Гуманитарные технологии Аналитический портал • ISSN 2310-1792

Фабрики мысли в США: особенности развития и роль в публичной политике

«Фабриками мысли» (Think Tanks) принято называть экспертно-аналитические организации, осуществляющие консультирование по государственным и корпоративным контрактам, как правило, в области политического производства и оценки возможных социально-экономических последствий политических решений. Идейная продукция «фабрик мысли» — прикладная политическая экспертиза, исследования и аналитика, фундаментальные теоретические труды. Ее, как правило, отличает стратегическое целеполагание, основанное на определённых представлениях о желаемых социально-экономических и политических результатах. В этом отличие продукции этих организаций от собственно академических исследований. При этом, политическая направленность работ сознательно афишируется или камуфлируется. Зачастую настоящие научные теории действительно создаются аналитиками «фабрик мысли», но нередко они являются скорее побочным результатом их работы, потому что могут соответствовать, но могут и не соответствовать политическим задачам заказчика. Принятый в российской науке в 1950-х годах перевод термина Think Tank как «мозговой трест» был калькой со словосочетания Brain Trust, использовавшегося преимущественно для обозначения государственных аналитических структур в первой половине ХХ века. Менее архаичный термин Think Tank возник в годы Второй мировой войны и использовался для обозначения американских и британских государственных военно-аналитических организаций. После войны значение термина расширилось — им стали называть различные экспертно-аналитические структуры. В США на практике сегодня «мозговой центр» — скорее негосударственная организация, чем государственная, хотя в разных странах ситуации в этом смысле могут очень сильно различаться. Представленная ниже обзорная статья впервые опубликована в августе 2002 года и посвящена ведущим «фабрикам мысли» и их деятельности в разрезе публичной политики. Автор статьи: Татьяна Ивановна Виноградова, директор программ и член Правления Санкт-Петербургского гуманитарно-политологического центра «Стратегия», кандидат политических наук.

Предисловие

Современная Россия, несмотря на очевидные демократические преобразования, является политической системой с пока неустоявшимися групповыми и общенациональными интересами. В условиях, когда к рынку власти в основном есть доступ лишь у немногих элит и групп интересов, степень вовлечённости гражданина и общественности в процесс выработки, принятия и осуществления политических решений (так называемая система общественного участия) остаётся минимальной. Тогда как в странах с устоявшимися демократическими политическими системами и традициями (например, в США и Великобритании) общественное участие — это наиболее важный индикатор публичной политики, аккумуляции и артикуляции различных общественных интересов через механизмы непосредственной и опосредованной демократии.

Публичную политику относят к сфере политики, создаваемой в результате перехода от политики персональной ответственности лидеров к непосредственному участию в политике граждан и структур гражданского общества, где ответственность берёт на себя политически активная часть гражданского общества, и в силу этого происходит выделение публичной политики из аппаратно-государственной, партийной, корпоративной и специальных политик в отдельную область. Система принятия решений приоткрывает доступ для влияния не только со стороны лоббистов, но и граждан, а главное, со стороны экспертного знания.

Публичная политика оказывается связанной не просто с лоббированием своих интересов отдельными социальными группами интересов, но и с производством системы коммуникации, где специальной задачей является конвенциональная коммуникационная стратегия (конвенциональность — состояние общества, при котором доверие в обществе, открытая коммуникация, непосредственное участие населения в процессе принятия исполнительных и законодательных решений, а также достижение консенсуса по стратегически важным вопросам являются как безусловной ценностью гражданского общества, так и институционализированными процедурами государства — прим. авт.). Все политические вопросы конфликтного характера ставятся в публичной сфере, а затем получают широкую огласку, обсуждаются, анализируются, по ним делаются доклады, высказываются рекомендации, и, в конечном счёте, из области публичной политики они перемещаются в область конкретных законодательных и исполнительных решений, государственных программ.

Современная идеальная конструкция демократического государства предполагает необходимым компонентом успешной публичной политики, а значит, и политики государства вообще, наличие множества проанализированных экспертами альтернатив политических решений, выбор которых делается с учётом консолидированного общественного отношения к текущей ситуации, происходящим событиям, перспективам. Выделение поля публичной политики неизбежно, когда дифференциация общества заходит достаточно далеко, и общество все более структурируется в сторону усложнения, представляя собой развитую систему множества разнообразных, хорошо организованных экономических и групповых интересов. Их связывают сложные отношения продуктивного взаимодействия и суровой конкуренции, а государство объективно стимулирует развитие у групп по интересам потребность быть представленными во власти.

Важным источником публичной политики является массовая коммуникация, а её узловыми точками становятся политические партии и так называемые «фабрики мысли» (Think Tanks) — экспертно-аналитические организации, осуществляющие консультирование по государственным и корпоративным контрактам (в том числе грантам), как правило, в области политического производства и оценки возможных социально-экономических последствий политических решений.

Термин «фабрика мысли», вокруг определения которого не прекращаются споры, происходит от английского «Think Tank» и впервые прозвучал в США в 1940-е годы. Однако данный специфический тип организации научной деятельности начал институционализироваться уже в начале XX века для выполнения заказных военных исследований в Соединённых Штатах Америки. Сегодня именно в этой стране фабрики мысли наиболее развиты и играют заметную роль в публичной политике, почему и представляется актуальным проследить особенности их развития в США. Информации о фабриках мысли США сегодня представлено достаточно в различных электронных базах данных, к которым имеется свободный доступ, и наиболее важной проблемой их анализа является вовсе не её недостаток, как часто принято считать, но наоборот, переизбыток. Одним из наиболее полных русскоязычных обзоров развития фабрик мысли в мире является доклад Агентства гуманитарных технологий «Современные фабрики мысли (Мозговые центры, Think Tanks)», также интересной представляется работа И.Л. Шейдина «США: фабрика мысли на службе стратегии». — М., «Наука». 1973. В ней детально проанализирована деятельность всемирер известной Корпорации RAND.

Линия развития фабрик мысли переплелась с основной магистралью общественно-политического развития США и мира в целом. Первую половину прошлого столетия преследуют мировые войны и подготовка к ним государств, а также их последствия; затем в период Холодной войны актуализируется проблематика глобальной технологической взаимозависимости в мире и назревающей экологической катастрофы. Стремительное развитие рынков и роль государств в экономиках становятся предметом аналитической полемики в 1970-1980 годы. А к концу XX века обществом стала востребована работа в защиту общественных интересов, или так называемое «адвокатское действие» (Advocacy).

Таким образом, становление фабрик мысли в США в ХХ веке можно поделить на следующие периоды:

  1. Возникновение фабрик мысли (1910-1920-е годы).
  2. Преобладание военной тематики исследований (1930-1940-е годы).
  3. Преобладание футурологических и экологических исследований (1950-1960-е годы).
  4. Преобладание исследований, обосновывающих либерально-консервативную революцию (1970-1980-е годы).
  5. Преобладание исследований в защиту общественных интересов (1980-1990-е годы).

Возникновение фабрик мысли в США

В течение лишь одного столетия США под влиянием внутренних изменений, а также динамичного развития международных событий, из страны, относительно изолированной в Западном полушарии, трансформировалась в державу мирового масштаба по размаху интересов и влияния. Это является следствием ряда тесно взаимосвязанных процессов экономического роста и развития американских политических институтов, которым уникальным образом благоприятствовала национальная культура, привлекая и быстро ассимилируя наиболее талантливых и амбициозных, не имеющих предрассудков людей из-за рубежа, создавая им беспрецедентные возможности для экспериментов и новаторства. Поддержанию этой культуры, динамичному обновлению мировоззренческой картины способствовали фабрики мысли, которых сейчас в США насчитывается десятки тысяч.

В качестве одной из самых ранних попыток создания некоммерческой организации для аналитической деятельности, работающей по принципу фабрики мысли, можно отметить Фонд «Вклад Карнеги в международный мир» (Carnegie Endowment for International Peace). Организация основана для содействия миру и всеобщему пониманию на земном шаре в 1910 году состоятельным бизнесменом Эндрю Карнеги. Когда Карнеги продал свою сталелитейную кампанию в 1901 году Моргану, он персонально выручил 250 миллионов долларов (примерно 4,5 миллиарда на сегодня) и пустил всю свою энергию и капиталы на благотворительные цели, а также распространение идей этики и мира. Фонд «Вклад Карнеги» функционирует до сих пор и имеет представительство в России. Основными темами исследований на протяжении века являются: политические процессы, международные отношения, дипломатия, безопасность и оборона.

В 1914 году при активном участии того же Карнеги в Нью-Йорке была собрана группа религиозных, академических и политических лидеров и было образовано Церковное Объединение за Мир (Church Peace Union) для поисков альтернатив вооружённым конфликтам. Начало деятельности организации было довольно ироничным: в канун Первой мировой войны 1 августа 1914 года Объединение за Мир спонсировало конференцию на озере Констанца в южной Германии, и пока делегаты добирались туда поездом, Германия напала на Бельгию… Тем не менее Объединение продолжило своё существование, выступая за снижение оборонных расходов и военной подготовки в школах. Между мировыми войнами оно фокусировалось на вопросах создания Лиги наций и влияния США на разрешение международных конфликтов. После Второй мировой войны CPA адаптировалось к духу времени и обратило внимание на вопросы создания ООН и предотвращения ядерной войны. В 1986 году оно было переименовано в Совет по этике и международным отношениям Карнеги (Carnegie Council on Ethics and International Affairs), и это название отражает его основную сферу деятельности.

Гуверский Институт исследований войны, революции и мира при Стэнфордском университете (Hoover Institution within the Stanford University) основан Гербертом Гувером, который впоследствии стал тридцать первым президентом Соединённых Штатов, для привлечения академических кругов к разработке проектов государственных решений и анализу их последствий в 1919 году как специализированное собрание документов, объясняющих причины и последствия Первой мировой войны. Это собрание быстро росло и вскоре превратилось в крупнейший архив и наиболее полную библиотеку политической и социально-экономической литературы. Это привлекало учёных, использовавших архив в своей работе по специфическим исследовательским проектам, что, в свою очередь, способствовало появлению серьёзного экспертного потенциала в Институте, который стал первым и наиболее заметным академическим центром среди фабрик мысли в США.

В настоящее время Гуверский институт — хорошо известная в мире группа учёных консервативной направленности (в организации постоянно работает 200 человек, 100 из которых — учёные) и совокупность программ в области политики, экономики, политэкономии, как в США, так и в других странах, которые, продвигая свои идеи, играют серьёзную роль в определении, что такое открытое общество. Годовой бюджет — около 22 миллионов долларов США. Достаточно хорошо иллюстрирует работу Института напечатанная не очень давно в популярном журнале Гуверовского института Policy Review статья Р. Кейгана «Сила и слабость», которая впервые постулировала неустранимые противоречия во взглядах на мир между Америкой и Европой. Статья вызвала в Европе жестокую дискуссию, сравнимую разве что со спорами вокруг «Конца истории» Ф. Фукуямы в 1989-м и «Столкновение цивилизаций» С. Хантингтона в 1993-м. Евро-Атлантическое сообщество, утверждает Кейган, фундаментально расколото, так как Европа и Америка фактически живут в разных мирах. Европейцы, по его мнению, полагают, что современный мир может и должен управляться международными законами и правилами. И применение в нём силы — крайнее средство. Потому и готовы европейцы подчинить свой суверенитет наднациональному сообществу. Америка же, полагает Кейган, как традиционная нация-государство живёт в анархическом мире Гоббса, где международные законы так же ненадёжны как в XVII веке, и потому национальная безопасность может быть обеспечена лишь военной мощью. Позиция Кейгана сводится к тому, что человечество обречено жить в двух мирах одновременно — внутригосударственном и международном; в первом из них правит закон, во втором — сила.

В марте 1916 года группа успешных предпринимателей и учёных объявила о создании непартийного частного исследовательского агентства в Вашингтоне — Института правительственных исследований (Institute for Government Research) для исследований вопросов публичной политики на национальном уровне. Условием вложения 160 тысяч долларов в организацию на пятилетний период, которое поставили 43 донора, было то, что его исследования, экспертиза и консультации требуются для повышения эффективности государственного управления. Основатели организации полагали, что ежедневное государственное управление должно быть основано на компетенции и профессионализме служащих, не должно быть подвержено политическим эмоциям, чему будет способствовать критический анализ функционирования органов власти, сопровождаемый конкретными предложениями по реформированию и усовершенствованию.

В 1927 году к данной организации присоединились ещё две исследовательских группы — Институт экономики и Образовательная школа Брукингса — и тем самым был фактически основан Брукингский институт (Brookings Institution). Его назвали в честь Роберта Брукингса, прогрессивного бизнесмена из Сент-Луиса, много сделавшего для становления работы фабрики мысли.

Ранние работы Брукингского института были направлены на содействие государственным агентствам в их усилиях по усовершенствованию административной рутины современными методами управления и организации, заимствованными из бизнеса. Институт консультировал правительственные агентства при внедрении новой на тот момент системы бухгалтерского учёта, организации хранения данных и кадровой работы. Во время Первой мировой войны выполнялись специальные тематические обзоры по заказу Совета по национальной безопасности и Генерального хирургического армейского офиса, а Американский красный крест воспользовался услугой Института в проверке своей бухгалтерии. В настоящее время Брукингский институт занимается научными исследованиями, образованием и публикациями в области экономики, государственного управления, внешней политики и общественных наук. Его основной целью является содействие пониманию общественностью вопросов национальной важности. Годовой бюджет — в среднем 23 миллиона долларов США.

Для характеристики периода возникновения фабрик мысли можно также выделить образовавшийся в 1919 году Фонд Двадцатого Века (The Twentieth Century Fund), который функционирует до сих пор, а в 1998 году переименован в «Фонд Века» (The Century Foundation). Это исследовательский фонд, анализирующий главные экономические, социальные и политические проблемы. С самого основания в нём заложена философия, что государство — это не враг, а инструмент улучшения экономических, индустриальных, гражданских, образовательных условий жизни людей.

В 1921 году в Нью-Йорке появляется Совет по международным отношениям (Council for foreign Relations). Концепция безопасности США 1920-х годах базировалась на взгляде на Амеркику как на «континентальный остров». Американская стратегия была направлена на защиту своих берегов и, следовательно, была узконациональной по своему характеру, причём международным или глобальным соображениям уделялось в то время мало внимания. Основными международными игроками по-прежнему были европейские державы, и все более возрастала роль Японии. Основатели Совета по международным отношениям — бизнесмены, банкиры и юристы — видели его предназначение в том, чтобы США лучше разбирались в культуре, истории, надеждах, конфликтах и амбициях других нации и народов, и оказывали большее влияние на мировое сообщество в интересах США. Сегодня это крупная организация с бюджетом в 19 миллионов долларов и 150 сотрудниками.

Фабрики мысли, основанные военно-промышленным комплексом

Вторая мировая война была поворотным моментом в истории XX века, отразившимся также и на развитии фабрик мысли. Приоритеты США в эти годы диктовали военно-технологическое содержание работ, вопросы гражданского характера отошли на второй план, и в качестве нового инструмента мобилизации гражданских умов к этим работам возникли организации под патронажем военно-промышленного комплекса.

Особенностью военных исследований фабрик мысли является то, что военные ведомства вряд ли прибегнут к их услугам, если к примеру нужно разработать усовершенствованный радиолокатор, для этого будет выбран специальный научный институт, но их услуги понадобятся, если возникнет необходимость проанализировать перспективы развития военной техники касательно радиолокаторов на ближайшие 10 лет, выявить, есть ли потребность в разработке какого-то нового типа радара, где должны быть размещены радиолокационные установки, как достичь максимальной эффективности их работы, как лучше готовить персонал. Таким образом, фабрика мысли предназначена для выработки политики вокруг, нежели самой «материальной части».

В 1942 году, когда США мобилизовывали свои ресурсы на войну, группой бизнесменов был основан Комитет экономического развития (Committee for Economic Development). Его целью было укрепление взаимоотношений предпринимателей и правительства в ходе военных усилий, развитие принципов основательного послевоенного восстановления стран мира, а также «гальванизирование» поддержки бизнеса создания послевоенных структур, как-то Мировой банк и Международный Валютный Фонд. Сегодня Комитет — это непартийная организация, насчитывающая 250 членов — представителей бизнеса, лидеров образования, заинтересованных во всестороннем изучении основных экономических и социальных проблем и подготовке рекомендаций правительству. Попечительский совет организации состоит из руководителей крупнейших национальных корпораций. Комитет направляет свои усилия на поддержку открытых рынков, свободных от протекционистских барьеров. Его исследования в 1990-х годах недостатков системы образования и воспитания детей США предостерегали американцев о возможных негативных экономических и социальных последствиях и побудили объединения американского бизнеса выступать за реформу общественных школ.

Наиболее известная среди исследовательских военных организаций — «Институт RAND» (RAND — Research And Development), прообраз будущей крупнейшей американской фабрики мысли — RAND Corporation. После Второй мировой войны военно-промышленный комплекс доминировал в технико-экономической и идеологической структуре. Корпорация RAND постепенно выделилась к 1948 году из калифорнийской компании Douglas Aircraft Company (одной из ключевых структур американского военно-промышленного комплекса) в независимый институт для изучения стратегических вопросов национальной безопасности. Таким образом, Военно-воздушные силы США были её первоначальным учредителем и спонсором. Ранние заказы RAND включали исследовательские разработки в области освоения космоса, новых ракетных и космических технологий, авиации, и некоторых элементов информационных технологий.

Программы RAND всегда отвечали национальным приоритетам США: все ранние исследования были оборонными и, в основном, конечно, мотивированы соревнованием с СССР в эпоху Холодной войны. С середины XX столетия Соединённые Штаты Америки поддерживали идею европейской интеграции. Вопросы в повестке стали разнообразными. Как меняет геополитический расклад сил на европейском континенте создание Европейского объединения угля и стали (1952 год)? Каковы последствия субсидий сельскому хозяйству в европейских странах или растущего числа преференциальных торговых соглашений, заключённых Европейским Сообществом с развивающимся миром? Как распределятся сферы влияния в Африке? Не сможет ли развивающаяся Азия противопоставить одни европейские державы другим, вызвав новые конфликты? Одним из главных запросов заказчиков RAND была оценка того, как интересы стран, имеющих собственную геополитическую стратегию, (к ним относятся Великобритания, Франция, Германия, Россия, Китай, Индия), будут сталкиваться с интересами США?

К 1960-м годам RAND обратилась к вопросам внутренней политики и привнесла свою модель эмпирического, бескорыстного, независимого анализа в исследование актуальных социальных и экономических проблем внутри страны. Это период, когда гражданское общество начинает вновь серьёзно вторгаться в сферу государственной политики, образуя поле публичной политики.

Сегодня, помимо финансовых средств, которые поступают из правительственных агентств, всё же преобладающих в структуре бюджета RAND, доля поступлений от частных корпораций, фондов, физических лиц растёт. Цели организации определены широко — содействовать и продвигать научную, образовательную и благотворительную деятельность в интересах общественного благополучия и национальной безопасности США. В темы исследований входят, например, следующие: структура зараженного ВИЧ населения по этой теме RAND обладает лучшей статистикой в США), меры снижения распространения ВИЧ-инфекции; программа борьбы с распространением наркомании среди детей школьного возраста по заказу Департамента образования США); исследования качества оказываемой медицинской помощи населению старшего возраста по заказу фармацевтической компании Pfizer); оценка воздействия экономического кризиса на жителей Индонезии по заказу правительства Индонезии); моделирование структуры и динамики рабочей силы по заказу ряда крупных корпораций) и так далее.

Для достижения целей Корпорация RAND организует конференции (международные и национальные), симпозиумы и семинары, брифинги и презентации для членов правительства, оппозиционных политических сил, а также ведёт образовательные и тренинговые программы, высшая школа RAND предоставляет возможность получить степень доктора в области политического анализа. Организацией выпускаются пользующиеся репутацией надёжных источников аналитической информации периодические издания: 3 раза в год «Обзор исследований RAND» (RAND Research Review) и раз в квартал «Экономический журнал RAND» (RAND Journal of Economics).

RAND пользуется услугами более 500 профессиональных исследователей, почти 80% из них имеет докторскую степень, постоянно работает более 400 сотрудников на административных должностях, бюджет — 110 миллионов долларов США. Корпорация RAND имеет филиалы в крупных городах США, а также в Европе. Вместе с тем, сегодня у RAND появилось множество конкурентов, и как бы организация не пыталась выйти за рамки военно-политических отношений, понимая, что это делает её ангажированной и снижает конкурентоспособность, сделать это в полной мере ей так и не удалось. RAND всё же продолжает оставаться организацией больше государственной, нежели частной. Поэтому по ряду вопросов в области публичной политики она зачастую уступает инициативу другим организациям.

Фабрики мысли, исследующие будущее

Прежде всего, что такое «исследование будущего»? В отличие от гадания, предсказания, пророчества и тому подобного — это научное исследование, проводимое по всем законам любого научного исследования, только направленное на изучение не прошлого или наблюдаемых процессов, явлений, а их перспектив. В русскоязычной литературе оно чаще именуется прогнозированием, но суть дела та же, поскольку продукт исследования при любой терминологии — прогноз: научный вывод о вероятном или возможном состоянии изучаемого объекта в будущем.

Следует упомянуть, что в 1930-х — начале 1940-х годов Соединённые Штаты оказываются в центре европейской мысли во многом благодаря иммиграции немецких и иных европейских интеллектуалов — беженцев от «нового порядка» национал-социалистов. Они стали в буквальном смысле домом для крупнейших центров европейской интеллектуальной жизни — Венского кружка, который оказывал влияние на развитие математики, лингвистики и философии; Института математики в Гетингеме; многих членов Франкфуртской школы и почти всего состава Берлинской школы политики. Главное, что они принесли в США, это — качество, полностью соответстующее американскому характеру, — готовность видеть мир в процессе перемен. Большинству из них удалось устроиться в самых престижных центрах интеллектуальной жизни Америки. По словам Эдуарда Шилса, они «принесли с собой понимание возможности распада социального порядка, когда-то казавшегося стабильным», и, значит, насущную необходимость прогнозировать социальные изменения.

Одной из фабрик мысли этого периода является организация «Ресурсы для будущего» (Resources for the Future), основанная в 1952 году по рекомендации Вилиама Палей, будущего президента этой структуры, руководившего в тот момент президентской комиссией для исследования, не становятся ли США слишком зависимыми от зарубежных источников натуральных ресурсов. Палей был один из первых, кто ощутил необходимость в организации, которая анализирует исключительно вопросы окружающей среды и ресурсов. Resources for the Future озвучила и придерживалась двух принципов политического анализа. Во-первых, любые политические решения, касающиеся экологии, требуется осмыслять со всех сторон — так сказать оценивая баланс между будущими затратами и выгодами (Costs and Benefits) в случае выбора какой-либо предлагаемой альтернативы решения. Во-вторых, как только приняты политические решения в области экологии, то есть поставлены цели, важно идти к ним максимально незатратным способом. Этого рационально добиваться путём экономического стимулирования (сертификация и лицензирование предприятий, или, скажем, штрафы за загрязнения).

Среди организаций, которые непосредственно вносят серьёзный вклад в публичную политику, осуществляя футурологические исследования, основанные на долгосрочном глобальном прогнозировании известны — Гудзоновский институт (Hudson Institute) и Институт будущего (Institute for the Future).

Герман Кан, Макс Сингер и Оскар Рюбхаузен основали Гудзоновский институт (Hudson Institute) в 1961 году и установили его миссию: осмысление будущего с неконвенциональных позиций. Институт издал такие противоречивые работы, как книга Г. Кана «О термоядерной войне», а также «Последующие 200 лет», в которой Г. Кан и А. Винер экстраполировали в будущее текущую на тот момент времени гонку вооружений и попробовали предсказать её последствия. Впоследствии, поскольку объёмы финансирования военных исследовательских проектов существенно уменьшились, Институт переключился на внутренние социальные и экономические проблемы. Так появилась книга Франка Армбрустера «Искалеченное будущее наших детей», в которой указывается на недостатки американской системы образования задолго до того, как эта тема стала предметом широкого общественного беспокойства.

После смерти Кана в 1984 году, головной офис Гудзоновского института переехал в Индианополис и расширил тематику своей работы, привлекая к работе разнообразных влиятельных экспертов и аналитиков. Крупное исследование Гудзоновского института «Рабочая сила 2000» предсказало изменения американской рабочей силы, которые произойдут к началу XXI века, а в 1997 году появилось его продолжение — «Рабочая сила 2020». В настоящее время Гудзоновский институт ставит перед собой цели изучения актуальных проблем публичной политики, прогнозирование тенденций развития и разработки решений для правительства, деловых кругов и широкой общественности. Тематика остаётся разнообразной: вопросы экономики, национальной безопасности, международных отношений, а также проблемы, с которыми США и мир в целом будет сталкиваться в будущем. В Институте работает 70 сотрудников, годовой бюджет — 7 миллионов долларов.

Институт будущего (Institute for the Future) создаётся в Калифорнии в 1968 году, выделяясь из Корпорации RAND, для осмысления технологических, экономических и социальных изменений и их долгосрочных внутренних и глобальных последствий. Осуществляя консультирование и выполняя программы, Институт идентифицирует социально-экономические тенденции и анализирует потенциальные перспективные рынки в мире, занимается глобальным прогнозированием. Первое финансирование организация получила от Фонда Форда. Позднее среди клиентов Института оказываются компании, входящие в список Fortune 500, государственные структуры и общественные организации.

В данный период формируются и такие организации как Аспенский институт (The Aspen Institute), основанный в 1950 году сразу после образования в 1949 году Атлантического союза, занимавшийся образовательной деятельностью для лидеров по всему миру для установления взаимопонимания. Или Атлантический Совет Соединённых штатов (Atlantic Council of the United States — ACUS) — фабрика мысли, основанная в 1961 по инициативе бывших государственных секретарей США Кристиана Гертера и Дина Ачесона к консолидации всех поддерживающих Атлантический союз гражданских групп. Сегодня наиболее выдающимся вкладом, по мнению Совета, являются его работы по выявлению основных проблем, с которыми столкнётся Атлантический союз и проблем атлантических экономических отношений; изучение проблем интеграции в европейские структуры стран Центральной и Восточной Европы, включая Россию; содействие достижению консенсуса в политике США в отношении России, Китая, Японии, Кореи и Тайваня; балансирование стремительно растущих потребностей в энергии и защиты окружающей среды в Азии; проектирование путей урегулирования политических конфликтов. Отметим ещё одно образование 1960-х годов — Институт мировой политики (World Policy Institute), с 1961 года выполняющий исследовательские и образовательные программы по критическим проблемам в США и за рубежом. Институт выдвигал инновационные предложения по организации дебатов, которые усилили бы бизнес и гражданских лидеров, а также государственных служащих США и мировое сообщество в ответе на глобализацию экономики.

Фабрики мысли периода либерализации

В 1970-1980-е годы в поле американской публичной политики начинают доминировать либеральные фабрики мысли, среди которых находятся Американский институт предпринимательства для исследований в области публичной политики (American Enterprise Institute for Public Policy Research, Центр стратегических и международных исследований при университете Джорджтаун (Center for Strategic and International Studies at Georgetown University), Фонд наследия (Heritage Foundation), Институт Катона (The Cato Institute) и другие. Они предупреждают об опасности преобладания политики государственного вмешательства в экономику.

Следует отметить, что на авансцену американской экономической политики довольно циклично выходили то концепции, проповедовавшие усиление роли государства в экономических процессах, (прежде всего кейнсианство до 1970-х годов), то концепции, делающие ставку на рыночные силы в экономике, на предпринимательство и на поддержку государством именно этих сил (монетаризм, экономика предложения, неолиберализм, которые приобрели особое влияние в 1980-1990-е годы). В этот период американских учёных и политиков начинает беспокоить динамика показателей экономического развития в США, таких, как уровень инфляции и безработицы. Действительно, результатом практического применения модели «государства всеобщего благоденствия» оказался рост числа тех, кто финансируется за счёт налогов (то есть фактически паразитирует на рыночном секторе при помощи государства), относительно тех, кто финансируется собственно рынком, то есть, занят в коммерческом секторе, включая предпринимателей и работающих по найму. Важно, что здесь возникает тесная связь политики с экономикой: занятые в «паразитирующем секторе» составляют больший, растущий и хорошо организованный электорат, обеспечивающий электоральное преимущество политике наращивания государственных обязательств. Возможность разрыва этого порочного политико-экономического круга — это не только интеллектуальный вызов, но и вызов политический, связанный с преодолением настроений в обществе в пользу патерналистской роли государства и самостоятельно появляется лишь в условиях глубокого кризиса. К концу 1980-х годов он охватил ряд развитых стран, в той или иной степени использующих модель «государства всеобщего благоденствия». Реакцией на него оказалась своего рода неолиберальная, по американской терминологии — консервативная), «революция» 1980–1910-х годов, отмеченная волной приватизации и либерально-рыночных реформ во всём мире. В США она связана с президентом Р. Рейганом, в Великобритании — с премьер-министром М. Тэтчер, в Швеции — с премьер-министром К.Бильдтом, в Германии — с канцлером Г. Колем, в России — с М. Горбачёвым и так далее.

В качестве теоретического обоснования необходимости приватизации и ограничения социально-экономических функций государства важную роль сыграла классическая работа М. Фридмана «Капитализм, свобода и демократия» (1962), а также работы групп учёных различных фабрик мысли, которые развивали ключевые тезисы Фридмана, и указывали на неэффективность ряда государственных социальных программ, огромные расходы на которые не приносили желаемого результата, но становились всё более обременительны для национальной экономики и государственного бюджета.

Американский институт предпринимательства для исследований в области публичной политики (American Enterprise Institute for Public Policy Research) особенно активизировался в период, предшествующий неолиберальным реформам, поэтому о нем следует упомянуть. Он образовался с подачи Левиса Брауна (позднее — председателя правления Johns-Manville Corporation) в Вашингтоне ещё в 1943 году, и сегодня — это одна из крупнейших и уважаемых фабрик мысли в Америке. Основная первоначальная задача Института — представлять интересы бизнеса — трансформировалась в миссию — сохранение и укрепление основ свободы, ограничения государственного вмешательства в экономику, частного предпринимательства, жизненных культурных и политических институтов, а также сильной внешней политики и национальной обороны путём научных исследований, открытых дебатов и публикаций. Выражаемый этим Институтом американский акцент на политическую демократию и экономическое развитие сочетает простую идеологическую доктрину, применимую во многих случаях: стремление к личному успеху укрепляет свободу, создавая богатство.

К середине 1960-х годов Институт получил статус освобождённого от налогов и сконцентрировался на воздействии на национальную политику путём продвижения своих учёных на влиятельные позиции в правительстве. А в середине 1970-х годов, параллельно с ростом консервативного Республиканского движения, Институт из группы двенадцати учёных вырос в хорошо финансируемую организацию, где постоянно работают 145 экспертов, которым помогают 80 ассистентов, а также огромный административный аппарат. В 1977 году Американский институт предпринимательства начал выпускать свои периодические издания. Среди них — «Общественное мнение» (Public Opinion); журнал, выступающий против регулирования экономики «Регулирование, Американский институт предпринимательства, иностранная политика и оборона» (Regulation, AEI, Foreign Policy and Defense Review), а также «Экономист Американского института предпринимательства» (The AEI Economist). Президент Р. Рейган в 1988 году отмечал об Американском институте предпринимательства, что он стоит в центре идейной революции, и ни одна фабрика мысли в 1980-е годы не является такой же влиятельной.

Фонд «Наследие» (Heritage Foundation), основанный в 1973 году для проведения научных исследований в целях содействия правительству США, средствам массовой информации и научным организациям, придерживается философии свободного рынка, ограниченного вмешательства правительства в жизнь общества и максимальной свободы личности. Фонд не связан с какой-либо партией, но известно, что придерживается консервативного подхода к социально-политическим проблемам. Все исследовательские и аналитические работы, выполненные Фондом, бесплатно распространяются среди членов Конгресса США, государственных чиновников, занимающих ключевые посты в органах исполнительной власти США, а иногда других стран, среди научной общественности.

Разработанный Фондом при консультациях с «Национальным центром разведывательной деятельности» и «Информационным центром национальной стратегии» в 1980 году масштабный 20-томный труд — план действий под названием «Мандат на лидерство» с детальной проработкой комплекса мероприятий лег в основу действий администрации президента Р. Рейгана. А ко второму сроку его президентства была подготовлена вторая часть плана — «Мандат на лидерство 2». Оба «Мандата» стали настольными книгами для людей из администраций Р. Рейгана и Дж. Буша-старшего. А за несколько недель до вступления Буша-младшего на высокий пост президент Фонда «Наследие» Эдвин Фолнер вручил руководству Республиканской партии увесистый том (376 страниц) программы действий — «Приоритеты для президента» (Priorities for the President). Также известной разработкой Фонда «Наследие» является ежегодно выпускаемый «Индекс экономической свободы». В настоящее время в штаб-квартире Фонда в Вашингтоне работает 150 человек, а его бюджет превышает 20 миллионов долларов.

Другим примером фабрик мысли данного периода является основанный в 1977 году Институт Катона (Cato Institute). Формулировка его миссии — расширение поля политическоий дискуссии путём включения в него большего числа различных точек зрения и аргументов, существенных для обоснования традиционных американских принципов индивидиуальной свободы, мира и ограничения государства — прямо указывает на ориентацию организации. Институт основан в Сан-Франциско в 1977 году. Происхождение его названия связано с «Письмами Катона» (Cato’s Letters) — серией памфлетов, опубликованных в начале XVIII века в Британии Джоном Тренчардом и Томасом Гордоном; в них излагались политические теории философа Джона Локка. Авторы памфлетов назвали их в честь Катона-младшего — защитника республиканских институтов в Древнем Риме. Считается, что «Письма Катона» читались в американских колониях в начале XVII века и сыграли основополагающую роль в формировании мировоззренческого фундамента американской революции. Институт Катона осуществляет обширную программу публикаций, связанную с этими вопросами: книги, монографии, микро-исследования направлены на изучение бюджетной политики, системы социальной защиты, монетарной политики, военных расходов, международной торговли и так далее. Основные средства Институт Катона получает от частных компаний, в том числе Microsoft, Phillip Morris, Netscape, Bell Atlantic, Exxon, General Motors и других. Средний годовой бюджет института — 11 миллионов долларов.

Эксперты Института Катона выступают с резкой критикой администрации Дж. Буша-младшего по целому ряду вопросов, включая проблемы международных отношений, гражданских свобод, образования, здравоохранения, сельского хозяйства, энергетической политики и чрезмерных государственных расходов. Иллюстрирует текущую работу Интститута Катона его критика политики США по расширению НАТО. Так, в одном из докладов говорилось, что действия США привели к кардинальному изменению доктрины НАТО, существа этого блока. В докладе подчёркивалось то, что Североатлантический альянс начал выполнять задачи, не оговорённые Вашингтонским договором 1949 года, в том числе за пределами сферы его действия (например, в бывшей Югославии, при том, что Сербия никогда не угрожала ни одному из членов альянса). Особое внимание обращается на тот факт, что действия США и их союзников фактически идут в нарушение договора 1949 года, тогда как изменения в договоре должны быть утверждены парламентами стран-членов.

Сотрудник Института Катона Т. Карпентер считает, что США стремятся превратить НАТО из военного блока — организации по коллективной обороне — в организацию по обеспечению коллективной безопасности, частично приняв функции, подобные тем, что выполняли Лига наций и ООН. Политолог утверждает, что налицо стремление США трансформировать НАТО в некий гибрид — военный блок с широкими обязанностями по обеспечению безопасности и демократии во всех европейских странах независимо от членства, а также странах, перспектива вступления которых в альянс вообще пока не обсуждается. Такой расширительный подход к будущему НАТО и к роли США в обеспечении Евро-Атлантической безопасности объявляется неверным, способным привести к осложнению международдной ситуации, а также пагубным для альянса, который может утратить основные качества военно-оборонительного союза. Эксперты Института Катона выступили с предложениями Конгрессу США принять резолюцию, запрещающую действия вооружённых сил США для выполнения задач, выходящих за рамки обеспечения обороны стран-членов. Конгрессу предлагается также остановить дальнейшее расширение блока после принятия в 1999 году трёх восточноевропейских стран. Представляется, что эти рекомендации имеют немного шансов быть принятыми во внимание при обсуждении приёма новых членов, так как решение о расширении НАТО, похоже, приобрело необратимый характер, несмотря на несогласие значительной части американской академической элиты.

Центр стратегических и международных исследований при Университете Джорджтауна (Center for Strategic and International Studies) был основан для обеспечения мировых лидеров аналитической информацией в ходе принятия стратегических решений по глобальным проблемам. К особенностям Центра относятся, во-первых, темы его исследований — весь спектр вызовов национальной и международной безопасности, во-вторых, наличие местных экспертов-исследователей во всех регионах мира, в-третьих, особый акцент на выработку новых методов управления для эры глобализации, и, в-четвёртых, программы по технологиям, публичной политике, международной торговле, финансам и энергетике. В настоящее время в организации работает 190 человек, её президентом с 2000 года является Джон Хамре, бывший заместитель секретаря безопасности США.

Надо отметить, что в эти годы происходит возобновление федерализма в США, и использование бюджетных средств все более консолидируется на уровне штатов и местном уровне. Поэтому и фабрики мысли перемещаются на уровень штатов, муниципалитетов и городов. Например, образуется Массачусетсткий институт нового сообщества (The Massachusetts Institute for a New Commonwealth) — консервативный институт, деятельность которого была направлена на реформу системы социального обеспечения, государственных школ и возможности альтернативного выбора школы в пределах государственной программы с позиций развития среднего класса в штате Массачусетс. Создаются для изучения проблематики городов Институт Манхэттена (Manhatten Institute) и Институт Аллегени (Allegheny Institute) в городе Питтсбург. Их объединяют установки в миссиях на защиту интересов налогоплательщиков, граждан и предпринимателей от обременительного вмешателства государства. Подробнее об этих организациях см. в докладе Агентства гуманитарных технологий.

Изначально ориентированный на проблемы городского сообщества Институт урбанистики (Urban Institute) сформирован в 1968 году как некоммерческая организация для осуществления политических ислледований. Сейчас группа учёных работает с широким спектром социальных вопросов, в основном — внутренних для США, однако в последние годы Институт анализировал подобные проблемы в развивающихся странах, Восточной Европе и России. Институт идентифицирует социальные проблемы, оценивает государственные программы, определяет новые тренды, анализирует эффекты принимаемого законодательства и иногда даже предлагает альтернативы политических решений. Средний годовой бюджет — 55 миллионов долларов, постоянных сотрудников — 300. Наиболее заметные последние работы: «Правительство, которое мы заслуживаем: ответственная демократия и изменившиеся ожидания» (1998), «Старше и мудрее: экономика республиканских пенсий» (1998), «Будущее налогообложения Штатов» (1998), «Нищета и благосостояние: иммиграция и изменившийся облик сельской Калифорнии» (1997), «Дети, у которых дети: экономическая стоимость и социальные последствия беременности подростков» (1997), «Реструктуризация жилищного хозяйства в России: 1991-1997» (1997).

Представляется интересной организация Центр исследований вопросов национальной безопасности (Center for National Security Studies). Создан в 1974 году как негосударственная, некоммерческая организация в защиту общественных интересов и для исследований, направленных на усиление контроля за ФБР и ЦРУ и предотвращения нарушений гражданских свобод в Соединённых Штатах Америки. Центр — ведущая экспертная организация по юридическим и политическим вопросам в области национальной безопасности и сохранения гражданских свобод. Центр активно вмешивается в законодательный процесс и старается влиять на исполнительные органы власти в указанной сфере. Часто комитеты Конгресса просят Центр сделать заключение на внесённые проекты законов. И, может быть, лучшее представление об особенностях данной организации даст спектр её текущих проектов. В фокусе проекта «Государственный надзор» находится процесс контроля за телекоммуникационными услугами последнего поколения; распространение законодательных ограничений на разведывательные службы; новые ограничения гражданских свобод в свете борьбы с терроризмом. Другой проект «Свобода торговли» нацелен на ликвидацию барьеров при прохождении информации и идей через государственные границы. А международный проект «Службы безопасности и конституционная демократия» содействует негосударственным правозащитным организациям, стремящимся создать систему подотчётности разведывательных органов в их государствах.

Атласовский фонд экономических исследований (Atlas Economic Research Foundation) образовался в 1981 году для содействия, консультирования и поддержки в ходе развития институтов публичной политики, выступающих за свободноый рынок, по всему миру. Его основателем был Энтони Фишер, которого сильно мотивировала к этой деятельности книга Ф.А. Хайека «Дорога в рабство». В ней Хайек выражал опасение, что неуклонный рост потребности людей в том, чтобы государство решало их проблемы, может привести к серьёзным отрицательным последствиям. И лучший способ преодолеть такую тенденцию — это просвещение политических лидеров разных стран мира через институты публичной политики, что является реальными причинами и последствиями возникновения экономических и социальных проблем.

Фабрики мысли «адвокатского» действия

Ведущей тенденцией периода после 1960-х годов стало то, что начали образовываться фабрики мысли, в центр своей деятельности ставившие аналитическое обеспечение движения в защиту общественных интересов. Этому движению предшествовали и в какой-то мере его сформировали общественные движения за гражданские права, по борьбе с бедностью, против войны. Хотя понятие «общественный интерес» является предметом серьёзных споров учёных, в большинстве своём не уверенных, что вообще можно определить более ли менее точно эту категорию, практические политики и общественные деятели употребляют обозначение «общественный интерес», вкладывая в него каждый своё содержание. Иницитором и столпом американского движения в защиту общественных интересов считается Дж. Гарднер, бывший министром здравоохранения, образования и социального обеспечения в Администрации президента США Л. Джонсона. В его интерпретации деятельность по защите общественных интересов представляет собой умеренный леволиберальный реформизм, что ориентирует адвокатские фабрики мысли в своей деятельности главным образом на Демократическую партию США.

В течение 1970-х годов сформировались тысячи подобных организаций, и в дополнение к ним — почти столько же юридических фирм. В 1970 году заявила о себе как о «гражданском лобби» организация «Общее дело» (Common Cause), которую по результативности и размаху её активности с момента её основания и по настоящее время можно поставить во главу движения за реформирование политических институтов, да и всего движения в защиту общественных интересов. Поскольку «Общее дело» привлекает к своей работе научное сообщество для выполнения исследований по оценке возможных социально-экономические последствий политических решений, она полноправно относится к фабрикам мысли. Её основателем стал вышеупомянутый вашингтонский политик, Дж. Гарднер, полагавший, что «данная организация будет зашищать общественные интересы от кого бы то ни было, в первую очередь, от особых интересов, которые господствуют сегодня в нашей жизни». Менее чем за четыре года «Общее дело» стала крупнейшим, хорошо организованным и достаточно финансируемым (в основном, за счёт членских взносов) лобби в Вашингтоне. Её бюджет в настоящее время — около 10 миллионов долларов. Количество членов в организации из числа образованных и обеспеченных групп среднего класса) выросло с неполных 100 тысяч на начальном этапе до 325 тысяч в 1974 году, затем несколько упало и стабилизировалось на уровне примерно 250 тысяч человек. После Гарднера пост президента «Общего дела» занимали Д. Коэн — в прошлом лоббист профсоюзов, А. Кокс — бывший специальный прокурор по расследованию «Уотергейтского дела», Ф. Уэртимер — в своё время советник аппарата Конгресса, а затем главный лоббист «Общего дела». Последней возглавила организацию её бывший вице-президент Энн Макбрайд.

Хотя основной уклон «Общего дела» — реформа различных звеньев политической системы и политического процесса, фактически она всегда проводила и ведёт деятельность по широкому кругу вопросов, включая следующие: реформирование системы налогообложения; образования; уголовное законодательство; процедуры работы Конгресса; отстаивание гражданских прав; контроль за свободным доступом к информации; объективное отправление правосудия; изменение финансирования выборов; бюджетный процесс в Конгрессе; энергетическая политика; защита потребителей; участие граждан в процедурах выработки решений федеральными ведомствами. «Общее дело» регулярно публикует результаты расследований, какие эффекты производят деньги в политике, а также различные отчёты по вопросам этики в государственном управлении.

Центр оборонной информации (Center for Defense Information) позиционирует себя как организация типа «Watchdog» («наблюдающая собака» — прим. авт.), однако её можно отнести, в первую очередь, к фабрикам мысли. Центр создан в 1972 году вышедшими в отставку высшими офицерами армии США для независимого контроля за Пентагоном и общественной экспертизы огромных военных расходов. В 1980-е годы Центр играл активную роль в обсуждении программ ядерного перевооружения и оборонных инициатив США. По этим вопросам Центр оборонной информации работал с общественными группами, губернаторами штатов, лидерами мнений и государственными политиками. В 1980 году Центр выпустил первый анализ программ Пентагона. Для обеспечения относительной независимости исследований, Центр оборонной информации не принимает финансирования ни от каких государственных агентств и тем более от оборонных ведомств.

Одной из примечательных организаций в этом ряду находится Институт Эдвокаси (Advocacy Institute). С самого начала своего существования с 1985 года он был ориентирован на усиление отдельных защитников социальной справедливости и целых движений, которые пытались усовершенствовать публичную политику. То есть в терминологии российских некоммерческих организаций (НКО), это был своего рода «методический и ресурсный центр» для данной целевой группы. Эксперты Института отдавали себе отчёт в том, что не существует единственно верного определения Advocacy или даже подхода к защите общественных интересов и поэтому признавали разнообразие практикуемых группами методов. Вместе с тем, они приняли в качестве рабочего определение, которое дал Дэвид Кохен, со-директор Института: Advocacy — это действия и меры, оказывающие влияние на те принимаемые решения в области публичной политики и распределении ресурсов, которые напрямую затрагивают жизнь людей. Права человека — политические, экономические и социальные — это рамки, в которых такие усилия предпринимаются. Институт анализирует состояние дел в области защиты общественных интересов, консультирует группы по разнообразным вопросам в этой области, проводит семинары, конференции, делает рассылки, публикует исследования.

Среди адвокатских фабрик мысли существует целое сообщество независимых неправительственных организаций, которые занимаются анализом бюджетных предложений и бюджетной политики с точки зрения интересов своей группы. То, что случилось в США за последние 25 лет, Роберт Райшауэр, бывший директор Бюджетного управления Конгресса США, на одной из конференций по общественным финансам назвал «гонкой вооружений» в области анализа. Когда одна группа развивает свои аналитические возможности и начинает подвергать бюджетные предложения анализу, это уже не является просто политикой или упражнениями в красноречии, это определяет, как люди оценивают последствия различных бюджетных предложений. Тогда и другим группам приходится развивать свой аналитический потенциал. И вот эта индустрия, у истоков которой стоят фабрики мысли и группы по интересам, нанимает людей из американских университетов и бывших правительственных служащих, чтобы они проводили анализ последствий бюджетных предложений…

Пожалуй, головная организация в этой области — это Центр бюджетных и политических приоритетов — (Center on Budget and Policy Priorities). Международный бюджетный проект, структурное подразделение Центра, является партнёром Санкт-Петербургского центра «Стратегия» в области образовательной работы и распространения идей прозрачности бюджетного процесса, поэтому данная организация и её история представляет для автора и его коллег особый интерес.

В настоящее время число сотрудников Центр бюджетных и политических приоритетов в Вашингтоне насчитывает 60 человек. По вопросам бюджета и налогов они работают как на национальном уровне, так и на уровне штатов. Одновременно прорабатываются такие темы, как тенденции развития бедности: становится ли эта категория более распространённой или менее; каковы тенденции в разнице доходов между богатыми и бедными, возрастает или сокращается этот разрыв? Также Центр бюджетных и политических приоритетов интересуют правительственные программы, направленные на людей с низкими доходами: денежные пособия, продовольственная помощь, здравоохранение, программы занятости населения и другие.

Центр был образован всего тремя аналитиками в декабре 1981 года. Причины, по которым возникла организация, как отмечает его основатель, а сейчас директор, Роберт Гринстайн, коренятся в некоторых событиях, происходивших в стране в это время. В начале того же года вступил в должность новый президент США — Р. Рейган, вскоре предложивший амбициозную экономическую программу, включающую беспрецедентные по своим масштабам бюджетные сокращения в некоторых программах помощи нуждающимся семьям и значительные сокращения некоторых налогов к большой выгоде наиболее обеспеченных слоёв населения. При этом его правительство распространяло материалы в СМИ и через другие источники, в которых говорилось, что оно защищает интересы нуждающихся и поддерживает так называемую программу «страховочной сетки» («Safety Net») для «истинно нуждающихся». Это действительно был ряд социальных программ, находящихся на особом положении (они их защищали от любых сокращений), но это были, главным образом, программы помощи пожилым людям из среднего класса, а не нуждающимся семьям. Однако поскольку администрация Рейгана была основным источником информации в течение тех нескольких месяцев, когда эти программы обсуждались в качестве законопроекта, то представление о том, что при этом защищаются интересы бедных семей, было широко распространено в СМИ и разделялось многими политиками. В обществе не было другого, альтернативного, источника анализа и информации, если не считать некоторых, скорее академических, публикаций, которые выходят обычно год-два спустя, после того как все решения уже давно приняты.

Другим важным событием, случившимся в том же году, было то, что администрация Рейгана сумела внести важные изменения в бюджетный процесс, посредством которого и принимаются подобные решения. Большинство некоммерческих организаций, которые занимались программами помощи нуждающимся, привыкли к «старому» бюджетному процессу, не сразу адаптировались к «новому» и поначалу плохо разбирались, как он работает. В результате их работа стала менее эффективной.

Всё это привело к распространению в обществе убеждения, что в системе НКО имеется брешь. Центр бюджетных и политических приоритетов и был образован для того, чтобы попытаться закрыть эту брешь. В самом начале работы в фокусе его внимания находился только федеральный бюджет в общих чертах. Например, каждый год, сразу после выхода государственного бюджета, в тот же день, когда он был опубликован, аналитики организации бросались проверять, не урезаются ли программы помощи людям с низкими доходами больше, чем другие составляющие бюджета. Типичный образец того, что публиковалось в тот период: «…15% государственного бюджета идёт на программы помощи нуждающимся, однако на эти программы в новом бюджетном проекте приходится 30% бюджетных сокращений расходов — в два раза больше их доли в бюджете…».

Позднее Центр бюджетных и политических приоритетов начинает работать с налоговыми вопросами, исследовать их с точки зрения малообеспеченных слоёв населения, а также анализировать последствия различных бюджетных решений не только просто в отношении их влияния на людей с низкими доходами, но дифференцированно: на афроамериканцев, испаноязычную часть населения, женщин. К концу 1980-х годов в Центр пришли новые квалифицированные специалисты, такие, как Исаак Шапиро и Айрис Лав. И. Шапиро подготовил серию сообщений по каждому штату, в которых он привёл результаты сравнительных исследований: как в каждом штате относятся к малообеспеченным семьям и как там налажена помощь таким семьям. Айрис Лав занялась разработкой программ работы Центра на уровне штатов. А не так давно в США был принят пакет законов, передавший, в частности, на усмотрение властей штатов вопросы помощи малоимущим, которые всегда были федеральными. И сейчас Позднее Центр бюджетных и политических приоритетов содействует бюджетным группам на уровне штатов в осуществлении экспертизы бюджетов, анализа условий, в которых живут малообеспеченные работающие семьи в их штатах. Центр работает по грантам различных частных фондов, но не получает фининсирования от правительства США или от международных спонсоров.

Иллюстрирует текущую деятельность Центра одна из его последних работ, свидетельствующая о чрезвычайном росте социальной поляризации в Соединённых Штатах Америки. Это совместный доклад Центра бюджетных и политических приоритетов и Института экономической политики (Вашингтон), опубликованный в апреле 2002 года. Это исследование показывает, что за последние двадцать лет разрыв в доходах самых бедных и самых богатых американских семей увеличился и опровергает распространённое мнение, что плодами самого длительного экономического подъёма в истории США воспользовались все американские граждане.

Предназначение ещё одной фабрики мысли — Центра исследований терроризма (The Terrorism Research Center) — состоит в информировании общественности о феномене терроризма и информационной войны. Основанный в 1996 году, Центр исследований терроризма — это независимый не финансирующийся государственными или политическими структурами) институт, занимающийся исследованиями проблем в указанной области и других, связанных с политическим насилием. Центр выпустил существенное число аналитических работ, включая развёрнутый обзор политики, стратегии, программ и бюджета в части борьбы с терроризмом США. Организация также администрирует веб-сайт Terrorism.com, который упоминается в качестве источника информации такими средствами массовой информации, как CNN, The Washington Post, The New York Times, The Christian Science Monitor, Foreign Policy, Terrorism and Political Violence, Newsweek, а также многочисленными СМИ, профессиональными ассоциациями и академическими журналами. Институт в числе своих приоритетов видит поддержание сети экспертов по терроризму и информационным войнам из промышленности, государственных органов, научных учреждений как Соединённых Штатов, так и Великобритании, Швеции, Аргентины, Франции и Австралии. Координируя международную сеть в Интернете, Центр представляет собой прототип будущего поколения совместных межстрановых исследований и аналитических работ.

Заключение

В данном обзоре были рассмотрены лишь некоторые, заслуживающие, на взгляд автора, особого внимания американские фабрики мысли. Обобщая результаты работы, можно сделать следующие выводы об особенностях их развития и роли в публичной политике в Соединённых Штатах Америки:

Во-первых, фабрики мысли в США являются не только структурами гражданского общества и одной из форм выражения общественного мнения, но также и узловыми точками публичной политики, в которых формируется консолидированное общественное отношение к текущим проблемам в ходе массовой коммуникации. Фабрики мысли составляют основы государственного плюрализма в США. Он предполагает, что публичная политика вырабатывается и реализуется в процессе свободного взаимодействия многочисленных групп интересов, мирной конкуренции между ними, в результате чего возникает естественное равновесие удовлетворённых групповых интересов, а роль правительства ограничена — ему надлежит охранять и поддерживать это равновесие и принимать решения только при наличии межгруппового согласия. Вместе с тем, американский плюрализм зачастую вызывает критику. Например, Н. Г. Зяблюк (Институт США и Канады) отмечает по данному вопросу, что, «чем развитее разнообразие, тем оно внутренне противоречивее и тем тяжелее поддаётся регулированию, когда возникает необходимость обеспечить реализацию этой или иной общей цели, если она существенно задевает нестыкующиеся или плохо стыкующиеся интересы его составных частей».

Во-вторых, представляется, что с одной стороны, фабрики мысли обеспечивают аналитикой политиков, элиты и лоббистов, а с другой стороны, они сами представляют собой отдельную группу интересов и фактически отстаивают необходимость финансирования научных исследований в определнных областях с высокой неопределённостью результатов научного исследования (футурология, прогностика).

В третьих, на протяжении ХХ века прослеживается тенденция эволюционирования фабрик мысли в США от организаций конкретных узкогрупповых интересов до организаций, работающих в интересах общества в целом. Вместе с тем, следует отметить, что, несмотря на большую роль фабрик мысли в формулировке повестки внутренней политики, они маловлиятельны в вопросах внешней политики США.

В целом, можно констатировать, что влияние фабрик мысли США на политический процесс даёт пищу для размышлений о дальнейшем развитии подобных научно-исследовательских организаций в России. Следует обратить внимание на перспективные особенности взаимодействия фабрик мысли и государственных учреждений, фабрик мысли и крупного бизнеса, на механизмы управления такими организациями, уточнить представления об источниках и основах финансирования проектов фабрик мысли.

Источник: Фабрики мысли в США: особенности развития и роль в публичной политике. // Электронная публикация: Центр гуманитарных технологий. — 10.12.2006. URL: https://gtmarket.ru/laboratory/expertize/2006/2189
Публикации по теме
Новые статьи
Популярные статьи