Гуманитарные технологии Аналитический портал • ISSN 2310-1792

Методология науки

Наиме­нова­ние: Методология науки
Опреде­ление: Методология науки — это научная дисциплина, которая изучает методы научно-познавательной деятельности.
Текст статьи: Авторы: В. С. Швырёв. А. П. Огурцов. Подготовка элект­ронной публи­кации и общая редакция: Центр гумани­тарных техно­логий. Инфор­мация на этой стра­нице периоди­чески обнов­ляется. Послед­няя редакция: 21.10.2017.
Содержание:

Понятие методологии науки

Методология науки — это научная дисциплина, которая изучает методы научно-познавательной деятельности. Методология в широком смысле (см. Методология) представляет собой рационально-рефлексивную мыслительную деятельность, направленную изучение способов преобразования человеком действительности — методов (рациональных действий, которые необходимо предпринять, чтобы решить определённую задачу или достичь определённой цели — см. Метод). Применение методов осуществляется в любой сфере научно-познавательной деятельности (см. Наука). Методология науки осуществляет исследование, поиск, разработку и систематизацию методов, применяемых в этой деятельности для получения научного знания и тех общих принципов, которыми она направляется (см. Методы научного познания).

Методология науки всегда была органически связана с философией науки и теорией познания (эпистемологией), а также с логикой (см. Логика) в целом и особенно с логикой науки. Все эти виды рационально-рефлексивной деятельности познающего мышления и научно-познавательной деятельности тесно переплетены друг с другом, и какая-либо их искусственная демаркация вряд ли возможна и непродуктивна. Тем не менее, в общем контексте всех этих дисциплин понятие методологии науки ориентировано на максимально возможное приближение к реальной практике научной деятельности, на выявление и артикуляцию конструктивных способов действия по построению научных знаний.

Научное познание представляет собой институционально закреплённый вид деятельности, в котором освоение человеком действительности становится инструментально опосредованным процессом взаимодействия исследователей (учёных). Эффективность подобного взаимодействия, а следовательно воспроизводство и развитие науки как таковой, обеспечивается накоплением и трансляцией когнитивного опыта и знания, что становится возможным за счёт устойчивых познавательных практик, каковыми являются методы осуществления научно-познавательного процесса. Систематическое развитие научных методов оказывается наиболее важным условием становления и развития науки как социальной системы. Использование научных методов делает процесс научного поиска потенциально воспроизводимой процедурой, что имеет принципиальное значение с точки зрения обеспечения достоверности результатов исследования, поскольку последние становятся проверяемыми параметрами. Кроме того, опосредованность научного исследования сформированными и подлежащими преобразованию научными методами обусловливает возможность подготовки учёных и является предпосылкой специализации научно-познавательного процесса, создавая условия становления науки в качестве профессиональной инфраструктуры, обладающей сложной системой разделения труда и за счёт этого способной концентрировать и координировать научно-исследовательские ресурсы.

Современное научное познание представляет собой комплексный процесс взаимодействия исследователей по поводу формирования и использования научных знаний с целью понимания, объяснения, прогнозирования и преобразования действительности. Специализация исследовательской деятельности в современной науке предполагает дифференцированность методов осуществления научно-познавательного процесса. Причём воспроизводимость последних в пределах единой, хотя и нелинейной, структуры деятельности предполагает, что подобные методы — это не разрозненное множество созданных в ходе развития науки инструментов познания, но совокупность функционально взаимосвязанных познавательных практик.

Методологические исследования в современной науке принято разделять на общие, частные и конкретные:

  1. Общая методология науки исследует проблемы обоснования научного знания независимо от того, в какой из конкретных научных дисциплин оно получено. Центральными её проблемами являются: исследование таких универсальных операций научного познания, как объяснение и понимание, а также способов обоснования научного знания; анализ критериев приемлемости (или адекватности) систем научных утверждений (научных теорий); изучение тех систем категорий, которые используются в качестве координат научного мышления; различия между науками о природе и науками о культуре; проблематика единства научного познания.
  2. Частная методология науки исследует методологические проблемы отдельных наук или их узких групп, будучи представленной в познавательных пространствах соответствующих дисциплин. К сфере этой методологии относятся, например, методология физики, методология биологии, методология наук исторического ряда и многих других. Так, и в физике, и в биологии применяется операция объяснения; вместе с тем, многие биологические объяснения используют понятие цели, которое теряет смысл применительно к физическим объектам. Что представляет собой целевое, или телеологическое, биологическое объяснение и почему оно может использоваться только в биологических науках, но не в физике, космологии или химии? Можно ли заменить телеологическое объяснение обычным для других естественных наук объяснением через научный закон? Эти и подобные вопросы относятся к частной методологии. Характерной особенностью всякой частной методологии является то, что она, будучи важной для какой-то отдельной науки или узкой группы наук, почти не представляет интереса для других дисциплин.
  3. Конкретная методология науки, называемая иногда методикой, исследует методологические аспекты, связанные с отдельными операциями в рамках конкретных научных дисциплин. Внутридисциплинарные методы теоретического и эмпирического исследования, включая методологию конкретных исследований, являются по преимуществу узкоспециализированными когнитивными практиками. К сфере этой методологии, меняющейся от науки к науке, относятся, например, методика проведения физического эксперимента, методика эксперимента в биологии, методика опроса в социологии, методика анализа источников в истории и тому подобные.

Развитие методологии науки

Первоначально методология науки мыслится как философское (см. Философия) учение о методах познания и входит в качестве составной части в логику. В «Логике Пор-Рояля» (Logique ou l’Art de Penser, 1662) А. Арно и П. Николя учение о методах анализа и синтеза понималось как завершающая часть логического учения. Характеризуя методологический аспект логики, её авторы ещё не делают различия между критериями истинности, часто апеллируя не к форме, а к интуитивной ясности рассуждения. С их точки зрения, естественный способ изложения истины — причинно-следственный, а не логический, поэтому следует стремиться к «естественной связи идей». Примером неестественных рассуждений служат косвенные доказательства. Согласно авторам «Логики Пор-Рояля», косвенно можно доказывать только отрицательные положения, но нельзя доказывать суждения существования. Нельзя также умозаключать от частного к общему. Только полная индукция является верным средством познания. Не все математические суждения аналитические, а только аксиомы, которые познаются умозрительно. Очевидность (интуитивная ясность) есть признак аналитичности: реальное и неочевидное нельзя брать как аксиому, но номинально определённое можно. Теорию определений авторы заимствуют у Б. Паскаля, а общее учение о методе — у Р. Декарта. Обе темы авторы относят к «самой полезной и самой важной» части общей логики. В разделе об определении они указывают на необходимость сообразоваться с обычным словоупотреблением и строго различать определение имени (definitio nominis) и определение вещи (definiti rei). A в разделе о методе они указывают два их вида: 1) анализ (метод решения или изобретения), который служит для открытия истин; 2) синтез (теоретический метод), который служит для изложения истин уже открытых. Первый «скорее заключается в проницательности и способности ума правильно оценивать вещи, чем в особых правилах», второй — по существу аксиоматический метод геометрии с добавлением правил для определений, для аксиом, для доказательств и для самого метода, отражающих картезианский подход к основам науки.

Аналогичным образом учение о методах познания понималось у Г. В. Лейбница, X. фон Вольфа и отчасти у Дж. Ст. Милля. Правда, для X. фон Вольфа и его школы учение о методах составляет часть практической логики. Начиная с И. Канта происходит вычленение учения о методах из состава логики, хотя в «Логике» И. Кант трактует учение о методах как часть логики, которая должна «трактовать о форме науки вообще, или о способе соединения многообразия познания в науку» (Кант И. Трактаты и письма. — М., 1990, с. 435). Методология должна привести к отчётливости, основательности и к систематическому упорядочению познания в целое научного знания. Среди методов, анализируемых И. Кантом, методы логического усовершенствования знания (определение, экспозиция, описание, логическое деление понятий, аналитический и синтетический методы). Хотя у И. Канта методология ещё входит в состав логики, однако её цель и структура существенно расширяется, поскольку она одновременно оказывается и частью наукоучения. В «Критике чистого разума» он раскрывает задачу трансцендентальной методологии как определение формальных условий полной системы чистого разума и расчленяет её на дисциплину, канон, архитектонику и историю чистого разума. По сути дела трансцендентальная методология имеет дело с путями построения системной формы научно-теоретического знания. Методология тем самым тождественна если не методам изложения, то методам построения систем теоретического знания. Этот подход неприемлем для Г. В. Ф. Гегеля. В состав логики как науки он включает рассмотрение не только научного метода, но и самого понятия науки (Гегель Г. В. Ф. Наука логики, т. 1. — М., 1970, с. 95). Учение о методе оказывается для него не просто анализом способов изложения, «движение этого метода [диалектики] есть движение самой сути дела» (там же, с. 108), а метод есть «осознание формы внутреннего самодвижения её [логики] содержания» (там же, с. 107). Тем самым логика совпадает с диалектикой и с изучением категориальной структуры научного знания, а сам метод, понимаемый содержательно, оказывается формой самодвижения научно-теоретического знания в его всеобщей категориальной форме. Метод должен мыслиться, по Г. В. Ф. Гегелю, не как внешняя форма, а как «душа всякой объективности» (там же, т. 3, с. 290), как «само себя знающее понятие, имеющее своим предметом себя в качестве и субъективного, и объективного, как расширяющийся до системы и раскрывающийся в восхождении от абстрактных определений к конкретным до тотально-целостной системы» (там же, с. 306). Таким образом, учение о методе у Г. В. Ф. Гегеля оказывается частью метафизики, совпадающей с логикой и с наукоучением.

В последующем развитии методологии выявляются различные линии в трактовке её целей и предмета. Б. Больцано, разворачивая в своём «Наукоучении» логику науки, включает в неё эвристику — исследование путей и методов достижения истинного знания. Для И. Ф. Гербарта методология — первая часть метафизики (Allegemeine Methaphysik. — В., 1828, § 182). Для Х. фон Зигварта методология — это учение о способах совершенствования нашего мышления, цель которого определить границы приложимости и значимость исследовательских методов (Logik, Bd. 2. В., 1924, S. 3). Я. Фриз рассматривает методологию как часть прикладной логики, занимающейся логической техникой (System der Logik, 1837, S. 12). Во второй половине XIX века специалисты в области естественных наук остро ощущали недостаток в изучении и обобщении методов различных наук. Интенсивно развивавшаяся специальная методология не ограничивалась методами индукции и дедукции (см. Индукция и Дедукция), анализа и синтеза. В естествознании начали широко использоваться исторические, сравнительные, типологические методы, а в психологии и социальных науках — количественные и экспериментальные методы. Общая же методология оставляла вне поля своего зрения эти специальные методы. В. Вундт, пытаясь ответить на запросы своего времени, усматривал цель методологии в изучении методов отдельных наук и посвятил специальный том своей «Логики» анализу методов математики, физики, химии, биологии, психологии, филологии, истории, экономики, юриспруденции (Logik, Bd. 2. Methodenslehre. Stuttgart, 1880). Неокантианцы Марбургской школы уделили основное внимание методам математики и естествознания (Natorp P. Die logischen Grundlagen der exakten Wissenschaften. — Lpz., 1923), в то время как неокантианцы Баденской школы — идеографической методологии исторических наук (Виндельбанд В. Прелюдии. — СПб., 1904). Для В. Виндельбанда методология — это применение логики к познавательным целям отдельных наук, поэтому методология есть техническая дисциплина, использующая логические формы и нормы в методах различных наук. Для неокантианцев вообще характерен панметодологизм, то есть превращение методологии в универсальное философское учение, определяющее и форму, и содержание, и предмет научного познания и вообще своеобразие тех или иных научных дисциплин. В этот же период начинается чёткое различение методов изложения и методов исследования (либо в связи с различением логики предметности от логики мышления у М. Хонеккера, либо в связи с различением логики дескриптивных и нормативных наук в «Логических исследованиях» Э. Гуссерля).

В первой четверти XX века разворачивается процесс отделения методологии от логики и превращения её в самостоятельную исследовательскую область. Одновременно в специальных науках ощущается потребность в методологической рефлексии и сами учёные берут на себя функции методологов. В предисловии к книге «Метод в науках» (рус. пер. — СПб., 1911) отмечается, что «философия наук, и в особенности методология… приобрела такое значение, что программы различных наших учебных заведений должны были отвести ей особое место, становившееся с каждой новой реформой всё больше и больше». В различных науках разворачиваются методологические споры между представителями различных направлений. Это относится и к представителям естественных наук (в физике — А. Пуанкаре, Н. А. Умов, Э. Мах; в биологии — К. Бернар, К. Фриш), и к представителям социогуманитарного знания (в истории — Р. Ю. Виппер, А. С. Лаппо-Данилевский, Н. И. Кареев; в праве — Б. А. Кистяковский, П. И. Новгородцев; в экономике — Г. Шмоллер, Л. Мизес, А. И. Чупров). Формируются альтернативные методологические программы, например программа «описательной физики» в противовес методам объяснения в физических науках, в математике начинают формироваться различные направления в обосновании математики — логицизм, интуиционизм. В этот же период развёртывается критика понятий причинности и детерминистского объяснения в научном знании, усиливается интерес к статистическим, теоретико-вероятностным методам, к метаматематическим и металогическим проблемам. Цель философии усматривается в критическом анализе опыта (эмпириомонизм, эмпириокритицизм), а затем языка науки.

Методология науки в России также прошла длительный путь развития. Уже во второй половине XIX века в отечественной философии осуществляется исследование дедуктивных и индуктивных методов (Ф. А. Зеленогорский, П. Э. Лейкефельд), методов эмпирически наук (Н. С. Страхов), общественных наук (Г. Н. Вырубов), осмысление сравнительно-исторического и типологического методов (И. И. Ягодинский, В. С. Шилкарский). Развёртывается логическое исследование методов математики и самой логики (П. С. Порецкий, С. Н. Поварнин). Наряду с попытками выделить специфически диалектическую методологию, совпадающую с построением системы категорий (Η.Γ. Дебольский), строятся различные варианты неопозитивистского анализа методов эмпирических наук (эмпириокритицизм В. А Базарова, эмпириосимволизм П. С. Юшкевича, эмпириомонизм А. А. Богданова). Проводятся исследования специфики методологии общественных наук в целом (С. Л. Франк, Н. Н. Алексеев) и исторических в частности (А. С. Лаппо-Данилевский, Н. И. Кареев, Р. Ю. Виппер, А. И. Введенский). В методологии математики проводятся исследования связи доказательства и интуиции в геометрии (В. Ф. Каган, А. С. Богомолов), истории формирования и развития аксиоматико-дедуктивного метода (Д. Д. Мордухай-Болтовской). Проводятся исследования специфики методологии гуманитарных наук (Г. Г. Шпет, М. М. Бахтин, А. Ф. Лосев). Формируются различные методологические программы в психологии — от ориентации на экспериментальные методы до методов интроспекции, от методов психоанализа до методов объективной рефлексологии (Г. И. Челпанов, В. М. Бехтерев). К концу 1920-х годов в России формируется методология как специфическая область философского анализа научного мышления. В. Н. Ивановский написал одну из первых книг по методологии — «Методологическое введение в науку и философию» (Минск, 1923); Г. А. Грузинцев провёл в своей работе «Очерки теории науки» (Днепропетровск, 1927) различение методов обоснования и методов исследования. В эти же годы интенсивно разрабатывается методология специальных наук нередко с альтернативных позиций (в биологии — Н. И. Вавилов, А. А. Любищев, А Г. Гурвич; в физике, прежде всего теории относительности, — К. А. Тимирязев, А. А. Фридман, А. Ф. Иоффе и другие). В этот же период выдвигается весьма широкая программа системно-организационного понимания методологии — тектология А. А. Богданова. Обсуждаются проблемы применения математических методов в различных науках — от биогеохимии (В. И. Вернадский) до биологии (А. А. Любищев).

Догматический марксизм, отстаивая позицию совпадения диалектики, логики и теории познания, отнюдь не предполагал развития ни того, ни другого, ни третьего. Вся логико-методологическая работа (начиная с 1930-х до середины 1950-х годов) осуществлялась в рамках специальной методологии и проводилась скорее самими учёными, чем философами. Поворот к методологии и интенсивная логико-методологическая работа с середины 1950-х годов были не только способом избежать идеологических догм, но и формой ответа на методологические вызовы естественных и социальных наук, на те актуальные проблемы, которые нуждались в философско-методологическом осмыслении. И здесь были достигнуты наибольшие успехи в отечественной философии. В 1952 году начинает работать Московский методологический кружок (ММК), послуживший истоком целого ряда новых программ в методологии науки. На первых порах осуществляется логико-методологический анализ метода восхождения от абстрактного к конкретному (А. А. Зиновьев, Э. В. Ильенков), формируется программа «содержательной логики» и методологии мыследеятельности (Г. П. Щедровицкий, Н. Г. Алексеев). С середины 1950-х годов интенсивно развивается и общая и специальная методология, причём в совершенно различных направлениях, в частности: методология истории (М. Я. Гефтер, В. С. Библер, А. Я. Гуревич, А. И. Данилов), методология физики (программа изучения методологических принципов физики — Б. М. Кедров, Η.Φ. Овчинников, И. С. Алексеев), анализ построения физической теории (М. Э. Омельяновский, Э. М. Чудинов, В. С. Стёпин, Е. А. Мамчур), исследование методов биологических наук (И. Т. Фролов, Р. С. Карпинская, С. В. Мейен), методология историко-научных исследований (Б. С. Грязнов, Н. И. Родный), исследование методов семиотики и герменевтики (В. С. Иванов, Ю. М. Лотман). Развёртывается программа логики научного исследования (П. В. Копнин, М. В. Попович, Б. С. Крымский). Методологически значимыми являются разработки современной логики (А. А. Зиновьев, В. А. Смирнов, Б. Н. Пятницын). Проводятся исследования по методологии системных исследований (И. В. Блауберг, Э. Г. Юдин, В. Н. Садовский), в рамках которой формируется методология проектирования систем организационного управления и искусственного интеллекта (С. П. Никаноров, Д. А. Поспелов). Методология перерастает рамки методологии науки и всё более превращается в методологию деятельности и проектирования эргономических систем «человек-машина», интеллектуальных систем, систем организационного управления.

Во второй половине XX века методологическая работа и внутри, и вне философии существенно расширяется. Если в 1930-е годы период в связи с развитием квантовой механики интенсивно обсуждаются методологические принципы физики — наблюдаемости, дополнительности, соответствия, неопределённости, симметрии (Н. Бор, А. Эйнштейн, В. Гейзенберг, Э. Шрёдингер, Е. Вигнер), то начиная с 1950-х годов интенсивно обсуждаются методологические принципы и других наук — биологии, психологии, социологии. Наряду с развёртыванием методов современной логики (прежде всего логического синтаксиса и семантики формализованных языков), широко используемых в качестве методологии научного знания, формируется ряд новых направлений, по-разному осуществляющих поиск новой методологии, — «логика исследования» К. Поппера, неаристотелева логика в неорационализме Г. Башляра, поворот от логической семантики к прагматической методологии в работах представителей Львовско-Варшавской школы (Т. Котарбиньский, К. Айдукевич), которая, ориентируясь на праксеологию, анализирует максимы, относящиеся к методу и к действиям в соответствии с ними. В этот период происходит окончательное выделение методологии из логики и философии науки. Этот процесс обусловлен развёртыванием методологии специальных наук, которая анализирует и обобщает методы научного знания, методов как эмпирических (естественных и социальных), так и неэмпирических наук, и вместе с тем поворотом к методологии в связи с гораздо более широким классом задач проектирования технических и интеллектуальных систем, рефлексивного анализа и осмысления целей и норм деятельности человека в многообразных областях общественной жизни — от технического изобретательства до социальной инженерии. Наряду с этим, с середины XX века наметилась тенденция обособления методологии от научно-теоретического (и философского) знания в особую область знаниевых практик (неорационализм, системо-мыследеятельностная методология и другие).

В современной ситуации наиболее важной предпосылкой продуктивного развития методологии науки является ориентация на реальную практику научно-познавательной деятельности во всей её полноте и многообразии, опора на материал истории науки, преодоление предвзятости в выборе моделей и схем научного познания. Наиболее важной задачей методологической мысли в настоящее время является осознание и соответствующая проектно-конструктивная ориентация на проблематику естественнонаучного, технического и гуманитарного научного знания, переход от характерного для классического подхода чисто объектного рассмотрения научной предметности к такому её рассмотрению, которое включало бы «человеческий фактор», учитывало бы взаимодействие собственно познавательных и ценностных установок в научно-познавательной деятельности.

Библио­графия:
  1. Гегель Г. В. Ф. Наука логики. В 2-х тт. — М., 1970.
  2. Декарт Р. Рассуждение о методе. — М., 1953.
  3. Каган М. С. Человеческая деятельность. — М., 1974.
  4. Кант И. Критика чистого разума. — М., 1994.
  5. Кант И. Трактаты и письма. — М., 1990.
  6. Кун Т. Структура научных революций. — М., 1975.
  7. Лакатос И. Доказательства и опровержения. — М., 1987.
  8. Лакатос И. Фальсификация и методология научно-исследовательских программ. — М., 1985.
  9. Мамчур Ε. Α., Овчинников И. Ф., Огурцов А. П. Отечественная философия науки: предварительные итоги. — М., 1997.
  10. Методология науки: проблемы и история. — М., 2003.
  11. Методология: вчера, сегодня, завтра. В 3-х тт. — М., 2005.
  12. Методологические проблемы современной науки. — М., 1978.
  13. Никифоров А. Л. Философия науки: история и методология. — М., 1998.
  14. Поппер К. Логика и рост научного знания. Избранные работы. — М., 1983.
  15. Рузавин Г. И. Методология научного познания. — М., 2012.
  16. Стёпин B. C. Теоретическое знание. Структура, историческая эволюция. — М., 2000.
  17. Стёпин В. С., Елсуков А. Н. Методы научного познания. Минск: 1974.
  18. Тарский А. Введение в логику и методологию дедуктивных наук. — М., 1948.
  19. Фейерабенд П. Избранные труды по методологии науки. — М., 1986.
  20. Щедровицкий, Г. П. Философия. Наука. Методология. — М., 1997.
  21. Юдин Э. Г. Системный подход и принцип деятельности. — М., 1978.
  22. Юдин Э. Г. Методология науки. Системность. Деятельность. — М., 1997.
Источник: Методология науки. Гуманитарная энциклопедия [Электронный ресурс] // Центр гуманитарных технологий, 2010–2017 (последняя редакция: 21.10.2017). URL: http://gtmarket.ru/concepts/6872
Авторы статьи: © В. С. Швырёв. А. П. Огурцов. Подготовка электронной публикации и общая редакция: Центр гуманитарных технологий.