Юрий Мильнер — совладелец и председатель совета директоров компании Digital Sky Technologies, инвестировавшей в интернет-проекты, в общей сложности, около $ 1 млрд. Родился 11 ноября 1961 года. В 1985 году окончил физический факультет МГУ по специальности «теоретическая физика». В 1992 году получил диплом MBA бизнес-школы Wharton в США. Позже работал во Всемирном банке экспертом по российской банковской системе, с 1996 по 1998 год руководил инвестиционным подразделением группы «Менатеп». С 1999 года инвестирует в российские интернет-компании. В 2000 году возглавил компанию netBridge, которая была, по его словам, создана как «интернет-инкубатор и инвестиционный фонд» и менее чем за год работы стала одним из лидеров рынка. Главным акционером компании стал американский инвестиционный фонд New Century Holdings. Используя принцип переноса различных американских интернет-моделей на российскую почву, netBridge создала ряд успешных проектов, таких как портал List.ru, интернет-аукцион Molotok.ru (созданный по аналогии с eBay), бесплатный веб-хостинг Boom.ru (аналог Geocities) и другие. В феврале 2001 года компании netBridge и Port.ru, владевшая активами портала Mail.ru, сообщили о своем объединении. Мильнер стал генеральным директором новой компании Mail.ru. При этом, структура собственности Mail.ru не разглашалась до 2007 года. В 2005 году Мильнер вместе с Григорием Фингером основал инвестиционную компанию Digital Sky Technologies. На сегодняшний день среди ее активов доли в компаниях: Mail.ru, OE Investments (оператор систем моментальных платежей ОСМП, ePort и другие), Astrum Online Entertainment (разработчик компьютерных игр), Forticom Group (оператор социальных сетей Odnoklassniki.ru в России, Nasza-Klasa.pl в Польше, One.lv и One.lt в Прибалтике и других); крупнейших социальных сетях: Vkontakte.ru и FaceBook; интернет-проектах: HeadHunter.ru и Freelance.ru. Участники рынка называют Мильнера одним из старейших, самых активных и успешных инвесторов в российском Интернете. По мнению аналитиков, проекты, собранные в Digital Sky Technologies, «закрывают» значительный сегмент интернет-рынка. При этом, эксперты осторожно подходят к оценке стоимости активов Мильнера, поскольку обо всем, что принадлежит ему и его фонду, точной информации нет. Юрий Мильнер дал первое в своей жизни крупное интервью журналу «Секрет фирмы».

Вопрос: Недавно президент России Дмитрий Медведев причислил крупнейшие российские порталы к национальному достоянию. Согласны?

Юрий Мильнер: Безусловно. Ведь по большому счету Интернет как крупный бизнес существует всего в нескольких странах: Россия, Китай, Южная Корея, Япония, США. Я сейчас говорю о странах, которые смогли создать проекты со значимым посещением. У нас есть люди, способные писать программы на мировом уровне, люди с сильным предпринимательским духом, не собирающиеся выходить из бизнеса через несколько лет после старта. В то же время я знаю множество европейских проектов, чьи основатели продавали их на очень ранних стадиях. Не было амбиций, нужных для того, чтобы построить компанию мирового уровня.

Вопрос: Допустим, в России есть сайты, способные конкурировать с американскими на равных. Но ведь ничего уникального здесь не придумали.

Юрий Мильнер: Не совсем так. Да, до недавнего времени мы в основном копировали лучшие мировые образцы. Но за последние год-два я наблюдаю интересные новаторские вещи. Например, попытка построить полностью замкнутую социальную сеть. Если ведущие американские проекты, такие как MySpace, FaceBook — это открытые системы (позволяют свободно индексировать контент, поощряют трафик из своей зоны в открытый Интернет посредством ссылок), то российский «В контакте» превращается в своеобразный Интернет в Интернете. Говорят, «В контакте» — аналог FaceBook. В последние год-два это уже совсем не так.

Вопрос: В 1990-х вы управляли инвестициями в реальную экономику и к Сети не имели никакого отношения. Как родилась эта инвестиционная идея?

Юрий Мильнер: После кризиса 1998 года я обратил внимание на бурное развитие Интернета в Америке. Мне показалось, что Интернет окажет серьезное воздействие на многие стороны нашей жизни. Безусловно, в существовавших тогда порталах сложно было разглядеть такой серьезный потенциал. Но я подумал, что это вопрос времени. Примерно в 2000 году мы с партнером Григорием Фингером потихоньку начали инвестиции в Рунет.

Вопрос: Мы с приятелем в 2001 году тоже стали инвесторами — вложили целых $ 100 в две американские интернет-компании. Через две недели NASDAQ рухнул, и это надолго отбило желание иметь дело и с инвестициями, и с Интернетом.

Юрий Мильнер: Это не могло не разочаровать. Крах доткомов существенно изменил нашу жизнь в последующие несколько лет. Пришлось спасать наиболее жизнеспособные части тех проектов, в которые мы уже инвестировали — Mail.ru, Molotok.ru и другие. Привлекать дополнительные деньги в проекты было невозможно, а рекламный потенциал Рунета на тот момент не позволял им работать на самоокупаемости. В 2001 году мне пришлось возглавить Mail.ru, кто-то ведь должен был принимать непростые решения. Одним из них было 80-процентное сокращение штата. До 2004 года нам было очень непросто. Но волна кризиса смыла пену. Те, кто все эти годы продолжал бить в одну точку — Google, eBay, Yahoo — дожили до осуществления своей мечты.

Вопрос: Год назад ходили слухи об IPO компании «Яндекс» — тогда они могли выручить до $ 1 млрд. Неужели Рунет может освоить такой гигантский бюджет?

Юрий Мильнер: Я не знаю подробностей; возможно, большая часть этих средств предполагалась для нынешних акционеров «Яндекса». Удивительно, что сегодня, даже несмотря на кризис, все крупные проекты Рунета прибыльны и не нуждаются в серьезных инвестициях.

Вопрос: Да, 46-процентная рентабельность по EBITDA у вашего Mail.ru за 2008 год впечатляет.

Юрий Мильнер: Это эффект экономии на масштабе. У нас два основных орудия производства — сервера и мозги. Если мозги дорожают, то сервера год от года дешевеют. Так что мировой тренд и здесь на нашей стороне. Деньги в Рунете сейчас нужны мелким проектам, но им не нужно много денег. Так что я бы не назвал Рунет инвестоемким сектором.

Вопрос: Есть ощущение, что все стоящее уже раскуплено.

Юрий Мильнер: Никогда не говори «никогда». Постоянно появляются небольшие проекты, которые могут стать большими. Те же «Одноклассники» или «В контакте», которые возникли из очень небольших «ядер» и стремительно выросли.

Вопрос: И все же последняя ваша сделка — инвестиции в американский FaceBook.

Юрий Мильнер: Мы и в России ищем новые бизнес-модели, у которых есть потенциал.

Вопрос: Раньше наверное было проще искать? Берешь американский Интернет, смотришь, что выстрелило, реализуешь у нас. А сейчас мы идем по большей части нос в нос. Остались какие-нибудь опережающие индикаторы, по которым можно понять, куда имеет смысл вкладываться?

Юрий Мильнер: Проект, растущий без рекламной поддержки — вот лучший опережающий индикатор. Это значит, такой проект нужен людям. Вообще мы с вами являемся свидетелями революции и в этой области: если раньше для старта проекта был нужен отдельный сайт, то теперь можно, используя простые программистские инструменты, сделать довольно сложное приложение, и оно станет сразу же доступно для всей аудитории социальной сети. Это настоящая инвестиционная революция. За последние два года в FaceBook, например, появилось более 300 тыс. таких пользовательских приложений, и количество людей, вовлеченных в процесс создания этих приложений, растет. Мы все чаще рекомендуем молодым ребятам, которые приходят к нам за инвестициями, испытать свою идею, создав приложение в социальной сети. В Америке возникла целая индустрия инвестирования в успешные приложения FaceBook, включая сам FaceBook, учредивший фонд для инвестиций в приложения.

Вопрос: На каких стадиях вы берете проекты?

Юрий Мильнер: Начиная со стадии венчурного инвестирования и до самых поздних этапов.

Вопрос: Есть в мире инвестор, финансовое поведение которого лично вам близко?

Юрий Мильнер: В технологическом секторе очень длинный цикл — десять лет и более. Поэтому нам близки инвесторы с долгим инвестиционным циклом, например Уоррен Баффет. Он может «сидеть» в компании 5, 10, 15 лет. Только он вкладывается в широкий спектр отраслей, а мы — исключительно в Интернет.

Вопрос: Пользуясь служебным положением, не могу не пожаловаться на ваше, пожалуй, главное детище — Mail.ru. Основную часть выручки портал делает на рекламе?

Юрий Мильнер: Пока да.

Вопрос: Я довольно долго был его лояльным пользователем. И в какой-то момент дела по части рекламы у Mail.ru пошли, видимо, неплохо — выручка за 2008 год выросла, судя по отчету, на 90%. Но вот смотреть на бесконечно мигающие баннеры стало невозможно — пришлось уходить на Gmail, который работает быстро и не отвлекает меня от писем.

Юрий Мильнер: Отлично понимаю вас как пользователя. Но вашего перехода с Mail.ru не разделяю.

Вопрос: А что делать? Интернет изначально ведь был «халявным», и нам, пользователям, это понравилось. Мы любим кататься, но не любим, когда нас за это монетизируют.

Юрий Мильнер: Чем больше Интернет знает о вас лично, тем меньше вас раздражает монетизация. Реклама, что вы видите в Mail.ru и в большей части Сети сейчас — не более чем первый этап. Gmail — это уже следующий шаг. Но есть разные способы сделать рекламу кастомизированной. Объявления, которые появляются на вашей странице в Gmail, не такая уж безобидная вещь — эту подборку делает робот, он читает ваши письма и на лету вставляет на страницу то, что считает адекватным содержанию письма. Но есть и другие способы привязать рекламу к интересам пользователя, не читая его писем. Социальные сети — шаг именно в этом направлении. Они пользуются информацией, которую человек сам о себе добровольно предоставляет. Тем не менее революция, совершенная Google, заключается в том, что он сделал рекламу неотличимой от основного контента сайта. Будущее именно за такими порталами. Mail.ru тоже идет к этому. Так что, надеюсь, когда-нибудь, когда вам надоест, что ваши письма читает американский робот, вы вернетесь к нам обратно.

Вопрос: Зачем вам столько социальных сетей в портфеле? Они же все конкуренты.

Юрий Мильнер: Мы смотрим на это несколько иначе. Когда появляется возможность участвовать в интересном проекте, мы ею пользуемся. Если в мире только один подобный проект — вкладываемся в один, а если несколько, то мы пытаемся участвовать во всех.

Вопрос: Если действовать как Уоррен Баффет, вы должны становиться пользователем сервиса, прежде чем инвестировать.

Юрий Мильнер: Да, это составная часть инвестиционного процесса, хотя иногда (как, например, с FaceBook) я, к сожалению, уже не попадаю по возрасту в их целевую аудиторию. Тем не менее, я состою во всех четырех социальных сетях, долями в которых мы владеем.

Вопрос: Сколько же времени вы на них тратите как пользователь?

Юрий Мильнер: Не слишком много вообще-то. Но в целом это тренд — если первыми участниками социальных сетей была молодежь, то сейчас основная волна подключений — люди в возрасте 30-50 лет.

Вопрос: Когда произойдет объединение социальных сетей в некую метасеть?

Юрий Мильнер: Возможно, полной консолидации не будет. Но после того как социальные сети поделят рынок, у них не будет другого способа продолжить рост и поддерживать интерес пользователей, кроме как предоставить своим членам возможность общаться с пользователями конкурирующих сетей.

Вопрос: Еще год назад Rambler заявлял о скором запуске сервиса, который позволил бы пользователю объединить на свой странице аккаунты в разных сетях. Но так и не запустил.

Юрий Мильнер: Думаю, для начала должен возникнуть спрос на эту услугу.

Вопрос: А вам удобно в четырех сетях?

Юрий Мильнер: Мне — нет. Но время для объединения еще не пришло. В Сети вообще пока царит феодальная раздробленность и анархия. Однако ситуация будет меняться. Посмотрите сами: до середины 2000-х годов Интернет был анонимным, потому что людям было нужно где-то реализовывать качества, которые они не могли по каким-то причинам реализовать в реальности. Появление FaceBook ознаменовало новую эру: у людей возник спрос на воспроизведение в Сети себя настоящего. Так что и в Интернете так или иначе возникнут некие формы регулирования и самоорганизации.

Вопрос: Государство будет вмешиваться в дела Сети?

Юрий Мильнер: Везде по-разному. Например, в Китае государство ограничивает доступ к одним сайтам и стимулирует обращение к другим. Это тоже отражение реальности — китайской.

Вопрос: И в России к этому идет.

Юрий Мильнер: Не думаю. Вот вы же завели себе почту в Gmail.

Вопрос: Да. И американский робот читает мои письма...

Юрий Мильнер: ...и никто этому не препятствует, заметьте. Я считаю, Рунет сегодня предельно открытая система со свободной конкуренцией.

Интервью подготовил Владислав Коваленко. Журнал «Секрет фирмы» — №9 (290) 01.09.2009.