевич. В. Г. Недорезов. В. С. Бернштейн. Подготовка электронной публикации и общая редакция: Центр гуманитарных технологий.