Гуманитарные технологии Аналитический портал • ISSN 2310-1792

Владимир Лепский. Рефлексивно-активные среды инновационного развития. Глава 5. Моделирование субъектов инновационного развития и механизмов их сборки

В данном разделе будут рассмотрены эскизы моделей субъектов инновационного развития и механизмов их сборки. В контексте введённых выше представлений об активных элементах модели в основном ориентированы на элементы, наделённые естественным интеллектом, средства же искусственного интеллекта в них выполняют вспомогательные функции. Что касается активных элементов полностью реализуемых на искусственном интеллекте, то их модели могут быть представлены как редуцированный вариант моделей субъектов инновационного развития.

Параметрическая социогуманитарная модель субъектов инновационного развития

Основания для построения модели

Взаимообусловленность, взаимопроникновение и взаимодействие в процессах инновационного развития различных типов субъектов (личность, группа, организация и другое) делает актуальной проблему построения системы их социогуманитарных моделей.

В их числе два взаимосвязанных типа: дескриптивная социогуманитарная модель субъектов инновационного развития, вариант которой предлагается в данном разделе, и модель рефлексивноактивной среды инновационного развития, представимой как особого рода макросубъект — полисубъектная система; её прототип в версии компьютеризированной среды для поддержки лиц принимающих решения, был представлен нами в монографии, изданной в 1998 году 1.

Обобщённым прототипом дескриптивной социогуманитарной модели субъектов инновационного развития может служить предложенная нами модель стратегических субъектов 2. Отдельные характеристики стратегических субъектов представлены в таблице 5–1.

Рисунок 5–1. Структура варианта дескриптивной социогуманитарной модели субъектов инновационного развития.

Другой вариант дескриптивной модели субъектов инновационного развития, в которой более детально раскрыты регуляционнокоммуникационные аспекты, представлен на рисунке 5–1.

Следует заметить, что выделенные характеристики не являются независимыми друг от друга. Поэтому предлагаемую модель можно рассматривать как конструктор, на основе которого в зависимости от традиций исследователей, специфики субъектов инновационного развития или особенностей решаемых задач допустимы и другие виды агрегирования или декомпозиции характеристик (например, введение характеристики «целостность» и другое).

Таблица 5–1. Отдельные характеристики стратегических субъектов

Аспекты Частные признаки Характеристики
Стратегические субъекты Полярные субъекты
Телеологический (целевой) аспект
Наличие целей Целеустремлённость Пассивность
Наличие общих целей Целевая общность субъектов Целевая разобщённость субъектов
Социальная направленность Социальность Асоциальность
Устойчивость целей Стабильность Джокеры
Совпадение реализуемых и декларируемых целей Целевая адекватность Целевой диссонанс
Регуляционно-коммуникационный аспект
Рефлексивная регуляция деятельности и коммуникаций Рефлексивность Реактивность
Доминирующие потребности Духовные Материальные
Социальная ориентация Социальная ответственность Эгоцентризм
Доминирующие основания при принятии решений Морально-этические Рациональные
Ведущая этическая система Первая этическая система Вторая этическая система
Ведущая ориентация во взаимодействиях Коллективизм Индивидуализм
Ведущая форма отношений с другими субъектами Партнерство (субъект-субъектные отношения) Потребительство (субъект-объектные отношения)
Отношение к мнению (точке зрения) других субъектов Толерантность Нетерпимость
Доминанта поведения в конфликтных ситуациях Ориентация на компромисс Агрессивность
Готовность на жертву ради общего дела Жертвенность Эгоизм
Свобода действий (защищённость от манипуляций) Независимость Зависимость
Структурный аспект Деление на единицы Функционально-целевая фрактальность Функциональная разнородность

Особое значение имеет характеристика «рефлексивность», которая влияет на все характеристики модели. На наш взгляд, рефлексия — как саморефлексия, так и рефлексия по отношению к другим социальным субъектам — должна стать базовой характеристикой социогуманитарной модели субъектов инновационного развития. Субъект представим и в виде полисубъектной рефлексивной системы, через своё функционирование воплощающей себя как целостного рефлексивного субъекта. Именно рефлексивность позволяет обеспечить его системную сборку на основе механизмов идентификации (самоидентификации) рефлексивных элементов и его самого в целом по отношению к макросубъектам социальной среды.

Рассмотрим отдельные элементы предложенного варианта дескриптивной социогуманитарной модели субъектов инновационного развития.

Целеустремлённый и рефлексивный субъект инновационного развития

Субъекты инновационного развития устремлены в будущее, созидают его в соответствии со своими представлениями и мировоззрением. Эта характеристика присутствует в любых моделях субъектов и вообще активных элементов. Целеустремлённость, включая ориентацию на развитие, обеспечивает в первую очередь целостность субъектов и является главным системообразующим признаком субъектов в качестве представителей саморазвивающихся систем.

В сфере инновационного развития требуется описывать в объективных терминах не только материальный аспект взаимодействия участников, но и субъективный, связанный с тем, что сущность этих процессов состоит во взаимодействии людей. Методы объективного описания взаимодействующих субъектов вместе с их субъективными внутренними мирами и составляют предмет рефлексивных исследований. Роль субъектов могут выполнять отдельные люди, группы, организации и целые страны; отражения связаны как с индивидуальными психологическими процессами, так и с макрокультурной перцепцией, создающей обобщённый образ, например, страны.

Рефлексивные процессы инвариантны по отношению к различным типам субъектов (индивиды, группы, организации, государства, этносы, агенты с искусственным интеллектом и другое), определяя структуру внутренней организации, включение во внутренние миры видения самих себя и других, а также взаимных представлений субъектов друг о друге. Рефлексивные структуры и динамика их изменения (рефлексивные процессы) на макроуровне определяют все процессы регуляции деятельности (функционирования) субъектов различных типов. В контексте рефлексивного подхода общность различных социальных образований и образований искусственного интеллекта определяется тем, что все субъекты рассматриваются как рефлексивные системы.

Прежде чем переходить к описанию характеристик рефлексивных субъектов инновационного развития надо напомнить, что в системном аспекте под рефлексией можно понимать способность некоторых систем строить модели себя и других систем, а одновременно видеть себя строящими такие модели. На этом пути удаётся провести конструктивные различия между знанием о себе и осознанием себя как носителя такого знания 3. Это позволяет не только корректно представлять среды инновационного развития, но и оптимально их конструировать.

Для моделирования рефлексивных процессов, наряду с привычными вербальными представлениями, используются разнообразные представления: графические, специальные полиномы (многочлены), операторные и другие. Эти представления позволяют фиксировать, анализировать и проектировать достаточно сложные рефлексивные процессы в различных сферах социальных взаимодействий. Остро возникают проблемы выявления особенностей рефлексивных процессов и возможностей воздействия на них в условиях конфликтных взаимодействий, особенно при попытках перевести эти конфликты в управляемую конфронтацию и сотрудничество.

Рефлексия субъектов инновационного развития как социальной системы формируется через её рефлексивные элементы. Поскольку человек является базовым рефлексивным элементом любой социальной системы, то рефлексивность проявляется, в частности, в том, что и вся система, и входящий в неё человек могут быть отображены в его сознании, причём характер этого отображения влияет на его функционирование в системе.

Данный момент необходимо всемерно учитывать в ходе создания и поддержке деятельности субъектов инновационного развития и создания соответствующих их запросам сред. Предпосылкой их эффективности является то, что рефлексивные элементы потенциально могут справиться с неопределённостью порядка, лишённого традиций. А это необходимое условие успеха в инновационном развитии. Наиболее важное значение рефлексии в деятельности субъектов инновационного развития отмечается в последние годы и зарубежными авторами 4.

В таблице 5–2 на примере предприятий, как субъектов инновационного развития, приведён сравнительный анализ отдельных аспектов организации рефлексивных процессов.

Как показывают исследования, рефлексивность субъектов инновационного развития зависит от многих факторов, одним из которых является индивидуальная рефлексивная культура. Известные концептуальные представления о личности сотрудников, её структуре и качествах могут быть интерпретированы как качества преимущественно реактивного или рефлексивного субъекта. Мы можем назвать их субъектами реактивной и рефлексивной доминант. Этим типам соответствуют определённые особенности менталитета и делового поведения.

В первом варианте при неразвитой или заблокированной рефлексии, когда субъектность руководителя снижена, он становится объектом информационных и иных воздействий. В таких случаях его рефлексивные процессы протекают стихийно, неорганизованно и результат рефлексии в виде «счастливых озарений» случаен. Наиболее важные события не столько творятся подобным субъектом, сколько случаются с ним. В психологическом плане это связано с неразвитой способностью к динамическому моделированию и построению многовариантной информационной картины производственных (управленческих) процессов.

Во втором случае мы можем говорить о том, что субъект в своей инновационной деятельности преимущественно использует рефлексивные стратегии. Он в максимально возможной мере субъектен и способен к системному построению стратегии своей деятельности, может ясно осознавать, чётко формулировать и внятно озвучивать свои интересы.

Таким образом, современный характер инновационной деятельности, представляя собой деятельность меняющегося субъекта власти в динамичной социальной среде, предъявляет исключительно высокие требования к его рефлексивной культуре.

Рефлексивную культуру предприятия можно определить как систему способов организации рефлексии, построенных на основе интеллектуальных и ценностных критериев. Она включает в себя: способность и готовность действовать в ситуациях с высокой степенью неопределённости, гибкость в принятии решений, постоянную готовность к поиску путей решения творческих задач в кризисных ситуациях деятельности, способность переосмысливать стереотипы своего опыта, возможность адекватно ситуации реализовать личностные, коммуникационные и интеллектуальные свойства.

Таблица 5–2. Отдельные аспекты организации рефлексивных процессов на предприятиях XX и XXI века

Аспекты Традиционные предприятия XX века («жёсткая организация») Предприятия XXI века («гибкая, сетевая организация»
Ведущая ориентация на способ деятельности сотрудников Реактивный способ деятельности Рефлексивный способ деятельности
Субъектный аспект отношения к сотрудникам Ориентация на превращение сотрудников из субъектов в объекты управления. Блокировка рефлексии Ориентация на сохранение и формирование «субъектности» сотрудников, отказ от манипулирования. Стимулирование, поддержка рефлексии, развитие рефлексивных способностей
«Носители рефлексии» Топ-менеджеры Все сотрудники предприятия, группы, организация в целом
Действия сотрудников в конкретных ситуациях Ориентация на шаблонные действия в типовых ситуациях и обязательное обращение к помощи руководителей в нестандартных ситуациях Ориентация на самостоятельные действия, стимулирование креативности и рефлексии
Коммуникация «носителей рефлексии» Формальное общение. Высокая степень опосредственности общения Гибкое сочетание формального и неформального общения. Гибкое сочетание форм общения
Коммуникация «носителей рефлексии» и «носителей властных полномочий» Совмещение «носителей рефлексии» и «носителей властных полномочий» Создание условий для реального влияния «носителей рефлексии» на «носителей властных полномочий»
Координация действий подразделений и сотрудников предприятия На основе должностных инструкций На основе формирования у сотрудников взаимных адекватных рефлексивных представлений, а также рефлексивных позиций предприятия и подразделений как социальных субъектов
Базовые знания Предметные Процедурные, в том числе рефлексивные технологии
Стимулирование и поддержка рефлексивных процессов у сотрудников предприятия Недооценка данного аспекта Многообразие мероприятий и программ ориентированных на стимулирование и поддержку рефлексивных процессов у сотрудников предприятия
Создание условий для развития рефлексивных способностей «носителей рефлексии» Недооценка данного аспекта Предприятие как рефлексивно развивающая среда

Рефлексия позволяет не только разрешать проблемные ситуации, но и обеспечивает коррекцию норм инновационной деятельности. Поэтому ведущая её функция — преодоление затруднения в деятельности через развитие самой деятельности. Важным признаком развития рефлексивной культуры субъекта является гармоничность различных её аспектов. Это не только наличие доминирующей направленности рефлексии, которая не подавляет, а стимулирует проявление других рефлексивных важных для конструктивной личностной реализации содержаний, но и лёгкость переключения с одного типа рефлексивных проявлений на другой. Гармоничное взаимодействие разных уровней рефлексии субъекта способствует формированию его адекватного поведения в кризисных ситуациях.

Коммуникационный субъект инновационного развития:

Целостность субъекта инновационного развития определяется соответствующей коммуникационной средой, обеспечивающей поддержку рефлексивных процессов, организацию быстрого, адекватного реагирования на динамично меняющуюся внешнюю среду.

Особое значение в условиях глобализации приобретает свойство безграничности коммуникаций. Сотрудничество с субъектами инновационного развития других культур становится повседневным опытом. Рынки срастаются, цены во всём мире выравниваются, поэтому и субъекты должны кооперироваться и объединяться.

Под безграничностью следует понимать также устранение внутренних барьеров между функциональными элементами субъектов инновационного развития.

Социальность субъектов инновационного развития

В контексте социальной ориентации наиболее актуальны следующие характеристики: идентичность, свобода, социальная ответственность, этичность, духовность субъектов.

Носитель инновационного развития как субъект развитой идентичности:

Ничто не может так мотивировать человека, как убеждённость в возможности приняться за нечто, полное смысла, особенно в случае его расхождения с нормой.

Сегодня становится всё более очевидной постоянно возникающая необходимость «выхода» сотрудников за рамки нормативного подхода, фактически нормой становится выход за пределы нормы 5. Это обосновывается следующими соображениями:

  • высоким темпом обновления знаний, характерным для информационного общества, что влечёт быструю сменяемость социальных структур и институтов, воплощающих это знание, типов и способов коммуникации;
  • существованием многих социальных процессов в относительно небольшое время, поскольку усиливается множественность социальных реальностей и динамика их существования;
  • резким усилением в условиях современной России (и на всем постсоветском пространстве) давления техногенной цивилизации на индивидуальное бытие человека, разрушением установившегося баланса социальной активности и внутреннего гомеостазиса индивида, ослабления механизмов его психической саморегуляции;
  • усложнением естественной интеграции прошлого и будущего в единую цепь событий, которая образует индивидуальную биографию и лежит в основе личностной идентичности (и без того подверженной весьма тяжёлым традиционно выделяемым кризисам);
  • все более осложняющейся в современном обществе цепью социальных и технологических опосредований между действием и его результатом, что затрудняет рациональное планирование действий как на коллективном, так и на индивидуальном уровне.

Любое рациональное действие предполагает как учёт его возможных последствий, так и соотнесение выбранных средств и действий с существующими в обществе нормами поведения, с коллективными представлениями о дозволенном и недозволенном, с представлениями действующего субъекта о самом себе, о принятых на себя в прошлом обязательствах, о принадлежности к той или иной коллективной общности — с тем, что называется индивидуальной идентичностью. Проблема её сохранения в производственной практике обостряется. Возникает всё большее число индивидов, характеризующихся «размытой идентичностью» — их, сознание оказывается фрагментированным. Отсутствие единства сознания влечёт за собой отсутствие целостности в производственной деятельности. Продуктивную инновационную среду создать с такого рода индивидами проблематично.

Большое влияние на разрушение традиционных механизмов идентификации оказали процессы глобализации. Они неразрывно связаны с интеграцией мировых процессов производства и потребления, следствием чего является повышение роли субъектов мировой экономики и мировой политики. Как следствие нарастает тенденция ограничения функциональных возможностей национальных и социальных образований, культур и религий.

В конце XX столетия эти тенденции в России были существенно усилены под влиянием доминирования неолиберализма в экономике и политике. В новых условиях снижения легитимности государства как ключевого субъекта власти гражданин теряет доверие к институтам легального господства, не обеспечивающим даже минимум инфраструктуры развития.

Сегодня в мире уже зарождаются новые технологии и формы власти, например, нетократия 6, на базе чего выстраивается «проектная идентичность» 7. Лишь она сможет обеспечить ценностно-целевую фрактальность субъектов инновационного развития и, соответственно, согласованность и конвергенцию их деятельности в масштабах проектов, выдвигаемых и продвигаемых макросубъектами.

Субъектом же власти в эпоху рефлексивного модерна 8 становится в идеальном случае тот, кто оказывается способным адекватно осмыслять (либо конструировать) реальность, определять своё место в мире, ставить цели деятельности и развития, формулировать кооперативный проект действия в мире.

Свобода субъектов инновационного развития:

Регуляторами свободы субъектов инновационного развития (кроме принятых в обществе нормативных ограничений для всех граждан) должны выступать добровольно принятые ими мировоззрение инновационного развития и нормы, сложившиеся в рамках осознанной проектной идентификации.

Наиболее важным аспектом обеспечения свободы субъектов инновационного развития является защищённость от различного рода манипулятивных воздействий, несанкционированно превращающих их из субъектов в объекты, действующие в чьих-то интересах. В условиях нарастания влияния в современном мире скрытых субъектов управления (нетократия и другие) особое значение следует придавать специальной подготовке субъектов инновационного развития по вопросам культуры информационной и информационно-психологической безопасности, которая обеспечивает индивидуальную и групповую защиту от манипулятивных воздействий. Особенно она важна для субъектов, имеющих отношение к современным высоким технологиям (нанотехнологиям, биотехнологиям и другими), которые во многих случаях могут иметь так называемое двойное назначение, способствовать созданию новых видов оружия массового поражения.

Социальная ответственность субъектов инновационного развития:

Лишь при наличии свободы, выводимой из единства сознания и целостности человека, возможна ответственность за поступки, которая немыслима, если сознание распадается на не связанные друг с другом фрагменты, а в объёме индивидуального человеческого бытия не оказывается места для традиционных культурных реальностей. Их игнорирование приводит к бессубъектности и безответственности субъектов, культу примитивной рациональности при игнорировании морально-нравственных аспектов, к деформации социальных норм и другого. Все эти негативные явления отчётливо проявляются в условиях современной России.

Этичность субъектов инновационного развития:

Для формирования представлений о субъекте инновационного развития принципиально важно понимание различий между системами ценностей и этическими системами. Специфическая система ценностей (ценностных оценок) существует в любом обществе (культуре), независимо от отдельных индивидов. Можно выделить «универсальные» (одинаковых почти во всех культур) и «локальные» (специфические для отдельных культур) ценности. Например, «говорить неправду» почти во всех культурах оценивается как «плохо», «украсть» — «плохо», «помогать бедным» — «хорошо».

Однако, есть и другие примеры. Если мужчина уступит место женщине в общественном транспорте в США, — это оценивается как «плохо», ибо может быть проинтерпретировано как подчёркивание неравенства; во Франции «плохо» не уступить места.

Через культуру происходит кодирование ценностей. Фактически существует некий «список, что такое хорошо, а что такое плохо». Это кодирование может меняться во времени, иногда весьма динамично; так произошло в США после трагических событий 11 сентября 2001 года.

Во всех указанных случаях мы имеем дело с «системой ценностей». Однако сознание оперирует не только простыми оценками «хорошо» и «плохо», но также оценками комбинаций ситуаций (действий). Например, сказать правду — «хорошо», а в результате этого отправить человека в тюрьму — «плохо».

При комбинации оценок мы переходим к рассмотрению «этических систем», другими словами, к «метакодированию» ценностей. Главный вопрос здесь связан с оценкой совмещения «добра» и «зла». В. А. Лефевр ввёл понятие и построил формальные рефлексивные модели двух этических систем 9.

  1. I совмещение «добра» и «зла» рассматривается как «зло».
  2. II совмещение «добра» и «зла» рассматривается как «добро» («цель оправдывает средства»).

Важно отметить, что в тех сообществах, где большинство личностей негативно оценивают соединение добра и зла, предпочтение отдается тому, кто стремится к компромиссу, а в тех, где соединение добра и зла оценивается позитивно, личностям с бескомпромиссным поведением. А если учесть, что именно компромисс обеспечивает продуктивность создаваемой инновационной среды, то большинство проявлений бескомпромиссности в данном аспекте контрпродуктивны.

В отдельных культурах «системы ценностей» могут быть одинаковыми, а «этические системы» — разными. Например, по данным исследований В. А. Лефевра, проведённым в 80-х годах XX столетия, были сделаны выводы, что в США в те годы преобладала первая этическая система, а в СССР — вторая. Сегодня просматриваются тенденции, принципиально изменяющие сделанные Лефевром оценки. Есть основания утверждать, что действия руководства США (в основном одобряемые населением) все более соответствуют второй этической системе, что может способствовать формированию психологического кризиса у американцев, поскольку их представления о себе вступают в противоречие с реальными действиями. А в России наблюдаются проблески принципиально иной тенденции, под влиянием многовековых традиций у населения пробуждается первая этическая система, что даёт некоторые основания для оптимистических прогнозов возрождения России.

Рассмотренные в работе базовые принципы организации сред инновационного развития дают основания утверждать, что их субъекты должны быть ориентированы на первую этическую систему. Для них естественной является толерантность к мнениям и позициям других. Принципиально важно отметить, что толерантность является позитивной характеристикой именно в системной организации среды инновационного развития, в частности, содержащей базовые характеристики рассматриваемой социогуманитарной модели его субъектов. Однако, увлечённость толерантностью как автономной характеристикой может привести к негативным последствиям.

Духовность субъектов инновационного развития:

В условиях глобализации субъект инновационного развития должен брать на себя ответственность за производимые им воздействия на общество, за дальнейший ход эволюции в направлении к одухотворению мира. При этом важно выработать духовную общность субъектов, которая будет являться основой совместной деятельности, даст ориентир и облегчит многие решения.

Принципиально важно высказывание о роли духовности европейского специалиста по разработке образа предприятия XXI века Х. Гайсельхарта: «Сотрудники отделов по работе с персоналом пытались внести свой вклад в улучшение состояния предприятия через введение TQM, Reengineering, ISO и других методов. Между тем, эти методы подвергаются сильной критике как модные явления. Они не выполняют того, что обещают, и исчезают так же, как и пришли. Поскольку они редко интегрированы в духовную взаимосвязь, они становятся просто скучными, потому что бездуховны» 10.

Следует отметить также, что проблема индивидуальной идентичности оказывается неразрывно связана с духовностью и является ключевой в инновационном развитии.

Развивающийся субъект инновационного развития

Самоорганизующийся субъект инновационного развития.

Стремление интенсифицировать инновационное развитие влечёт за собой увеличение горизонтальных организационных структур, снижение формальности в отношениях субъектов, создание неформального сетевого самоорганизующегося субъекта.

Всё более популярными становятся междисциплинарные представления о мире, в котором порядок из хаоса возникает в силу естественных процессов. Такая логика предполагает, что деятельность субъектов подчинена правилам самоорганизации. В ходе организации постоянного и разнообразного общения можно надеяться на достижение благоприятных результатов. Важно «прислушаться к тому, куда система намерена двигаться»: чем больше включённых субъектов поймут, в каком направлении изменяются процессы инновационного развития, тем быстрее будут развиваться новые формы организации 11. В этой синергетической трактовке процессов самоорганизации следует выделить несколько аспектов, связанных с рефлексивными процессами.

Во-первых, для контроля над последствиями самоорганизации кто-то должен с упреждением их осознать, выявить аттракторы и параметры порядка, детерминирующие эти процессы. То есть некто, должен обладать упреждающей рефлексией, обеспечивающей возможность либо притормозить процессы самоорганизации, либо их стимулировать. Самоорганизация это мощный потенциал развития, не всегда, однако, гарантирующий благоприятный результат. Для социально ориентированных субъектов целесообразно, в целях обеспечения безопасности для общества последствий их деятельности, рассмотрение процессов управляемой самоорганизации.

Во-вторых, справедливо утверждение: чем больше включённых субъектов осознают направления процессов изменений, тем быстрее возникнет благотворный резонанс. Сказанное ставит задачу стимулирования рефлексивных процессов осознания естественных тенденций инновационного развития.

Перенос из естественных наук синергетических идей самоорганизации в практику инновационного развития требует переосмысления в контексте современных представлений постнеклассической науки, и сегодня делаются первые шаги в этом направлении 12.

Специализация и постоянный рост знания ведут к комплексности, которая требует кооперации между различными специальностями. Дифференциация видов деятельности субъектов инновационного развития вызывает к жизни собственную динамику включённых субъектов, что затрудняет руководство со стороны вышестоящей центральной инстанции. При помощи саморефлексии включённые субъекты должны приобрести возможность справляться с возрастающей комплексностью и самостоятельно создавать необходимые сети, осуществлять координацию и согласования 13.

Саморефлексия означает, что обнаруживается относительный характер рефлектируемых фактов и, тем самым, открываются альтернативы. Саморефлексия ведёт к увеличению знания, к метазнанию. Она даёт больше знания о нас самих, и понимание того, что здесь речь идёт не об истинах, но о конструкциях. Она способствует развитию способности не теряться перед непредвиденным и расставаться с имеющимся знанием. Саморефлексия включённых субъектов институционализируется в форме бесед, собраний, «обратной связи», рефлексивных семинаров, различных видов игр и другого.

Креативный субъект инновационного развития:

Время, в которое мы живём, характеризуется непостижимой динамикой изменений. Чтобы не отставать, требуются большие знания, ясное мышление, точная логика, умение использовать все способности и беспрерывные усилия. Однако всего этого недостаточно, чтобы стать субъектом инновационного развития, например, в форме успешного предприятия, и, возможно, оказаться на одном из первых мест. Знание возникает быстрее, инновационные циклы становятся короче, единицы времени, в которые мы работаем, меньше. Выдающиеся достижения, которые требуются сейчас, не могут быть совершены обычными средствами, потому что каждый располагающий может использовать их так, что выделиться удаётся лишь на короткое время. Таковы особенности, определяющие и характер сред инновационного развития; их главный лозунг — постоянство изменчивости.

Выдающиеся достижения, которые нельзя быстро повторить, основываются на необычных идеях, сложных для имитации. Эти идеи подобны тем, что производят художники. Как произведение искусства создаётся творческим человеком, так и выдающиеся достижения возникают благодаря креативным субъектам. Поэтому сегодня больше, чем когда-либо, нужны люди, которые обладают способностями к рефлексии, к творчеству, которые готовы к движению в напряжённости видения и мыслительной работы, интуиции и профессионального умения.

Открытый субъект инновационного развития:

Классическое понимание открытости систем базируется на идеях венского биолога Людвига фон Берталанфи 14. В контексте субъектов инновационного развития можно утверждать, что долговременная конкурентоспособность не достигается на основе частичной оптимизации, в пределах внутреннего рассмотрения проблем. Только выход за границы создаёт предпосылки для успешного и долговременного его существования.

То есть проблема открытости тесно связана с проблемой границ субъектов инновационного развития, которую мы уже затрагивали при рассмотрении вопросов коммуникаций.

Следует заметить, что повышение гибкости экономической активности представляет собой общее явление, оно размывает границы между работой и не работой 15.

Непрерывно обучающийся субъект инновационного развития:

По содержанию обучение субъектов инновационного развития будет всё более смещаться с «предметно-знаниевой» на «процедурнознаниевую» ориентацию и развитие соответствующих способностей, в первую очередь рефлексивных.

Успешные в условиях ВТО инновационные предприятия тратят на подготовку и сертификацию персонала не менее 20% общих затрат. А в России этот показатель составляет всего 0,8% для малого и среднего бизнеса и 1,2% для крупного… 16

По формам обучения доминируют две формы организации: непрерывного обучения и обучения непосредственно на рабочем месте.

В процессе производственной деятельности создаётся развивающая среда, с учётом важности развития рефлексивных способностей, она становится рефлексивно развивающей средой. В частности, богатый опыт создания такого рода учебных сред имеется в отечественной педагогике 17.

Наблюдаются бурные темпы создания корпоративных университетов. Например, в Соединённых Штатах Америки 62% предприятий численностью свыше 1000 человек уже внедрили у себя системы электронного дистанционного обучения. В России такие системы используют пока лишь некоторые крупные компании 18. В значительной мере возникновение корпоративных университетов было продиктовано затруднениями, связанными с использованием традиционного академического истеблишмента для реализации такого непрерывного процесса обучения, который помогал бы решать конкретные задачи корпораций.

Во-первых, традиционное образование столкнулось с невозможностью отдельному специалисту и кафедре отслеживать, инкорпорировать учебный релевантный материал по мере его поступления. Во внесетевой форме делать это уже сейчас практически невозможно.

Во-вторых, традиционное образование не в состоянии вместить в устоявшиеся учебные планы междисциплинарный поход. Данная проблема легко снималась в сетевом обучении, которое давало возможность организовать сквозное информационное поле, где лаборатория, факультеты и обучаемые получали максимум возможного от использования сетевых технологий и динамических интерактивных баз данных.

В-третьих, корпоративные университеты, как правило, переходящие к работе в виртуальном пространстве, смогли разрешить проблему непрерывного образования без отвлечения работников на значительное время для участия в «контактном» учебном процессе с фокусированием на вопросах инновационного развития. При этом данные университеты должны сохранять возможность быть катализатором изменений в корпорациях и постепенно легализуют свой статус «управляющего контура» их развитием.

В-четвёртых, корпоративные университеты сформировали механизм обучения работников и управления кадровыми ресурсами (вплоть до карьерного роста в зависимости от пройдённых образовательных и исследовательских курсов) для масштабных и имеющих большой ареал дислокации филиальных сетей.

Эксперты отмечают, что в России в настоящее время масштабы развёртывания корпоративных университетов несопоставимы с Западом 19.

Прообразы субъектов инновационного развития

Рассмотрим три принципиально различающихся примера организации инновационных предприятий с рядом характеристик, соответствующих прообразам перспективных субъектов инновационного развития.

Первые два примера естественного формирования предприятий на основе исторически сложившейся культуры и религии. Фактически мы имеем дело со свернутыми формами общественного сознания, воплотившимися в организации инновационных предприятий. Речь пойдёт о типовых японских предприятиях и предприятиях в системе Генеральных конструкторов ВПК СССР.

Третий пример искусственного формирования конкретного предприятия на основе представлений творчески одарённого менеджера. В данном случае мы имеем дело с развёрнутым процессом индивидуального сознания, воплотившего свой социальный проект. Речь пойдёт о фирме «Дженерал Электрик», которую через уникальные преобразования Джек Велш вывел в мировые лидеры.

Японская модель инновационного предприятия:

Типовая модель японского предприятия базируется на фундаменте национальной культуры и духовности, в значительной степени повторяя черты японской семьи. В контексте рассматриваемого нами эталонного субъекта инновационного развития японская модель в наибольшей степени содержит в себе основные его признаки.

В Японии механизмом управленческого контроля служит «философия», или «теория», предприятия, то есть система ценностей и убеждений, определённая в ней учредителями и воспринимаемая вынуждено или добровольно персоналом. Из этой системы сотрудники предприятия в состоянии вывести безграничное число целей-заданий и конкретных средств их достижения с весьма существенной, однако, разницей — работник самостоятельно наметивший цель и путь к ней, быстрее и правильнее внесет коррективы, если того потребует изменившаяся обстановка. И другое: два или несколько работников, разделяющие философию предприятия, выведут из неё одинаковые правила поведения при одной и той же ситуации.

Иными словами, философия предприятия обеспечивает как контроль над реакцией работников на проблему, так и координацию их усилий, исключающую столкновение принимаемых работниками решений (рисунок 5–2). Настойчивость, энергия, находчивость человека, которому кажется, что он действует добровольно, неизмеримо выше, чем у того, кто работает из-под вполне осязаемой палки. Руководители не докучаются мелкой опекой вышестоящих руководителей и подобным же образом ведут себя по отношению к нижестоящим. Данная концепция ориентирована на активного субъекта в системе хозяйствования.

Рисунок 5–2. Две концепции организационного управления к нижестоящим. Данная концепция ориентирована на активного субъекта в системе хозяйствования.

Каждый работник обладает видением будущего предприятия, поскольку осознает его базовые ценности в качестве социального субъекта. Условно такого рода организацию можно назвать концепцией «системно-целостного управления».

Отметим отдельные положительные стороны концепции «системно-целостного управления»:

  • системность элементов организационного управления (каждый элемент-субъект обладает системно-целостной ориентацией, то есть «видит» свою деятельность с позиции системных целей и задач, обладает системной рефлексией);
  • оперативность и скоординированность действий отдельных субъектов;
  • максимальный учет конкретных условий при принятии управленческих решений;
  • снижение инновационных барьеров по отношению к качественно новым решениям, так как в выработке решения участвовали сами исполнители;
  • повышение творческой активности членов организации;
  • создание хорошего психологического климата в организации;
  • высокая «живучесть» системы управления.

Для сотрудников в силу культурных традиций естественно выступать в роли рефлексивных элементов предприятия, вместе с тем дополнительно на предприятии постоянно реализуется ряд специальных программ, стимулирующих рефлексивные процессы и обеспечивающие их адекватность. Приведём несколько примеров таких программ.

«Формирования представлений о концепции предприятия» предусматривает организацию регулярных внепроизводственных встреч сотрудников для обсуждения философии, концепции предприятия.

«Ротация кадров», осуществляя периодическое перемещение сотрудников на новые рабочие места, способствует формированию у сотрудников видения предприятия с разных рефлексивных позиций, а также формированию адекватной взаимной рефлексии субъектов разных видов производственной деятельности.

«Группы качества» также способствуют стимулированию и поддержке рефлексивных процессов в связи с производственной деятельностью.

Очевидно, что эти программы, наряду с развитием рефлексивных процессов, стимулируют развитие многих других выделенных нами качеств субъектов инновационного развития, в частности, содействуют обеспечению процессов идентификации, коммуникации, самоорганизации и другому.

В качестве иллюстративного примера на рисунке 5–3 приведена авторская качественная оценка обобщённых образов российских и японских предприятий.

Приведённая оценка, если принять её качественную адекватность, позволяет выявить основные направления развития российских предприятий как субъектов инновационного развития и одновременно заставляет задуматься об их конкурентности в XXI веке, а также о необходимости учёта этих аспектов.

Обобщённый образ предприятия в системе Генеральных конструкторов ВПК СССР 20:

Типовая модель предприятия в системе Генеральных конструкторов в ВПК СССР базировалась на ряде базовых черт отечественной культуры того времени.

Основными системообразующими и мотивирующими факторами выступали:

  1. Социально значимый проект. Цель быть первыми, сделать лучше всех, цель от которой зависит судьба страны, а значит и твоих ближних. Эту цель принимали как высоко значимую для себя многие сотрудники предприятий, собственно через это и осуществлялась проектная идентификация всех сотрудников в целое и их высокая мотивация. Указанная цель была вызовом для креативных специалистов, наполняла смыслом их жизнь.
  2. Образ генерального конструктора (группы главных конструкторов) как эталон субъекта, самозабвенно преданного делу и способного повести за собой коллектив предприятия. На этом также основывалась идентификация сотрудников с предприятием, а через него и со страной в целом.
Рисунок 5–3. Ориентировочное сравнение обобщённых образов российского и японского предприятий.

Наряду с этими определяющими факторами грамотно создавались обеспечивающие системы:

  • планирования и контроля (персональная ответственность на всех уровнях, строжайшая военная приёмка изделий с государственными испытаниями, моральное и материальное стимулирование успешных разработок и другого);
  • непрерывного обучения и повышения квалификации (базовые кафедры в ведущих высших учебных заведениях, плановое обучение «на рабочих местах» и другое);
  • персонального и коллективного информационного обеспечения ведущих специалистов (и без Интернета они были очень высокого качества);
  • научно-методического обеспечения разработок (подключение на договорной основе ведущих институтов страны, включая институты АН СССР, создание совместных научных подразделений с институтами АН СССР и ведущими ВУЗами, создание научных координирующих структур при Президиуме АН СССР, ведомственных и межведомственных, организация регулярных Всесоюзных научных конференций, семинаров, совещаний в интересах разработок, активная работа научно-технических обществ и другое)

Если представить обобщённый образ предприятия Генеральных конструкторов ВПК СССР, то по моей оценке он будет иметь преимущества по отдельным характеристикам перед образом японского предприятия. Пожалуй, кроме рефлексивности, самоорганизуемости и коммуникационности, что было связано в основном с повышенной секретностью на этих предприятиях.

Достаточно высокая рефлексивность системы обеспечивалась не за счёт распределённой рефлексии, а за счёт высоких способностей Генерального и главных конструкторов, а также создания при них креативных штабов, в разных формах — теоретические отделы, доверенные лица (с подразделениями) по различным направлениям, структуры внешних экспертов и так далее. Профессиональные интересы Генеральных и главных конструкторов далеко выходили за круг технических вопросов. Как правило, в тесном контакте с руководителями были ведущие в стране специалисты по эргономическому обеспечению. В круг обязанностей этих специалистов входил широкий спектр социогуманитарных проблем, они же возглавляли ведущие в стране лаборатории, для которых не существовали межотраслевые барьеры.

Это были образцы сред инновационного развития со своими преимуществами и недостатками; они были адекватны для тех условий страны. До сих пор многие разработки отечественного ВПК остаются лучшими в мире, а новые, выдерживающие мировую конкуренцию, пока создать не удаётся. Образцы институтов Генеральных конструкторов перенести в реалии современной России невозможно, однако проанализировать и учесть позитивные стороны опыта, было бы крайне полезно для перевода страны на инновационный курс развития и создания современных сред инновационного развития…

Фирма «Дженерал Электрик»:

Одно из крупнейших и динамично развивающихся предприятий мира «Дженерал Электрик» является ярким примером прототипа эталонного субъекта инновационного развития. Руководителю Дж. Велшу удалось фундаментальное преобразование этого бывшего прежде неповоротливым предприятия, его методам подражают во всём мире.

Рассмотрим отдельные технологические приёмы реализации многих из выделенных нами качеств субъектов инновационного развития.

Высокий уровень рефлексивности обеспечивается за счёт мотивации сотрудников, их непосредственного включения в сверхзадачи, создания уверенности в возможности воздействовать на принимаемые решения. В центре внимания всех сотрудников — осознание стратегического видения фирмы, ориентиров развития.

Стимулирование рефлексии всех сотрудников для решения сверхзадач (Strech-концепция) реализовано в рамках «Дженерал Электрик». Однако «нужно посмотреть выше — ещё выше — на цели вверху, которые, как кажется, находятся вне всяких пределов досягаемости, достичь которых можно лишь с нечеловеческими усилиями» 21. Постановка сверхзадач — фирменный стиль «Дженерал Электрик». «Не довольствуйтесь автоматически вторым местом, если Вы можете достичь большего! Хватайте звезды» 22.

На стимулирование рефлексии каждого сотрудника на критический анализ и развитие своей производственной деятельности направлена программа «work»-out». Она должна сформировать у сотрудников чувство, что будущее предприятия зависит от каждого лично. В рамках программы сотрудникам были переданы права вносить собственные идеи для решения возникающих проблем. Стимулированию и обеспечению адекватной рефлексии способствует также создание прозрачных производственных структур.

Коммуникационные процессы занимают достойное место в организации предприятия. Безграничное предприятие — это девиз в организации коммуникаций сотрудников. Под безграничностью имеется в виду уничтожение внутренних барьеров, границ между поставщиками и предприятием, между предприятием и его клиентами 23.

Велш постоянно анализирует чужой опыт и не колеблется при этом перенимать чужие идеи, если он полагает, что это может продвинуть «Дженерал Электрик» вперёд, тем самым реальными действиями формируя образ открытого предприятия.

Вопросы идентичности также оказываются в центре внимания руководства предприятия. Существуют два ключевых понятия, к которым Велш возвращается постоянно, и которые имеют основополагающее значение для его понимания руководства предприятием: ценности и видение. «Мы руководим теперь посредством не цифр, а ценностей, которые претворяем в поведение. Если ценности верны, то результат в итоге тоже будет верен». «Мы поняли, что мы достигнем намного большего, если будем управлять посредством ценностей, а не посредством результатов деятельности за квартал» 24.

Развивающееся предприятие «Дженерал Электрик» — образец неформального сетевого предприятия. Сокращение числа иерархических уровней следует рассматривать как «креативную деструкцию», в которой участвовало большинство сотрудников предприятия.

Креативная трактовка производительности предприятия по Велшу такова: «Производительность — это убеждённость, что существуют неограниченные возможности для того, чтобы улучшить все и каждое», или в другом месте: «Мы черпаем из океана креативности, страсти и энергии, который, — насколько видит глаз не обнаруживает ни дна, ни берегов» 25. О крупных руководителях предприятия он говорит: «Их наиболее важная задача состоит в том, чтобы поддерживать своих сотрудников в их развитии и давать им возможность реализовать свои мечты» 26.

Велш описывает «Дженерал Электрик» как обучающееся предприятие: ««Дженерал Электрик» является котлом, в котором кипят идеи и процессы обучения, с десятками тысяч обучающихся, попеременно выполняющих роли обучающихся и обучающих» 27. Многообразие культур во всемирном предприятии «Дженерал Электрик» понимается как шанс для процессов обучения, результатом которых могут стать идеи совершенно нового качества.

Выводы:

Предложен вариант дескриптивной социогуманитарной модели субъектов инновационного развития, которая базируется на философии (мировоззрения) субъектов инновационного развития и структурно-функциональной модели стратегических субъектов.

Характеристики этих субъектов могут быть структурированы по пяти группам: целелеустремлённость, рефлексивность, коммуникационность, социальность и способность к развитию. Представлена детализация этих характеристик.

Рассмотрены примеры субъектов инновационного развития с рядом характеристик соответствующих их эталонным образам. Эти примеры убедительно доказывают, что в центре внимания оказываются проблемы создания сред инновационного развития.

Формальные рефлексивные модели субъектов

Рассмотрим примеры формальных моделей выбора, позволяющие учитывать наряду с утилитарными потребностями субъектов, их ценностные ориентации и рефлексию 28. Эти модели демонстрируют лишь первые шаги в этом направлении и пока не готовы к практическому использованию, однако они определяют направления развития формального моделирования субъектов инновационного развития.

Любая формальная теория выбора так или иначе включает в себя некоторое схематическое представление субъекта, принимающего решение. В первой половине XX века эта схема была чрезвычайно проста. Скрыто предполагалось, что субъект неспособен анализировать ни свои собственные мысли, ни мысли других субъектов. Поэтому он должен пользоваться принципом гарантированного результата, то есть стремиться принимать такие решения, которые позволяют минимизировать возможные потери.

Принцип гарантированного результата позволил построить одну из прекраснейших теорий XX века — теорию игр. Первый шаг к ней сделал Джон фон Нейман в 1928 году, доказав теорему о существовании минимакса в играх двух лиц с нулевой суммой. Следует отметить, что теория игр обрела не только нормативный характер (то есть давала указания, как следует играть), но и предсказательный (то есть указывала на наиболее вероятное поведение игрока). Пик популярности теории приходится на 50–60-е годы XX века. В это время она становится основной референтной теорией принятия решений в условиях конфликта. Такие понятия как минимальный максимум, игра с нулевой суммой, смешанная стратегия, дилемма заключённого начинают употребляться не только специалистами, но и людьми далёкими от математики — военными, дипломатами, политологами и даже журналистами.

Однако в 1970-е годы в использовании теории игр наступил кризис. Оказалось, что схема, положенная в её основу, бедна; это проявилось в слишком упрощённом взгляде на человеческие ценности, которые образуют два класса. К первому относятся высшие моральные ценности, ко второму — материальные. Моральные ценности связаны с такими категориями как вера, достоинство, чувства вины и справедливости. Теория игр и большинство формализованных экономических теорий игнорируют этот аспект жизни общества, они учитывают только утилитарные ценности.

Конечно, экономическое и психологическое мышление ушло далеко вперёд. Никто не считает сегодня, что материальные ценности измеряются только деньгами. Уже в восемнадцатом веке Даниил Бернулли начал рассматривать психологическую полезность денег как логарифм имеющегося капитала. В двадцатом веке была создана формальная теория полезности, отражающая предпочтение различных альтернатив в условиях выбора и упорядочивания. Однако распространить теорию полезности на область моральных ценностей не удалось. Произошло это потому, что моральные ценности принципиально не могут быть упорядочены. Что важнее: сохранить жизнь отца или жизнь матери? Мы не можем ответить на этот вопрос.

Рассмотрим четыре модели выбора, когда наряду с утилитарными присутствуют и высшие ценности. В основе всех этих моделей лежит представление субъекта как существа рефлексирующего, то есть предполагается, что субъект может иметь образы себя и других субъектов вместе с их внутренними мирами. Простейшие ситуации, в которых высшие ценности играют существенную роль, связаны с восприятием людьми успеха или неуспеха других людей.

В 1969 году была построена первая формальная модель генерации высших ценностей в подобных ситуациях 29. Мы предположили, что каждый субъект является локальным центром социального организма и что ценности других членов группы влияют на его ценности. Боль другого по поводу своего проигрыша может усилить радость субъекта по поводу своего выигрыша, а может и уменьшить. Это зависит от качества отношений между субъектами. Во многих ситуациях проявляется своеобразная «внутренняя валюта». Она может многократно осознаваться субъектами. В результате возникает многоярусный каскад генерации высших ценностей, которые предопределяют выборы субъектов.

Вторая модель 30 была создана для выявления склонности субъекта выбрать определённое отношение к другому субъекту. В рамках этой модели таких отношений может быть только два — союз или конфликт. Выбор одного из них предопределяется не утилитарными, а высшими ценностями. Мотивация выбора зависит от этического статуса образа себя у субъекта. Человек, рассматриваемый в своей культуре как достойный, стремится выбрать такое отношение, при котором этический статус образа себя будет выше, то есть субъект будет лучше выглядеть в собственных глазах.

При построении этой модели оказалось необходимым провести различие между понятиями «система ценностей» и «этическая система» 31. Модель вскрыла важную связь между этической системой и выбором отношений к другому субъекту. В первой этической системе, где соединение добра и зла оценивается как зло, нормативно-достойный человек стремится вступить в кооперацию с другим человеком, а во второй этической системе — он склонен к конфронтации. Эмпирический анализ показал, что модель объясняет существенные различия нормативных оценок выбора отношения к другому в различных культурах.

Третья модель 32 — это модель биполярного выбора. Рассмотрим следующую ситуацию. Пусть некто хочет продать хорошую подделку знаменитой картины и стоит перед альтернативой: сказать покупателю правду или солгать. Если этот человек скажет правду, он получит тысячу долларов, если солжет — пятьсот тысяч. Спрашивается, с какой вероятностью человек скажет правду? Ответить на этот вопрос, используя понятие полезности, невозможно. На уровне высших ценностей человек стоит перед выбором между добром и злом. На уровне утилитарных ценностей человек стоит перед альтернативой «мало денег — много денег». Модель биполярного выбора позволяет соединить эти, казалось бы, несовместимые аспекты.

Как проверить эту модель? Эксперименты с людьми практически невозможны по этическим причинам. Однако, поскольку модель была построена на основе очень общих предположений, возникла мысль, что она должна предсказывать выбор не только человека, но и животных. Проведённый анализ показал, что животные (крысы, голуби) совершают выбор в соответствии с биполярной моделью. Речь идёт об экспериментах в камере Скиннера с двумя ключами, нажимание на которые приводит к выдаче маленьких кусочков пищи.

Попытки объяснить этот феномен экономическими моделями к успеху не привели. Тогда В. Лефевр выдвинул гипотезу, что если у млекопитающих и птиц, также как у человека, есть два класса ценностей: высшие и низшие. Высшие относятся к обширным классам ситуаций, а низшие проявляются в отдельных ситуациях. Другими словами, в обширном классе ситуаций один ключ олицетворяет для крысы «добро», а другой — «зло», а в каждой отдельной ситуации у ключей есть независимые от этого полезности, связанные именно с данной ситуацией. Тогда поведение животных может быть объяснено биполярной моделью. Анализ экспериментальных данных показал, что биполярная модель позволяет объяснить наблюдаемое отклонение реальных стратегий, которыми пользуются крысы и голуби, от стратегий, оптимальных, с точки зрения экономики 33.

Сравним это с выбором человека. Верующий каменщик согласится получать меньшую сумму денег, строя собор, по сравнению с той, которую он потребует, чтобы строить банк. Один вариант олицетворяет для него добро, а второй — зло. Зачатки «сакральности» мы можем наблюдать и у животных. В силу этого они, также как и люди, отклоняются в своём поведении от экономически оптимальных стратегий.

Отдельные субъекты очень редко принимают решения, находясь в изоляции. Обычно на них воздействуют другие субъекты, входящие с ними в одну группу. Члены группы могут находится друг с другом в отношении союза или конфронтации. В рамках рефлексивных моделей выбор генерируется многоэтажной рефлексивной структурой, то есть у каждого субъекта есть система образов себя, в свою очередь содержащих системы образов себя.

Поставим следующий вопрос: какова универсальная высшая ценность, объединяющая группу субъектов. В теории рефлексивных игр 34 (это четвёртая модель) такой универсальной общей ценностью является принцип запрета эгоизма. Он формулируется так: каждый субъект, входящий в группу, преследуя свои личные цели, не должен наносить ущерб группе как целому. Таким образом, действия, выгодные для субъекта, но не выгодные для группы, являются неприемлемыми. Важно заметить, что этот принцип не запрещает действия, направленные против интересов группы или общества, если лицо, их совершающее, не получает никакой личной выгоды.

Пусть некто ограбил богача и сжег украденные деньги, протестуя против несправедливости общественного устройства. Этот человек на нарушил принцип запрета эгоизма, поскольку он бескорыстен. Если же он ограбил богача, чтобы купить себе дорогую машину, он явно его нарушил.

Принцип запрета эгоизма играет в теории рефлексивных игр примерно ту же роль, какую играет принцип гарантированного результата в классической теории игр. Теория рефлексивных игр позволяет предсказывать выборы субъектов, входящих в группу, если нам известен граф отношений между субъектами и их воздействия друг на друга.

Высшие ценности должны быть не только темой обсуждения в гуманитарных кругах, но и фокусом работ междисциплинарных исследовательских центров, в которых создаются модели субъектов инновационного развития. Без опоры на них не выстраивается и среда такого развития.

Технологии сборки субъектов инновационного развития

Главная проблема перевода страны на инновационный курс связана с бессубъектностью российского развития, с явной незаинтересованностью коррумпированных чиновников и олигархов в изменениях сложившейся удобной для них ситуации. Как следствие, не удаётся сформировать пространство доверия в треугольнике «государство-общество-бизнес», столь необходимое для интенсивного инновационного развития.

Эта практическая ситуация ставит перед отечественной наукой актуальную фундаментальную и научно-прикладную проблему «сборки субъектов» российского развития. Понятие «сборка субъектов» новое и введено для объединения разнородных естественных и искусственных социальных технологий соорганизации субъектов 35.

Современная наука имеет определённый задел для решения указанной проблемы, вместе с тем её постановка с учётом конкретных реалий нашей страны отличается явной новизной и требует серьёзных междисциплинарных усилий научного сообщества. Сложность её решения усугубляется также тем, что в России практически разорвана связь между наукой и властной элитой. А решать проблему сборки субъектов российского развития надо сообща, одними научными рекомендациями со стороны учёных в данном случае не обойтись, равно как и действиями высших управленцев «по наитию».

В данном подразделе рассматриваются механизмы, параметры и технологии сборки субъектов, которые могут быть полезны при организации процессов инновационного развития и адекватной для него среды.

Эскиз структуры параметров сборки субъектов

Предлагаемый вариант сборки субъектов является первой попыткой на пути систематизации параметров данного процесса и должен рассматриваться как «пилотный»; его фактически можно трактовать как фрагмент структуры подлежащей развитию.

Уточним используемые понятия. Базовыми субъектами являются те, которые собираются в совокупного субъекта. Совокупный субъект образуется в результате процессов сборки субъектов.

Параметры сборки субъектов — один из инструментов понижения размерности (сложности) системы сборки субъектов. Это коллективная переменная функция многих входящих в неё других переменных, в анализе сложных самоорганизующихся систем сборки субъектов, дающая важную информацию о поведении последних как сложно структурированных целостностей. Будем выделять две группы параметров сборки субъектов: базовые основания для сборки субъектов и базовые факторы, влияющие на процессы сборки субъектов.

Базовые основания для сборки субъектов определяют ведущие мотивы субъектов в их ориентации на процессы сборки. Среди такого рода оснований в первую очередь следует выделить: общность ценностей, общность культуры, общность целей, а также комплексные основания формируемые, например, в процессах «проектной идентификации».

Базовые факторы, влияющие на процессы сборки субъектов — это факторы (группы факторов) наиболее значимые для процессов сборки субъектов, влияние которых изучено в различных областях знания.

Рисунок 5–4. Фрагмент структуры параметров сборки субъектов сборки субъектов, влияние которых изучено в различных областях знания.

Проведённый нами предварительный анализ позволил выделить следующую структуру в определённой степени исследованных параметров сборки субъектов (рисунок 5–4). Предлагая данную структуру, мы понимаем, что она открыта для дальнейшего развития и является первым шагом в данном направлении. Тем не менее, она может быть полезна как для постановки новых исследовательских задач, так и для практической работы.

Далее даётся описание приведённых в предложенной структуре отдельных параметров сборки субъектов и их взаимного влияния.

Базовые основания и факторы, влияющие на процессы сборки субъектов

Ограничимся рассмотрением отдельных параметров сборки субъектов, связанных в основном со спецификой их взаимодействия.

Базовые основания для сборки субъектов:

Среди выделенных в структуре базовых оснований для сборки субъектов многие параметры являлись и являются предметом исследований в различных областях научного знания. Например, ценностно-ориентационному единству при формировании групповых субъектов посвящены многочисленные разработки в социальной психологии. Общность культурных и целевых оснований имеет богатый опыт исследований в социологии и культурологии. В контексте инновационного развития нам представляется наиболее значимым для современной России и в тоже время наименее изученным комплексное основание — «проектная идентификация».

Влияние специфики коммуникаций на сборку субъектов:

Влияние опосредованности общения на сборку субъектов. Проведённые нами экспериментальные исследования показали существенное влияние степени опосредованности общения на качество результатов сборки субъектов, на характеристики совокупного субъекта (на примере игровых конфликтных взаимодействий) 36.

Во-первых, в условиях непосредственного общения эффективность деятельности совокупного субъекта (группа от 2-х до 3-х человек) в конфликтных взаимодействиях выше эффективности одного человека.

Во-вторых, в условиях высокой степени опосредованности общения эффективность деятельности совокупного субъекта (группа от 2-х до 4-х человек) в конфликтных взаимодействиях ниже эффективности одного человека.

В-третьих, защищённость от манипулятивных воздействий совокупного субъекта (свобода действий) повышается с переходом от опосредованного к непосредственному общению. Существенную роль в повышении этой защищённости сыграл эффект «виртуального субъекта», которым был представлен совокупный субъект для одиночных игроков-противников. В данном типе игровых взаимодействий, был важен учёт индивидуальных особенностей игроков (стиль ведения игры, динамика механизмов манипуляций и их вскрытия). Члены совокупного субъекта знают конкретного индивидуального субъекта, являющегося их противником, в то время как он имеет дело с группой, имитация и управление деятельностью которой в психологическом плане существенно отличаются от имитации и управления деятельностью отдельного индивида. Каким субъектом предстанет группа? Делегирует ли она полномочия по принятию решений отдельным индивидам, или решения будут каждый раз приниматься коллегиально? Следует отметить, что непосредственное общение членов группы создало условия для реализации упомянутых механизмов, способствующих повышению защищённости группы от манипулятивных воздействий. Полученные результаты дают основания для критической оценки перспектив организации сборки субъектов в условиях телекоммуникаций (в частности в Интернете) для инновационной деятельности.

Влияние информационных и компьютерных (средства моделирования) технологий на сборку субъектов управленческой деятельности. В современных системах управления (государство, бизнес, общество) в сборке совокупного субъекта управления участвуют сотни и даже тысячи исходных субъектов, причём в качестве таковых во многих случаях выступают и совокупные субъекты. Процессы общения этих субъектов все более опосредуются информационными и компьютерными технологиями. С одной стороны, очевидно, что такого рода технологии способствуют повышению адекватности восприятия сложных социальных объектов, оказывают помощь в поиске вариантов решений, оценке последствий принимаемых решений, во многом других аспектах управленческой деятельности. С другой стороны, как мы отметили выше, эти технологии могут затруднить процессы сборки совокупных субъектов, способствовать сокрытию негативных действий отдельных субъектов (например, коррупции, манипуляции результатов свободного волеизъявления граждан и другое), а также формировать негативные характеристики совокупных субъектов.

Отметим отдельные негативные механизмы в сборке совокупных субъектов в условиях использования информационных и компьютерных технологий в социальном управлении:

  • наличие разнообразных возможностей воздействий на субъектов через процедуры восприятия информации (неадекватное восприятие информации, смена значимости, эмоциональной окраски, ассоциативные влияния, провокации импульсивных действий и другое);
  • ускользающие от субъектов зоны повышенной чувствительности модельных переменных, точки бифуркаций и другое;
  • наличие разнообразных возможностей манипулирования субъектами через процедуры поддержки принятия решений (групповые экспертные оценки, опросы и другое);
  • игнорирование необходимости введения в компьютерные технологии специальных методов и средств выявления манипулятивных воздействий и проведения соответствующей экспертизы;
  • возможности использования скрытых психосемантических и других типов воздействий на психику индивидуальных субъектов;
  • стрессовые воздействия (высокая динамика модернизации средств; монополизация отдельных видов разработок, навязывание средств; безграничные просторы информационной среды и примитивные средства навигации и другое) на индивидуальных субъектов;
  • потенциальные и реальные возможности возникновения у индивидуальных субъектов синдрома зависимости от киберпространства и другое
  • привыкание к упрощённым формам общения, деформация механизмов «социальной перцепции», «обесчеловечивание» процессов восприятия людей и социальных систем;
  • создание предпосылок к увеличению авторитарности управления;
  • снижение защищённости от манипулятивных воздействий и другого. 37

Для предотвращения негативных последствий при широком использовании информационных и компьютерных технологий в инновационном развитии требуется разработка и внедрение мониторинга и социогуманитарной экспертизы, организация гармоничного взаимодействия непосредственного и опосредованных форм общения исходных субъектов.

Роль рефлексивных процессов в сборке субъектов:

Рефлексивные процессы играют наиболее важную роль в сборке субъектов. Можно привести примеры, когда она осуществляется при блокировке рефлексии «собираемых субъектов», в частности, это отчётливо проявляется в «грязных» технологиях политических выборов и в культовых организациях 38. А возможны ситуации, когда рефлексивные процессы являются доминирующими в естественных механизмах сборки субъектов.

Рисунок 5–5. Схема «каземата».

Приведём гипотетический пример «Побег из каземата», позаимствованный нами из работы В. А. Лефевра 39. Исходная ситуация такова: в некотором «каземате» находится узник, а вне — его партнёр. Каждый из них по отдельности стену «каземата» пробить не может, но если они это будут делать навстречу друг другу, то добьются успеха и смогут устроить побег. Предположим, что предварительный обмен информацией между «узником» и его «сообщником» невозможен. Успешный побег предполагает, что «беглец» и его «сообщник» независимо друг от друга выберут такое место в стене, которое обладает какой-то общей для них «особенностью».

Предположим следующую схему «каземата» (рисунок 5–5), причём пробить стенку можно только в углах 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7. И предположим, что толщина стенок во всех углах одинакова. Как будут вести себя «разумные» партнёры?

Простейший эксперимент показывает, что выбор падает на угол 4. В силу каких причин это происходит? Как могут сочетать свои усилия два субъекта, став субъектом коллективных усилий, без предварительной конвенции и информационной связи? Принципиально важно, что субъекты (системы) без рефлексии не могут успешно согласовать свои усилия в подобных ситуациях, поскольку решение каждого из них никак не связано с решением другого. Однако встреча в углу 4 происходит «не случайно», когда взаимодействуют рефлексивные субъекты, имитирующие внутренний мир друг друга.

Задачи такого рода, связанные с согласованностью действий (фактически сборкой) субъектов без предварительной договорённости или информационных контактов, рассмотрены Т. Шеллингом 40. Он предложил новый тип точек равновесия, которые в контексте теории игр формально никак не отличаются от любой другой стратегии, однако с точки зрения реальных игроков более вероятны, чем остальные, назвав такие точки равновесия фокальными. Одним из первых он заметил, что рациональное поведение в играх может состоять не только в том, чтобы максимизировать свой собственный ожидаемый доход, но и в том, чтобы убедить оппонента, какой стратегии надо следовать. Иначе говоря, рациональное поведение в игре должно носить стратегический характер, на основе формирования (выявления) общего канала реальности, общей картины мира, в которой игроки выделяют особенности, моделируя при этом и представления других игроков. Фактически речь идёт о взаимном рефлексивном моделировании участниками взаимодействия 41. В XXI веке эти соображения стали органично включаться в контекст экономических теорий. За эти работы Шеллинг стал лауреатом Нобелевской премии по экономике 2005 года 42.

Влияние лидерства на сборку субъектов:

Наличие лидеров среди базовых субъектов может иметь разнообразные формы влияния на процессы сборки и характеристики совокупных субъектов. Специфика такого рода влияний зависит от стилей лидерства (авторитарный, демократический, либеральный и так далее), характеристик базовых субъектов, условий деятельности субъектов.

Рассмотрим типичный пример влияния авторитарного стиля лидерства на характеристики совокупного субъекта. Проведённые нами экспериментальные исследования показали, что при наличии «жёстких» (авторитарных) лидеров эффективность деятельности совокупных субъектов в условиях проблемных ситуаций (межгрупповые конфликтные взаимодействия) может оказаться существенно ниже, чем совокупных субъектов, сформированных в условиях отсутствия лидеров. В экспериментах принимали участие испытатели космических экипажей, была возможность сравнивать данные двух моделей: межгрупповых конфликтных взаимодействий и «гомеостата Д. Ф. Горбова» (выявления лидеров и ведомых) 43.

Сборка субъектов осуществлялась при наличии непосредственного общения между базовыми субъектами и достаточно высокой степени информированности их о возможностях друг друга в экспериментальных видах деятельности. В совокупных субъектах с «жёсткими» структурами выделения лидеров и ведомых наблюдалось снижение интеллектуальной активности ведомых в силу направленности их деятельности на «подстраивание» под деятельность лидера. Фактически имела место редукция группы к одному базовому субъекту, которым является лидер. В то же время в группах с «гибкими» структурами имеются благоприятные условия для совместной интеллектуально активной деятельности нескольких базовых субъектов, что и позволяло обеспечивать им более эффективную групповую деятельность в конфликтном межгрупповом взаимодействии.

Полученные результаты могут быть также интерпретированы через понятие виртуального субъекта групповой деятельности, под которым будем понимать подгруппу или отдельного её члена, которым делегированы полномочия представлять группу (совокупного субъекта) в конкретных управленческих ситуациях. Механизм формирования виртуального субъекта зависит от многих факторов. В частности, от ситуации, уровня развития группы, формальной и неформальной структур, организации процессов общения между членами группы и другого.

В условиях рассматриваемого эксперимента в группах с неформальными структурами, построенными на ярко выраженных отношениях «лидер-ведомый», в качестве виртуального субъекта групповой деятельности выступал «лидер». Защищённость группы от рефлексивного управления снижается, если группа представлена в конфликте одним конкретным её членом, стиль деятельности которого предварительно изучен организатором рефлексивного управления.

Отсутствие в группах ярко выраженных отношений «лидер-ведомый» не создавало предпосылок монопольного делегирования групповых полномочий отдельным членам группы, а приводило к формированию группового субъекта на основе коллегиально принимаемых решений. Имеются основания утверждать, что защищённость таких групп от рефлексивного управления повышается.

Успех «слабо структурированных» групп (отсутствие ярко выраженного «лидера»), обеспечиваемый за счёт динамичного изменения виртуальных субъектов, во взаимодействиях с группами, в которых установлены ярко выраженные отношения «лидер-ведомые», мы назвали эффектом динамического виртуального субъекта.

К наиболее важным условиям его возникновения относятся:

  • высокая степень адекватности представлений членов группы друг о друге (как субъектах деятельности в рассматриваемом классе ситуаций взаимодействия);
  • наличие в группах слабо опосредствованных, лучше непосредственных взаимодействий;
  • отсутствие формальных ограничений на процедуры выработки коллегиальных решений;
  • высокий уровень мотивации всех членов группы в достижении успеха в конфликтных взаимодействиях;
  • динамичный характер взаимодействия, позволяющий во время взаимодействия осуществлять изменения виртуального субъекта групповой деятельности.

Степень защищённости групп от рефлексивного управления в условиях конфликтных взаимодействий оказывается существенно зависящей от гибкости групповых структур, связанных с отношениями лидерства. Наличие «жёстких» структур «лидер-ведомые», безразличных к изменениям ситуаций групповой деятельности может способствовать снижению степени защищённости групп от рефлексивного управления.

В более широком контексте можно предположить: чем менее формализованы механизмы формирования виртуального субъекта групповой деятельности, тем труднее прогнозировать её поведение и осуществлять рефлексивное управление группой.

Полученные результаты могут быть полезны и при организации групповой инновационной деятельности.

Модерируемость субъектов сборки:

Богатейший опыт сборки и обеспечения деятельности разнообразных сообществ (совокупных субъектов), в том числе и в Интернете, позволяет сделать вывод, что устойчивые и эффективные сообщества предполагают обязательное наличие модераторов, функции которых, как правило, значительно более широки чем функции лидеров групп 44.

В западной литературе принято выделять три группы обязанностей модератора: организационные, социальные и интеллектуальные. В таблице 5–3 представлена характеристика важности основных функций модератора сообществ в Интернете 45.

Таблица 5–3 Характеристики важности основных функций модератора

Роль модератора Организационные функции Социальные функции Интеллектуальные функции
Постановщик цели Высокая
Дискриминатор Высокая
Хозяин Высокая
Постановщик скорости Высокая
Разъяснитель Высокая
Развлекатель Высокая
Лектор низкая Высокая
Учитель Высокая
Помощник Высокая Высокая Высокая
Посредник Высокая Высокая
Наставник низкая
Ассистент
Провокатор Высокая
Наблюдатель низкая низкая низкая
Участник низкая

Детализация возможных действий модераторов в сообществах Интернета 46 может быть полезной и для других условий сборки субъектов.

Одна из актуальных и приоритетных проблем сборки субъектов связана с организацией подготовки модераторов-профессионалов. К сожалению, эта проблема, поставленная нами в 1999 году, до сих пор не только не решается, но и не осознана как актуальная для целей российского развития.

Этические системы базовых субъектов сборки:

В предыдущих разделах были определены различия между системами ценностей и этическими системами. Приведённые соображения дают основания утверждать, что механизмы сборки субъектов будут принципиально отличаться при доминировании у базовых субъектов различных этических систем.

Для субъектов первой этической системы естественной является толерантность к мнениям и позициям других. Принципиально важно отметить, что толерантность является позитивной характеристикой именно в системной организации и гармонии с другими характеристиками субъектов. Увлечённость толерантностью как автономной характеристикой может привести к негативным последствиям для субъектов (например, «стокгольмский синдром» у жертв терроризма).

Для базовых субъектов сборки с доминирующей первой этической системой наиболее важными параметрами сборки, вероятно, будут рефлексивные процессы, а также возможности непосредственного общения для осмысленного, самостоятельного включения в процессы сборки.

Для базовых субъектов сборки с доминирующей второй этической системой наиболее важными параметрами сборки, вероятно, будут целевая общность, а также наличие конфликтной мотивации (например, межгрупповой, «мы-они», соревновательной активности и так далее). Вспомним, что в СССР такая форма мотивации широко использовалась с детского сада до глубокой старости у всех граждан. Включённость базовых субъектов в процессы сборки, как правило, носит импульсивный, скорее эмоциональный, чем рефлексивный характер.

В контексте этических систем следует серьёзно задуматься о влиянии рыночной экономики на процессы сборки субъектов и последствия такого рода сборки.

Межгрупповые отношения и взаимодействия:

Фактор межгрупповых отношений и взаимодействий издавна использовался в процессах сборки субъектов, к сожалению, в основном в контексте противодействия групп «мы-они». Финансово-экономический кризис XXI века убедительно доказал, что настало время пересмотра традиций конфликтных отношений, перехода к доминанте компромиссов и коопераций в межгрупповых отношениях и взаимодействиях. Настало время завершения победоносного развития капитализма и торжества экономических отношений в интересах узкого круга лиц. Этот фактор должен рассматриваться в контексте первой этической системы субъектов сборки и порождать совокупных субъектов с доминантой первой этической системой.

Рассмотренный вариант структуры параметров сборки субъектов и анализ отдельных её параметров позволяет сделать вывод, что в различных областях знания накоплен богатейший, но разрозненный опыт, который необходимо проанализировать и обобщить в интересах как развития науки, так и решения практических задач преодоления бессубъектности российского развития.

Анализ технологий сборки субъектов на примере предприятий

Рассмотрим специфику технологий сборки субъектов на приведённых в данном разделе примерах предприятий: обобщённое японское предприятие, обобщённое предприятие Генеральных конструкторов ВПК СССР и фирма «Дженерал Электрик».

Японская модель сборки субъектов предприятия:

В качестве ведущих параметров сборки субъектов в рассмотренном примере следует выделить: общность ценностей, общность культуры, проектная идентификация, рефлексивные процессы (стимулирование и поддержка рефлексии), непосредственность общения, этические системы (первая этическая система), пространство доверия. В центре внимания оказываются такие характеристики субъектов сборки как идентичность, рефлексивность, коммуникационность, способность к развитию.

Предприятия в системе Генеральных конструкторов ВПК СССР:

Несмотря на относительно эффективную работу Институтов генеральных конструкторов, следует отметить как позитивные, так и негативные основания для сборки субъектов. Среди позитивных — общность ценностей, проектная идентификация, способность к развитию, креативность, обучаемость; негативные — частичная блокировка рефлексии и коммуникаций по отдельным аспектам деятельности (в значительной степени связана с высокой секретностью работ), использование механизмов, провоцирующих склонность ко второй этической системе, в отдельных случаях формирование культа Генеральных конструкторов.

Сборка субъектов фирмы «Дженерал Электрик»:

В качестве ведущих параметров сборки субъектов в рассмотренном примере следует выделить: общность ценностей, проектная идентификация, рефлексивные процессы (стимулирование и поддержка рефлексии), непосредственность и неформальность общения, этические системы, пространство доверия. В центре внимания оказываются такие характеристики субъектов сборки как рефлексивность, свобода, способность к развитию, креативность, обучаемость.

Анализ технологий сборки субъектов в культовых организациях

История человечества накопила богатейший опыт эффективных технологий сборки субъектов на основе разнообразных культов 47.

Технологии, сформированные в культовых организациях, все более широко начинают использоваться в интересах отдельных лиц и групп в ущерб интересам общества. Особенно ярко это проявляется в политическом PR, информационно-психологических войнах, международном терроризме 48.

Главной целью любой тоталитарной секты является навязывание её членам формы жизнедеятельности, считающейся нормой для последователей определённого культа. Только в таком случае достижимо беспрекословное подчинение и организация традиционных для тоталитарных сект «форм бизнеса». Рассмотрим базовые технологии, реализуемые в контексте схемы управления формой жизнедеятельности в сектах («Схема рефлексивного программирования») и альтернативный вариант, ориентированный на свободных развивающихся субъектов («Схема развития»). Существенные различия в ориентации схем развития и рефлексивного программирования иллюстрируются в таблице 5–4.

«Схема рефлексивного программирования»:

В общих чертах включает следующие процедуры:

  1. «Разрыв ранее сложившейся жизнедеятельности» — состояния готовности к принятию новых форм жизнедеятельности. Человек или сам приходит к осознанию того, что надо что-то менять и как-то жить иначе, или ему оказывают в этом помощь.
  2. «Рефлексивная блокада» — блокировка «несанкционированных» рефлексивных процессов, фактически лишение человека возможности самостоятельно осуществлять осознанное создание или выбор новой формы жизнедеятельности.
  3. «Социальная изоляция» — блокировка «несанкционированных» кем-то информационно-психологических воздействий социального окружения, фактически лишение возможности влияния на процессы создания или выбора новой формы жизнедеятельности ближайшего социального окружения человека (семьи, друзей, коллег и другого).
  4. «Рефлексивное программирование» — навязывание человеку заранее предопределённых кем-то представлений, точек зрения, позиций, мнений и других психических образований с целью сформировать осознанное принятие предлагаемой нормы жизнедеятельности. Этот «кто-то» — руководитель секты или авторитетный наставник — ставит целью достижение полного контроля над сознанием.

Таблица 5–4 Принципиальные различия схемы развития и схемы рефлексивного программирования

Аспекты сравнения Схема развития Схема рефлексивного программирования
Ориентация на способ жизнедеятельности человека Ориентация на рефлексивный способ жизнедеятельности человека Ориентация на реактивный способ жизнедеятельности человека
Отношение к субъекту Ориентация на сохранение и формирование «субъектности» человека, отказ от манипулирования человеком. Доминанта индивидуального субъекта над групповым субъектом Ориентация на превращение субъекта в объект управления. Ведущая роль социализации к нормам сект Доминанта группового субъекта над индивидуальным субъектом
Действия в конкретных ситуациях жизнедеятельности Ориентация на самостоятельные действия в любых ситуациях жизнедеятельности (проблемный подход) Ориентация на шаблонные (заранее предписанные) действия в типовых ситуациях жизнедеятельности и обязательное обращение к помощи ведущих представителей сект в нестандартных ситуациях
Ведущая направленность психологических воздействий Стимулирования и поддержка рефлексивных процессов Блокировка рефлексии; блокировка социальных контактов (вне секты); рефлексивное программирование, процесс обучения, усвоения идей строится на эмоциональном принятии без критического анализа
Структура управления Гибкая, «горизонтальная» структура управления Жёсткая, «вертикальная» иерархическая структура управления
Базовые знания Процедурные Предметные
Подготовка субъектов к жизнедеятельности Формирование базовых качеств для самостоятельной организации своей жизнедеятельности Обучение знаниям, навыкам и умениям для использования нормативных представлений и методов сект

При использовании «Схемы рефлексивного программирования» человек превращается в объект управления. Процедуры «Рефлексивной блокады», «Социальной изоляции» и «Рефлексивного программирования» способствуют закреплению «реактивного способа жизнедеятельности» и никоим образом не способствуют развитию личности; эти процедуры явно ограничивают её свободу. Можно утверждать что «Схема рефлексивного программирования» является злом для общества и максимально ориентирована на превращение человека в робота.

В тоталитарных сектах используется исключительно «Схема рефлексивного программирования», это утверждение обосновано нами через анализ используемых в сектах методов психологического воздействия, обеспечивающих все выделенные в данной схеме процедуры 49.

«Схема развития», в общих чертах включает следующие процедуры:

  1. «Разрыв ранее сложившейся жизнедеятельности»(аналогично предыдущей схеме).
  2. «Актуализация рефлексии» как единственной возможности самому создать, осознанно выбрать новую форму жизнедеятельности, а также организовать процесс перехода к ней. Помощь извне в данной процедуре крайне важна, ибо совершить, как иногда говорят, «рефлексивный выход» за пределы своей жизнедеятельности, сделать её объектом исследования и соотнести с новой формой весьма сложно, эти процессы, требуют иных, чем для осуществления рутинной жизни, методов и средств.
  3. «Рефлексивная кооперация» — поддержка человека, совершившего «рефлексивный выход» за пределы сложившейся жизнедеятельности в новую позицию. Такого рода помощь определяет основу современных представлений гуманистической психологии. В этих подходах ведущая ориентация — обеспечение свободы личности, а не «навязывание» человеку внешних советов и рекомендаций.

При использовании «схемы развития» человек является подлинным субъектом развития своей жизнедеятельности; он развивается, ибо процедура актуализации рефлексии либо провоцирует переход с реактивного способа жизнедеятельности на рефлексивный, либо закрепляет рефлексивный способ жизнедеятельности, оснащая человека новыми средствами более эффективной работы. Можно утверждать что «Схема развития» является благом для общества и максимально ориентирует на свободную развивающуюся личность.

В качестве ведущих параметров сборки субъектов в культовых организациях следует выделить: общность ценностей (культа), рефлексивные процессы (блокировка рефлексии и рефлексивное программирование), коммуникационные процессы (блокировка социальных связей), этические системы (вторая этическая система), межгрупповые отношения (свой-чужой). В центре внимания оказываются такие характеристики субъектов сборки как рефлексивность (блокировка), свобода (ограничение, жёсткое нормирование). Такого рода механизмы сборки субъектов явно не способствуют формированию эффективных субъектов инновационного развития.

Выводы

  1. Разработана параметрическая социогуманитарная модель субъектов инновационного развития. Особое значение имеет характеристика «рефлексивность», которая влияет на все характеристики модели, именно она позволяет обеспечить его инновационную активность, системную сборку и развитие.
  2. Рассмотрены три принципиально различающихся примера организации инновационных предприятий с рядом характеристик, соответствующих прообразам перспективных субъектов инновационного развития: обобщённый образ японского предприятия, предприятий в системе Генеральных конструкторов ВПК СССР, американское предприятие «Дженерал Электрик». Учёт позитивного опыта данных предприятий фактически игнорируется в попытках перевода страны на инновационный курс развития.
  3. Проанализирован позитивный опыт формального моделирования субъектов, позволяющий учитывать не только утилитарные, но и высшие моральные ценности. Развитие такого рода моделей является, на наш взгляд, перспективным для создания сред инновационного развития.
  4. Поставлена междисциплинарная проблема сборки субъектов инновационного развития, решение которой может способствовать преодолению бессубъектности российского развития. Современная наука имеет определённый задел для решения указанной проблемы, вместе с тем проблема сборки субъектов с учётом конкретных реалий нашей страны отличается явной новизной и требует серьёзных междисциплинарных усилий научного сообщества.
  5. Рассмотрены механизмы, параметры и технологии сборки субъектов, которые могут быть полезны при организации сборки субъектов инновационного развития.
Приме­чания:
  1. Лепский В. Е. Концепция субъектно-ориентированной компьютеризации управленческой деятельности. — М., Институт психологии РАН, 1998.
  2. Лепский В. Е. Становление стратегических субъектов: постановка проблемы. // Рефлексивные процессы и управление. Том 2, № 1, 2002. С. 5–23.
  3. Лефевр В. А. Конфликтующие структуры. — М., Высшая школа, 1968.
  4. Beck U. (Hrsg.) (1996): Reflexive Modernisierung. Frankfurt am Main, Suhrkamp. Giddens A. (1996): Leben in einer posttraditionalen Gesellschaft / Beck U. (Hrsg.): Reflexive Modernisierung, Frankfurt am Main, Suhrkamp.
  5. Лекторский В. А. Георгий Петрович Щедровицкий и современная философия. // Познающее мышление и социальное действие (наследие Г. П. Щедровицкого в контексте отечественной и мировой философской мысли) / Редактор составитель Н. И. Кузнецова. — М., Ф. А. С.-медиа, 2004. С. 170–205. На пути к постнеклассическим концепциям управления / Под редакцией В. И. Аршинова и В. Е. Лепского. — М., Институт философии Российской Академии наук, 2005. С. 56–70.
  6. Денисов А. А. Нетократия и рефлексия. // Рефлексивные процессы и управление. Том 7, № 1, 2007. С. 33–49.
  7. Castells M. The power of identity / by Manuel Castells. 2nd ed… // Information age, economy, society and culture, V. 2. Blackwell Publishing. 2004. P. 8–12.
  8. Гидденс Э. Устроение общества: Очерк теории структурации. 2-е изд. — М., Академический Проект, 2005. С. 239–441.
  9. Лефевр В. А. Алгебра совести. — М., Когито-Центр, 2002.
  10. Гейсельхарт Х. Обучающееся предприятие в XXI веке. — Перевод с немецкого Н. В. Маловой. Калуга: «Духовное наследие», 2004. С. 223.
  11. Сенге П. М., Клейнер А., Робертс Ш., Росс Р. Б., Рот Д., Смит Б. Д. Танец перемен: новые самообучающиеся организации. — Перевод с английского М., «Олимп-Бизнес», 2003. С. 156.
  12. Аршинов В. И., Буров В. А., Лепский В. Е. Навигация, рефлексивные площадки и каналы реальности постнеклассического управления обществом. // На пути к постнеклассическим концепциям управления / Под редакцией В. И. Аршинова и В. Е. Лепского. — М., Институт философии Российской Академии наук, 2005. С. 56–70.
  13. Гейсельхарт Х. Обучающееся предприятие в XXI веке. — Перевод с немецкого Н. В. Маловой. Калуга: «Духовное наследие», 2004. С. 48.
  14. Австрийский биолог (1901–1972). Основатель обобщённой системной концепции под названием «Общая теория систем». Он дал развёрнутый анализ противоречий механицизма и витализма, возникновения и развития организмических идей о целостности организма и на основе последних — формирования системных концепций в биологии. Предложенный им метод анализа открытых эквифинальных (то есть как бы стремящихся к некоторой цели) систем дал возможность широко использовать в биологии идеи термодинамики, кибернетики, физической химии.
  15. Beck U. (Hrsg.) (1996): Reflexive Modernisierung. Frankfurt am Main, Suhrkamp. С. 30.
  16. «Независимый инвестиционно-стратегический центр», консорциум.
  17. Давыдов В. В. Проблемы развивающего обучения. — М., Педагогика, 1986. Рубцов В. В. Основы социально-генетической психологии. — М., Издательство «Институт практической психологии», Воронеж: НПО «Модэк», 1996.
  18. Княгинин В. Н., Щедровицкий П. Г. Промышленная политика России: кто оплатит издержки глобализации. Серия: «Европа», 2005. 160 с. С. 92.
  19. Корпоративные университеты в российской практике: актуальные проблемы реализации. Аналитический обзор / Ассоциация менеджеров России. — М., 2003.
  20. Автор много лет проработал в системе ВПК, на головном предприятии по разработке автоматизированных систем для высших звеньев управления страной, был главным конструктором десятка изделий программного обеспечения в сфере учёта человеческого фактора (с военной приёмкой и государственными испытаниями).
  21. Slater R. (1999): Jack Welch: Wer fuhrt, muss nicht managen. Lands-berg/Lech, Verlag Moderne Industrie. С. 221. 22 Там же. С. 232.
  22. Там же. С. 170.
  23. Linden F. A., Kaden W. (1996): Vicl SpaB: Gespraeh mil Jack Welch. // Manager magazin, 8, S. 37–46.
  24. Lowe J. (1999): Jack Welch hat das Wort: Ansichten und Einsichten eines Business-Genies. Landsberg/Lech, Verlag Moderne Industrie. С. 133.
  25. Slater R. (1999): Jack Welch: Wer fuhrt, muss nicht managen. Landsberg/Lech, Verlag Moderne Industrie. С. 346.
  26. Lowe J. (1999): Jack Welch hat das Wort: Ansichten und Einsichten eines Business-Genies. Landsberg/Lech, Verlag Moderne Industrie. С. 71.
  27. Лефевр В. А. Высшие ценности и формальная теория выбора. // Рефлексивные процессы и управление. 2009. № 1–2. С. 51–56.
  28. Лефевр В. А., Баранов П. В., Лепский В. Е. Внутренняя валюта в рефлексивных играх. Известия Академии Наук СССР. Техническая кибернетика, 1969, № 4, С. 29–33. См. также: Рефлексивные процессы и управление. 2006, № 2. С. 96–102.
  29. Лефевр В. А. Алгебра совести. — М., Когито-Центр. 2003.
  30. Различия этих понятий рассмотрены в предшествующих разделах данной работы.
  31. Lefebvre V. A. (2006). Research on Bipolarity and Reflexivity. Lewiston: The Edwin Mellen Press. См. также: Лефевр В. А. Космический субъект. — М., Когито-Центр, 2005.
  32. Lefebvre V. A., Sanabria F. (2008). Matching by Fixing and Sampling: A Local Model Based on Internality. Behavioral Processes, V. 78, p. 204–209. Пер. на русский: Лефевр В. А., Санабриа Ф. Биполярный выбор в экспериментальной камере. Психологический журнал, 2009, том 30, № 4.
  33. Лефевр В. А. Лекции по теории рефлексивных игр. — М., Когито-Центр, 2009.
  34. Проблема сборки субъектов в постнеклассической науке / Под редакцией В. И. Аршинова и В. Е. Лепского. — М., Издательство Института философии Российской Академии наук, 2010.
  35. Лепский В. Е. Концепция субъектно-ориентированной компьютеризации управленческой деятельности. — М., Институт психологии РАН, 1998.
  36. Лепский В. Е. Концепция субъектно-ориентированной компьютеризации управленческой деятельности. — М., Институт психологии РАН, 1998.
  37. Лепский В. Е., Степанов А. М. Особенности рефлексивных процессов в культовых организациях. // Рефлексивные процессы и управление. 2002. № 2. С. 59–72.
  38. Лефевр В. А. Конфликтующие структуры. — М., Сов. радио, 1973. См. также: Лефевр В. А. Рефлексия. — М., Когито-Центр, 2003. С. 42.
  39. Schelling T. The strategy of Conflict, Cambridge (Mass.): Harvard University Press, 1960.
  40. Лепский В. Е. Субъектно-ориентированный подход к инновационному развитию. — М., Когито-Центр, 2009.
  41. Белянин А. Томас Шеллинг, Роберт Ауман и теория интерактивных взаимодействий (Нобелевские премии 2005 года по экономике). // Вопросы экономики. 2006. № 1.
  42. Лепский В. Е. Концепция субъектно-ориентированной компьютеризации управленческой деятельности. — М., Институт психологии РАН, 1998.
  43. Лепский В. Е., Рапуто А. Г. Моделирование и поддержка сообществ в Интернете. — М., Институт психологии РАН, 1999.
  44. Berge Z. L. The Role of Online Instructor/Facilitator, 1996.
  45. Paulsen M. Moderating Educational Computer Conferences, 1995. Лепский В. Е., Рапуто А. Г. Моделирование и поддержка сообществ в Интернет. — М., Институт психологии РАН, 1999.
  46. Лепский В. Е., Степанов А. М. Особенности рефлексивных процессов в культовых организациях. // Рефлексивные процессы и управление. 2002. № 2. С. 59–72.
  47. Емельянов Г. В., Лепский В. Е., Стрельцов А. А. Проблемы обеспечения информационно-психологической безопасности России. // Информационное общество. 1999. № 3. С. 47–51.
  48. Лепский В. Е., Степанов А. М. Особенности рефлексивных процессов в культовых организациях. // Рефлексивные процессы и управление. 2002. № 2. С. 59–72.
Реклама:
Содержание
Новые статьи
Популярные статьи