Гуманитарные технологии Информационно-аналитический портал • ISSN 2310-1792
Гуманитарно-технологическая парадигма

Владимир Лепский. Рефлексивно-активные среды инновационного развития. Глава 6. Организация взаимодействия рефлексивно-активных сред с субъектами инновационного развития

Критерии обеспечения различных форм активности субъектов инновационного развития

Можно выделить три формы активности, интересующие нас в контексте обеспечения инновационного развития: деятельностная, коммуникационная и рефлексивная. В данном разделе будут рассмотрены методологические аспекты обеспечения различных форм активности субъектов в средах инновационного развития.

Для выделения базовых критериев такого обеспечения воспользуемся опытом создания критериев эргономического подхода к организации различных видов человеческой деятельности: продуктивность, безопасность, удовлетворённость и развитие субъектов и форм их активности.

Признавая важную роль субъектов в определении конкретных критериев оценки и организации своей деятельности целесообразно учитывать и объективные ориентировочные основы инновационной их активности.

Продуктивность инновационной деятельности:

Оценка организации инновационной деятельности носит, как правило, качественный характер, и его трудно измерить. Решающим здесь является мнение субъектов, включённых в инновационные процессы, а также тех, кто продвигает и внедряет новации.

Развитие инновационной деятельности и её субъектов:

Перед учёными и разработчиками встают новые проблемы организации развивающей и развивающейся инновационной деятельности.

В этой связи имеет смысл развести понятия обучения и развития в контексте субъектного подхода.

Обыденное сознание их не различает, определяя эффективность обучения лишь через деятельность преподавателя (преподавание) и/или совокупность транслируемых знаний, меньше обращая внимание на методические средства их передачи. Эти процессы могут быть разделены лишь относительно деятельности обучающегося.

В обучении последний овладевает тем, чему его учат (предметными знаниями), в развитии также и отношением к «овладеваемому» материалу.

Процессы обучения и развития различаются и по-своему содержанию. Ряд психических образований (цели, мотивы, эмоции, отношения) не может быть сформирован у человека посредством отработки определённого алгоритма упражнений, они появляются при прохождении ряда специально организованных ситуаций. Существенно, что развитие не совершаемо над человеком, а совершается человеком.

Организация развития может быть целенаправленным процессом, но, в отличие от обучения, его направленность — это направленность второго порядка, ориентация на формирование метасодержания. Образующиеся здесь новые неспецифические образования могут быть впоследствии «приземлены» для конкретной деятельности, обращаясь из своей потенциальной формы в актуальную.

В сложную структуру детерминации развития включается и диалектическое противоречивое взаимодействие двух основных внутренних тенденций развивающегося психического — тенденции к устойчивости, к сохранению и воспроизведению уже сложившейся психической системы (её мотивов, целей, идеалов, ценностей) и тенденции к преобразованию, к качественному её изменению, к формированию новых ценностей, планов, целей, свойств. Внутренние тенденции развивающегося психического находят своё внешнее отражение (поддержку) в диалектическом противоречии методологических схем организации инновационного развития.

Из положения о единстве гомеостазиса и становления или творчества следует важный вывод о том, что никакое развитие невозможно без механизма обратных связей через соответствие определённым эталонам и нормам существование которых создаёт направленность развития. Но саморегуляция в форме обратных связей не исчерпывает творческого процесса развития. Принцип деятельностного преломления внутреннего через бесконечно богатое и каждый раз новое внешнее, в системах которого внутреннее обнаруживает непредвиденные свойства, раскрывает механизм порождения новых эталонов и масштабов развития, механизм формирования качественно нового внутри уже сложившегося.

Эти условия и предпосылки развития должны быть обеспечены в организации инновационного развития и создания для него продуктивных сред.

Инновационная безопасность:

Разрыв проблематики национальной безопасности с проблемами развития страны 1, оставил вне поля внимания проблемы безопасности инновационного развития. Для реального перевод страны на этот курс актуально становление проблематики и механизмов инновационной безопасности, идея становления которой была предложена нами.

Основные её направления включают: безопасность субъектности инновационного развития (контроль и обеспечение способности субъектов к инновационному развитию); организации инновационной деятельности (контроль и обеспечение условий деятельности для субъектов инновационного развития); последствий инновационной деятельности.

Удовлетворённость субъектов инновационной деятельности:

До недавнего времени удовлетворённость личности выбранной профессией, организацией деятельности, своими результатами практически исключалась из социально значимых критериев. Удовлетворённость иногда рассматривалась как мещанская сытость, психологический тупик на пути стремления личности к новым социальным достижениям. При этом с психологической точки зрения наиболее важный источник дальнейшей активности личности часто игнорировался. В частности игнорировался следующий момент: если неудовлетворённость производит определённые разрушения, деструкцию в дееспособности человека, то удовлетворённость «питает» силы, повышает жизненную энергию. Следует учитывать и то, что удовлетворённость субъектов зависит от многочисленных факторов, определяющих включённость в их деятельность средств компьютеризации, а без них современную среду инновационного развития невозможно создать в принципе.

Можно выделить следующие основные составляющие критерия удовлетворённости субъектов инновационного развития:

  • осознание продуктивности (социальной значимости) инновационного развития;
  • психологическая поддержка осознания противоречий между индивидуальными возможностями личности и социальными требованиями к субъекту инновационного развития, а также преодоления этих противоречий и снижения «психологической цены» для конкретных субъектов;
  • адекватное понимание ситуаций и проблем инновационного развития, обоснованности принимаемых решений и их последствий;
  • адекватное представление возможностей и ограничений средств обеспечения инновационной деятельности (информационных технологий и других);
  • формирование у субъектов активной позиции исследователей, осуществляющих инновационное развитие, развитие себя и своей деятельности;
  • включённость субъектов в кооперативную деятельность инновационного развития;
  • преодоление отрыва от результатов инновационного развития;
  • индивидуализация процессов инновационного развития;
  • повышение «естественности» коммуникационных процессов инновационного развития;
  • уверенность субъектов в их безопасности, защите их новаций, а также безопасности общества от последствий их инновационной деятельности;
  • увеличение творческого содержания инновационной деятельности за счёт передачи новым технологиям рутинных операций;
  • обеспечение возможностей удовлетворения косвенно производственных потребностей (познавательных и других).

Учёт и детализация рассмотренных критериев могут быть осуществлены при реализации принципов организации деятельности субъектов инновационного развития и в ходе создания соответствующих сред.

Принципы обеспечения различных форм активности субъектов инновационного развития

Высокая степень свободы действий субъектов инновационного развития, а также учёт критериев обеспечения различных форм их активности определяют целесообразность максимально возможной ориентации на индивидуальные особенности субъектов при организации инновационной деятельности. Подобная ориентация может быть закреплена в принципе конкретных субъектов инновационного развития.

Сформулированный нами ранее принцип активности (принцип активных субъектов инновационного развития) может быть детализирован через раскрытие возможных форм активности: деятельностной, коммуникационной и рефлексивной. В соответствии с этими формами выделим принципы их обеспечения для целей инновационного развития в соответствующих средах.

Сложность и громадные объёмы знаний, которыми может располагать и оперировать инновационная среда, лишь незначительная часть которых оказывается полезной конкретным субъектам инновационного развития, определяет необходимость организации встречного «раскрытия актуальных знаний», настройки на конкретные потребности субъектов инновационного развития, введение принципа активных средств деятельности и общения (принцип активных сред). Представление сред как особого рода активных средств деятельности и общения (коммуникации) субъектов инновационного развития, на наш взгляд, должно стать определяющим при рассмотрении функциональной и структурной целостности сред и их оценке. При этом среды могут быть представлены как система (сеть) взаимодействующих активных элементов, носителями которых явятся естественный или искусственный интеллект, а также их комбинации.

Требование соблюдения критерия обеспечения инновационной безопасности позволяет сформулировать принцип контроля и коррекции негативных последствий использования сред инновационного развития.

Требование соблюдения критерия развития инновационной деятельности и её субъектов позволяет сформулировать принцип развития субъектов, то есть создания условий для гармоничного развития субъектов в процессе их взаимодействия со средой инновационного развития.

Фрагмент структуры принципов обеспечения различных форм активности субъектов инновационного развития представлен на рисунке 6–1.

Принцип обеспечения деятельностной активности

В контексте субъектно-ориентированного подхода основные направления реализации принципа обеспечения деятельностной активности субъектов инновационного развития можно детализировать через наиболее значимые, на наш взгляд, частные принципы:

  • обеспечение самоопределения субъектов;
  • обеспечение активности субъектов в «точках индивидуального разрыва деятельности»;
  • базисных и производных средств деятельности;
  • обеспечение управления развитием деятельности;
  • удовлетворения познавательных потребностей.
Принцип самоопределения субъектов:

Этот принцип заключается в выработке отношения к наиболее острым, неоднозначным элементам ситуации и в занятии позиции в соответствии с выработанным отношением. Самоопределение предшествует действию. Как можно действовать, не определив самого себя, не выяснив для самого себя отношения к происходящему? Важность этих моментов для понимания деятельности отмечалась в работах многих философов и психологов.

Рисунок 6–1. Фрагмент структуры принципов обеспечения различных форм активности субъектов инновационного развития.

С. Л. Рубинштейн 2 утверждал, что «личностью является лишь человек, способный выделить себя из своего окружения для того, чтобы по-новому сугубо избирательно связаться с ним. Личностью является лишь человек, который относится определённым образом к окружающему; сознательно устанавливает это своё отношение так, что оно выявляется во всём его существе».

О. К. Тихомиров 3 писал: «У человека наряду с пространством «состояний» задачи существует ещё пространство состояний его как субъекта, решающего задачу, и оно не иррелевантно по отношению к деятельности по решению задачи».

Я. А. Пономарев 4 подчёркивал принципиальное значение личностной рефлексии для понимания процессов решения интеллектуальных задач.

Проблема самоопределения субъектов в производственных ситуациях тем самым оказывается неразрывно связанной с одной из ведущих проблем психологии личности — целостности индивидуальности и личности.

В управленческой практике и повседневной жизни обычна ситуация, когда от нас требуется осуществить действие (и мы его осуществляем), не проделав работы по самоопределению. «Более того, у абсолютного большинства политиков, как и всех управленцев, нет ценности самоопределения в системе деятельности» 5. Это обстоятельство сами люди выражают очень просто: «некогда думать», «нет времени, чтобы думать».

Авторитарная система организации общественной жизни в нашем обществе способствовала формированию отношения к человеку как к объекту управления. В результате этого в сознании многих людей закрепилось представление о себе как об объекте. Сохранился и другой тип людей, которые всё же мыслили и себя, и другого как активно действующих индивидов, как субъектов 6.

При определении характера поведения субъектов инновационного развития важным является соотношение в его мотивации осознанного и бессознательного. Уровень осознания человеком себя как активно действующего индивида определяется мерой автономизации себя от объектов окружающего мира. Чем ниже эта автономизация, тем ниже уровень сознания, тем более бессознательный (или мистифицированный) характер носит детерминация поведения и состояния личности, тем в большей власти ситуации он находится. Индивид не может осознавать того, от чего он себя не отделяет, по отношению к чему он не может занять рефлексивной позиции 7.

Один из подходов к реализации принципа самоопределения субъектов связан с организацией специальных диалогов между субъектами инновационного развития. «Погружаясь» в такие диалоги субъект получает возможность выйти за пределы своей субъективности и сформировать рефлексивное отношение к сложившейся ситуации.

Принцип обеспечения активности субъектов в «индивидуальных точках разрыва деятельности»:

Наиболее значимыми для его детализации, на наш взгляд, являются следующие частные принципы:

  • стимулирование надситуативной активности («рефлексивного выхода»);
  • гармония субъективного и нормативного в деятельности;
  • активное овладение деятельностными нормами;
  • управление индивидуальным развитием.

Принцип стимулирования надситуативной активности («рефлексивного выхода»). В самом общем виде надситуативность можно определить как способность субъекта выходить за пределы «внешней целесообразности», задаваемые конкретными требованиями поставленной перед ним задачи, и по мере этого — преодолевать границы возможностей собственного актуально действующего «эмпирического Я».

Исследования различных аспектов надситуативности отражены во многих работах отечественных психологов. В контексте анализа проблемы надситуативности и надситуативной активности в работах В. А. Петровского 8 и Я. А. Пономарева 9 и другие. Принципиальное значение надситуативности в творчестве, определяемое через понятие интеллектуальной активности доказано в работах Д. Б. Богоявленской 10, а применительно к изучению личности — А. Г. Асмолова 11.

Учёт надситуативной активности предполагает реализацию специальных процедур диалога, её стимулирующих, оказание помощи пользователю процедурными знаниями при диагностике ситуации и выявлении причин возникновения «индивидуальных точек разрыва деятельности», определении типа точки разрыва деятельности (деятельностная, субъектная, инструментальная) и другие.

Актуальность и практическое значение методов стимулирования надситуативной активности доказаны рядом экспериментальных исследований, в условиях как индивидуальной, так и групповой деятельности.

Принцип гармонии субъективного и нормативного в организации деятельности связан с необходимостью гибкого сочетания привычных устоявшихся её норм и привнесённых извне новых. В методологическом плане он в более широком контексте рассмотрен в работе В. А. Лефевра, Г. П. Щедровицкого, Э. Г. Юдина 12 как принцип единства естественного и искусственного.

Принцип ориентирован на активное формирование представлений и понятий о деятельностных нормах — как заимствуемых из прошлого опыта (через поисковые и пробующие действия самого индивида), так и формируемых в процессе деятельности конкретного субъекта и его окружения. Он способствует рефлексивному осознанию деятельностных норм и развитию рефлексивных способностей субъектов.

Успешная инновационная деятельность возможна лишь в том случае, если субъект будет придерживаться культурных норм, с одной стороны, а с другой — сумеет их преодолеть, то есть внести в неё собственную субъективность. Достижение гармонии нормативности и субъективности связано с проблемой свободы субъектов инновационной деятельности, для решения которой требуется задание соответствующей онтологии. В субъектно-ориентированной концепции она задаётся через сочетание методологических схем сопровождения деятельности и поддержки субъектов деятельности.

Возможности для реализации рассматриваемого принципа заложены, прежде всего, в методологической схеме поддержки субъектов управленческой деятельности. Основная задача средств поддержки (компьютерных или человеко-машинных) должна заключаться в оказании помощи в индивидуальных точках разрыва деятельности при освоении субъективизированной деятельностной нормы, к которой не был приобщен ранее конкретный субъект, решающий конкретную инновационную задачу.

Принцип гармонии нормативного и субъективного в организации деятельности предопределяет создание в структуре актуализируемой среды обитания субъектов специальной И-среды, ориентированной на адаптацию субъектов к новым для них методам и технологиям, с обеспечением «плавного» перехода из ситуаций овладения искусственными методами к решению практических задач.

Создание в структуре актуализируемой среды обитания субъектов Е-среды и И-среды открывает в инновационной практике новые пути решения проблемы взаимодействия личного и социального опыта.

Е-среда — для обеспечения деятельности субъектов по решению задач на основе привычного инструментария.

И-среда — для ознакомления субъектов с социально-нормированным опытом, включающим анализ различных типов ситуаций, которые могут быть полезны для субъектов при решении их конкретных проблем и задач. Эта среда выступает как доступное активное хранилище социально-нормированного опыта, как своего рода интеллектуальный тренажёр и помощник субъектов.

Организуя процессы овладения субъектом деятельностными нормами и их преодоление, можно заложить основы для развития всей системы деятельности, для использования методологической схемы развития.

Принцип активного овладения деятельностными нормами. Важным аспектом реализации данного принципа является наличие у субъектов «технологий» процесса познания, под которыми понимается совокупность мыслительных действий, операций и приёмов, применяемых субъектом при присвоении какого-либо знания (в том числе норм деятельности). При этом мы полагаем, что в процессе усвоения какого-либо знания субъект оказывается перед некоторой проблемно-конфликтной ситуацией. Эта ситуация характеризуется новизной, неопределённостью условий и требований, от субъекта требуется мобилизация его умственных сил, пересмотр используемых мыслительных средств, реорганизация мыслительных действий и так далее.

Принцип управления индивидуальным развитием. Одной из причин возникновения «индивидуальных точек разрыва деятельности» может быть несоответствие индивидуальных особенностей и представлений субъекта специфике конкретной инновационной ситуации. Возникает необходимость либо самотрансформации личности, либо включения личности в процедуры, способствующие требуемой трансформации личности.

В качестве активного аппарата постановки задач и осуществления самотрансформации личности выступают уровни и формы рефлексивного сознания, определяющие присущие только личности высшие формы психической саморегуляции. В. И. Слободчиков и Е. И. Исаев 13 предлагают следующую структуру рефлексивного сознания. Первые уровни рефлексивного сознания — полагающая, сравнивающая, определяющая рефлексия, последовательно отделяют Я от не-Я, оставляя сознание некритичным к своим образованиям и не позволяя ещё осуществлять произвольные изменения личности. Уровни синтезирующей и трансцендирующей рефлексии, когда личность обнаруживает не-Я и Я вне своей индивидности, становятся «орудием собственно личностного развития».

Принцип базисных и производных средств деятельности:

В инженерной психологии известны попытки учёта активности пользователей средств автоматизации, в части «перепроектирования» и развития средств деятельности и общения, в частности, в работах В. П. Горяинова, В. П. Зинченко, В. Е. Лепского 14. В них предложена схематизация внешних и внутренних средств деятельности, представленная в виде многоуровневой структуры с выделением базисных средств деятельности (задаваемых разработчиками систем) и производных средств деятельности (формируемых самими пользователями и персоналом обеспечения их деятельности). Методические и технологические аспекты реализации принципа базисных и производных средств деятельности рассмотрены в монографии В. Е. Лепского 15.

Принцип управления развитием деятельности:

Рассмотрим два аспекта реализации принципа управления развитием деятельности субъектов: обеспечение непосредственного включения субъектов в процессы развития своей деятельности и обеспечение «рефлексивной кооперации» в развитии деятельности.

Относительно первого аспекта в ряде исследований 16 показано, что успех принятия людьми новых форм деятельности в значительной степени зависит от их непосредственного участия в проектировании и организации этих форм деятельности. Отмечается увеличение роли «эффекта включённости» с возрастанием социального статуса субъектов. Эти соображения обосновывают значение идеи «выращивания» организационных изменений внутри организации субъектов среды инновационного развития. Управление развитием деятельности следует понимать как создание условий и стимулирование активности субъектов к развитию (участию в развитии) своей деятельности. «Живая» инновационная деятельность не может быть реализована по заданному извне проекту, а может быть только результатом «живой организации».

Второй аспект учитывает, что деятельность по развитию деятельности должна быть обеспечена средствами, которыми, как правило, не владеют субъекты инновационного развития. На практике типична ситуация включённости в процессы развития субъектов, владеющих методологической культурой по развитию деятельности (методологическая схема развития деятельности).

Принцип удовлетворения познавательных потребностей:

Этот принцип ориентирует на создание условий, необходимых для качественного удовлетворения познавательных потребностей, возникающих (или формируемых средой) у субъектов во взаимодействии с актуализированной средой обитания и субъектами среды инновационного развития.

Современные компьютеризированные среды способствовуют развитию познавательных потребностей личности, предоставляя человеку такие знания, которые он не может получить самостоятельно, но могут также дать ложный стимул развития внешней, престижной мотивации. Они служат как средством более полного освоения мира, так ухода из него 17.

Принцип обеспечения коммуникационной активности

В контексте субъектно-ориентированного подхода основные направления реализации принципа обеспечения коммуникационной активности субъектов, можно детализировать через наиболее значимые частные принципы:

  • обеспечение коммуникации субъектов;
  • обеспечение коммуникационной активности в специальных ситуациях и видах групповой деятельности;
  • поддержка субъектов в «индивидуальных точках разрыва коммуникаций»;
  • учета состояний коммуникационной активности субъектов;
  • обеспечение удобства взаимодействия субъектов;
  • удовлетворения потребности субъектов в общении.
Принцип обеспечения коммуникации субъектов:

Все субъекты должны иметь возможность осуществлять через актуализированную среду обитания необходимые им коммуникации в связи с решением своих задач, а также развитием своей деятельности.

Принцип обеспечения коммуникационной активности в специальных ситуациях и видах групповой деятельности:

Этот принцип ориентирован на создание условий для проявления активности субъектов в процессах координации групповой деятельности, согласования мнений при групповом принятии решений, разрешении конфликтных ситуаций и другое.

Можно привести много оригинальных подходов к созданию сред, ориентированных на обеспечение коммуникации и рефлексии в разнообразных типах групповых взаимодействий, в частности:

  • интеллектуальная среда — инфраструктура коллективного разума для работы экспертов с программами региональной политики 18;
  • интеллектуальные системы мониторинга международных конфликтов 19;
  • интеллектуальные системы для разрешения конфликтов 20;
  • компьютерные системы поддержки совместной работы (computer supported colloborative work — CSCW) в виртуальной 3-х мерной среде, при этом представления о реальности могут формироваться с учётом индивидуальных особенностей и характера деятельности конкретных пользователей 21;
  • интеллектуальные интерактивные среды поддержки процессов обучения и исследований 22 и другое.
Поддержка субъектов в «индивидуальных точках разрыва коммуникаций»:

В процессах общения возникают моменты, когда разрывается их «плавное течение». В таких случаях ощущаются проблемы недопонимания, непонимания и так далее, а партнёрам по общению необходимо сделать «шаг вперёд», мысленно выйти из ситуации, осуществить акт рефлексии, чтобы снова с другой позиции решить проблему, восстановить нормальный ход общения, понять друг друга. Рефлексия «поднимает» человека над непосредственной ситуацией общения; через анализ и обобщение он понимает тонкости общения, выявляет причины разрыва общения и так далее для того чтобы снова «включиться», но уже обладая необходимыми знаниями, помогающими полноценному общению.

В контексте субъектного подхода важно отметить, что успешность «взаимопонимания» связывалась с учётом двух аспектов проблемы: субъектных позиций и имеющихся у субъектов представлений о «формах понимания», заложенных в актуализированной среде обитания (на какие субъектные позиции пользователя и механизмы установления «взаимопонимания» она может быть ориентирована).

Технологические основы реализации данного принципа в коммуникациях со средой обитания задаются, в частности, через принцип двойного субъекта.

Принцип учёта состояний коммуникационной активности субъектов:

Связан с отслеживанием динамики и закономерностей направленности действий одних субъектов на других, на себя или на восприятие других субъектов. Учёт этих характеристик должен способствовать адекватному пониманию партнёров по диалогу и определять «уместную» степень активности актуализированной среды обитания. Можно вводить специальные диагностические процедуры оценки предпочтительных для конкретных субъектов состояний коммуникационной активности, а результаты оценок должны включаться в модели субъектов. Эти данные могут быть использованы при организации взаимодействия субъектов друг с другом и средой обитания.

Нами было проведено одно из первых экспериментальных исследований по учету коммуникационной активности пользователей при взаимодействии с ЭВМ 23. С помощью инструкции экспериментатор формировал разные состояния коммуникационной активности испытуемых и разные установки на взаимодействие с ЭВМ. В одном случае испытуемый пытался доминировать над ЭВМ, формировать управляющие воздействия для достижения успеха в конфликте, в другом пытался понять (имитировать) действия ЭВМ и на основе сформированных представлений добиться успеха в конфликте. Учёт состояний коммуникационной активности испытуемых при формировании стратегии действий ЭВМ позволил достигать поставленные экспериментатором цели в конфликтном взаимодействии испытуемого с ЭВМ.

Принцип обеспечения удобства взаимодействия субъектов:

Методической основой для его реализации выступают рекомендации эргономики. Необходимо гибко использовать различные виды диалога, особое внимание, уделяя визуализации информации. Перспективны разработки «Интеллектуальных агентов пользовательских интерфейсов» (Intelligent Interface Agent), которые базируясь на моделях пользователей, помогают им в организации «удобного» взаимодействия с интеллектуальными системами 24.

Принцип удовлетворения потребности субъектов в общении:

Этот принцип предполагает рассмотрение не только общения в связи с решением основных производственных задач, но и общения, которое может организовываться в интересах развития деятельности, её субъектов и другого.

Широкое включение компьютерных технологий в деятельность и процессы общения между людьми не могло не сказаться на коммуникационных характеристиках пользователей. Как отмечает А. Е. Войскунский 25, во многих случаях наблюдается актуализация у пользователей потребности в общении.

Многочисленные исследования позволяют сделать вывод, что пользователям присуща персонификация компьютерных программ, они могут воспринимать их как наделённых определёнными чертами личность или как одушевлённое существо 26. Вполне правомерна интерпретация взаимодействующих с пользователем компьютерных программ как квазисубъектов (воображаемых партнёров), правомерность интерпретации как «субъект-субъектных» взаимодействий с компонентами, носителями которых выступают образования «искусственного интеллекта».

Принцип конкретных субъектов инновационного развития

Переход к рассмотрению конкретного субъекта требует изучения широкого круга проблем, касающихся человека как личности и индивида, а также как субъекта труда, общения и познания. Наиболее значимыми для его детализации, на наш взгляд, являются следующие частные принципы:

  • обеспечения процессов идентификации субъектов;
  • индивидуализации среды обитания к субъектам;
  • обеспечения готовности субъектов к деятельности и коммуникациям;
  • обеспечения развития субъектов;
  • контроля и коррекции негативных последствий для субъектов организации и результатов их деятельности и коммуникаций;
  • удовлетворения косвенно-производственных потребностей субъектов.
Принцип обеспечения процессов идентификации субъектов:

Принцип обеспечения процессов идентификации субъектов был рассмотрен нами в предыдущих разделах работы.

Принцип индивидуализации среды обитания к субъектам:

Учёт принципа конкретного пользователя в сочетании с требованиями базисных и производных средств деятельности позволяет сформулировать принцип индивидуализации среды обитания к субъектам.

Проблемам индивидуализации процессов взаимодействия пользователей со средствами автоматизации посвящены многочисленные исследования. В основном эти исследования затрагивали аспекты подстройки систем к специфике задач пользователей и учету их индивидуальных предпочтений и особенностей. Крайне важным, но менее исследованным, является аспект учёта влияния систем на активность пользователей. В частности, как показал ряд исследований активности личности в условиях обучения, отсутствие в структурах сознания учителя представлений о личности ученика, блокирует активность второго 27.

Ориентация на активных субъектов определяет особенность реализации этого принципа, связанную с необходимостью полной информированности субъектов о рекомендуемых им вариантах индивидуализации, а также предоставления ему свободы выбора этих вариантов.

В основу организации механизмов индивидуализации к конкретным субъектам должны быть положены модели субъектов, отражающие индивидуальный опыт, стиль и методы работы, психологические особенности и другое. При построении такого рода распределённых (по среде инновационного развития) моделей субъектов целесообразно использовать известный в психологии типологический подход. Этому направлению развития интеллектуальных систем уделяется всё большее внимание 28.

Анализ опыта в решении задач индивидуализации взаимодействий пользователей с компьютерными системами позволил вскрыть потенциальные угрозы безопасности деятельности пользователей, связанные с такого рода процессами индивидуализации. Во-первых, это непредсказуемое и непрогнозируемое поведение компьютерных систем и, во-вторых, потеря управления ими со стороны пользователей 29. На наш взгляд, решение задач индивидуализации к субъектам должно базироваться на безусловном соблюдении требования «прозрачности».

Принцип обеспечения готовности субъектов к деятельности и коммуникациям:

Становление личности субъектом инновационной деятельности есть процесс реорганизации, качественного преобразования включённых в деятельность и обеспечивающих её осуществление психических и личностных свойств в соответствии с требованиями деятельности и критериями самой личности. При этом мышление, память, воля выступают не характеристиками самой по себе личности, как традиционно принято в психологии, а её ресурсами, используемыми, так или иначе, в деятельности. Это принципиально важные соображения, определяющие специфику субъектного подхода 30.

Наиболее значимыми для детализации принципа обеспечения готовности субъектов к взаимодействию со средой инновационного развития, на наш взгляд, являются следующие частные принципы:

  • мотивации конкретных субъектов к взаимодействию со средой инновационного развития;
  • поддержки процессов реорганизации психических и личностных свойств субъектов в соответствии с изменениями требований к деятельности;
  • поддержки процессов формирования у субъектов необходимых для успешного взаимодействия знаний, навыков, умений;
  • поддержки процессов контроля и управления функциональными состояниями субъектов, при различных видах взаимодействий.

В контексте обеспечения данного принципа важно учитывать рассмотренные нами ранее различия процессов обучения и развития.

Принцип развития субъектов:

Современные представления отечественной психологии и педагогики убедительно доказывают актуальность и возможность решения проблемы организации учебных и производственных развивающих видов деятельности 31. Для инновационной деятельности эта проблема приобретает особое значение в связи с ограниченными возможностями организовывать развитие субъектов вне инновационной деятельности.

Есть основания полагать, что субъектно-ориентированная концепция сред инновационного развития учитывает основные требования, выдвигаемые к развивающей деятельности.

Принцип контроля и коррекции негативных последствий для субъектов организации и результатов их деятельности и коммуникаций:

Аспекты потенциальных негативных последствий от некорректной организации среды инновационного развития, и особенно в связи с использованием новых информационных технологий весьма разнообразны. Могут возникать условия, способствующие повышению психической напряжённости деятельности, деформации мышления пользователей, разрушению неформальных структур организаций, нарушению их устойчивого функционирования и так далее.

В качестве примера рассмотрим доминирование нормативного подхода как одну из причин порождения негативных психологических последствий для субъектов управленческой деятельности:

  • неявное (скрытое) формирование у субъектов в качестве эталона формально-логического (алгоритмического) мышления как следствие доминирования формализованных методов принятия решений;
  • создание условий для потенциального возникновения у субъектов стрессовых состояний (избыточность, с точки зрения субъектов, ненужной информации, связанной с обеспечением формальных процедур выработки решений, и неполнота той информации, которая действительно необходима в конкретной ситуации);
  • регулярная провокация субъектов к переносу ответственности за принятые решения на разработчиков нормативных методов и как следствие потенциальное подавление активности субъектов.

В частности, одним из проявлений психологических последствий компьютеризации интеллектуальной деятельности является деформация мышления пользователей средств автоматизации. Суть в том, что компьютеры очень «логичны», они «привыкли» работать с символьными выражениями. Общение с ними заставляет людей всё больше совершенствовать словесно-логический стиль мышления, хотя наше образование и без того ориентировано главным образом на него.

Принцип удовлетворения «косвенно-производственных» потребностей субъектов:

Ориентация на конкретных субъектов в сочетании с критерием обеспечения их удовлетворённости требует создания на рабочих местах условий, позволяющих обеспечить гармоничное удовлетворение широкого круга косвенных по отношению к производственной деятельности потребностей. В их состав могут входить познавательные и эстетические потребности, потребности в общении, развитии, самовыражении и другие. Комплексный подход к их удовлетворению мог бы способствовать совершенствованию организации деятельности субъектов и созданию качественно новых подходов к решению проблем обучения и развития.

Принцип двойного субъекта в организации взаимодействия рефлексивно-активных сред с субъектами инновационного развития

Реализация принципа активности субъектов выдвигает специфические требования к среде обитания субъектов, которая должна быть «готова» к гибкой «настройке» на изменяющиеся их цели (потребности). Успешное осуществление данного вида «настройки», не требующей от субъектов детального знания самой среды обитания, возможно лишь при условии организации в среде специализированных форм активности, в том числе через передачу от субъектов в среду «свернутых» форм активности.

Одной из задач на пути решения данной проблемы является выделение типовых активных элементов, способных выступать в роли элементов конструктора при проектировании и оперативном развитии активной среды обитания субъектов инновационного развития.

Логику внешнего проектирования активной среды обитания субъектов инновационного развития определяет в первую очередь динамическая структура субъектных позиций (рефлексивная структура). Активная инновационная среда для поддержки конкретных субъектов должна актуализировать для диалога адекватный АКТивный ЭЛемент (АКТЭЛ) или структуру АКТЭЛов 32. Адекватность АКТЭЛа определяется, прежде всего, соответствием актуализированной у субъекта позиции. Среда должна обладать множеством АКТЭЛов, адекватных по составу потенциально возможным структурам субъектных позиций и, кроме того — механизмом актуализации АКТЭЛов.

Осуществление в системах поддержки динамической актуализации АКТЭЛов, адекватных субъектным позициям, будем называть реализацией принципа двойного субъекта. Это означает, что в процессах взаимодействия субъекта со средой всегда существуют, как минимум, два субъекта: актуализированная субъектная позиция (виртуальный субъект) и актуализированный АКТЭЛ (виртуальный АКТЭЛ) среды, то есть актуализируются определённые типы рефлексивных структур.

В предыдущих разделах выделены варианты обобщённых процедур согласования субъектных позиций во взаимодействиях «субъект-окружающая среда»:

  • в среде формируется (актуализируется) рефлексивная площадка, адекватная площадке субъекта;
  • среда формирует (актуализирует) у субъекта имеющуюся у ней рефлексивную площадку;
  • субъект и среда совместно формируют новую рефлексивную площадку.

Эти обобщённые процедуры можно детализировать следующими частными процедурами сред обитания субъектов:

  • процедура рефлексивной декомпозиции субъектов (выявления субъектных позиций);
  • процедура идентификации актуализированных субъектных позиций;
  • процедура актуализации в среде виртуального АКТЭЛов, адекватных выявленным субъектным позициям;
  • процедура формирования (актуализации) субъектной позиции, адекватной имеющуюся у среды субъектной позиции;
  • процедура совместного формирования субъектом и средой новой субъектной позиции;
  • процедура рефлексивного синтеза (построения моделей деятельности, моделей субъектов деятельности, личностных моделей и другое) 33.

Определяя, таким образом, логику функционирования активной среды обитания субъектов, мы исходим из примата структурных образований, определяющих свойства и функции отдельных частей, входящих в их состав. Фактически мы включаем сознание субъектов в определённую средовую структуру и обеспечиваем её функционирование.

Принцип двойного субъекта позволяет рассматривать инновационное развитие как динамическую трансформацию субъектов в виртуального группового субъекта, а соответственно — как динамическую трансформацию индивидуальной деятельности субъекта в виртуальную групповую деятельность, осуществляемую во взаимодействии субъектов между собой и с активной средой инновационного развития.

Принцип двойного субъекта определяет общую схему организации взаимодействия функциональных систем, их унификацию и подход к реализации на социотехнических компонентах, которые могут рассматриваться и как нормы организационно-деятельностных структур.

С точки зрения обеспечения рефлексивных процессов, принцип двойного субъекта направлен на повышение уровня и адекватности рефлексии за счёт актуализации соответствующих АКТЭЛов. Вместе с тем, у субъекта появляется возможность организовать «свертывание» рефлексивных структур в соответствующие структуры АКТЭЛов, накапливая в «активной форме» личный опыт в активной среде обитания системы инновационного развития.

Погружение субъекта в среду позиционно-рефлексивного сотрудничества является конструктивной основой для развития его рефлексивных способностей. Доказательство этого утверждения мы находим в многочисленных экспериментальных исследованиях по развитию способностей к рефлексии в учебной деятельности. на основе «погружения» учеников в учебное позиционно-рефлексивное сотрудничество.

Сложность и динамичность механизмов синтеза системных представлений субъектов определяет необходимость реализации механизмов синтеза через взаимодействие активных элементов среды обитания. Они определяют структуру конфигуратора, то есть рассмотрения среды как сетевой структуры активных элементов, реализованных на естественном и искусственном интеллекте или их комбинациях.

Неподготовленность к постановке и решению такого рода проблем со стороны и «компьютерных наук» и наук о человеке объясняется затянувшейся ориентацией на обеспечение регламентированных видов деятельности. Цели разработчиков должны состоять в обеспечении оптимального поведения системы в заранее определённых условиях, причём доминирование этого поведения они обязаны брать на себя полностью. При таком подходе к проектированию системные представления, необходимые для выбора оптимального варианта организации системы, являются сугубо средством разработчика, а сама система выступает как экстериоризированная форма деятельности разработчика.

Переход к компьютеризации инновационной деятельности существенно изменил задачу проектирования — разработчики определяют поведение системы только в отдельных, хорошо изученных ситуациях, а для других допустимых ситуаций они должны обеспечить систему средствами целесообразных форм поведения, адекватным инструментарием, различными типами системных представлений и механизмами их синтеза. Иначе говоря, фактическая деятельностная активность разработчика в непредвиденных ситуациях, о которых он недостаточно информирован, переходит в систему в виде элементов нового типа. Основной отличительной особенностью таких элементов становится «интеллектуальная» активность, носителем которой могут служить естественный или искусственный интеллект.

Моделирования конкретных субъектов инновационного развития

Моделирование субъектов на основе «тотальная дигитализация». Для решения проблемы создания активной среды обитания субъектов инновационного развития необходима разработка адекватных оперативных методов исследования их деятельности.

В настоящее время в мире организованы дорогостоящие проекты по сбору информации о жизнедеятельности человека. Характерен проект LifeLog, над которым работает американское Агентство перспективных оборонных исследовательских разработок — DARPA (Defense Advanced Research Projects Agency). Цель проекта — собрать максимально возможную информацию о жизни человека, проиндексировать её, чтобы сделать доступной для поиска. На первом этапе работ планировалось объединить всю информацию по его контактам с Интернетом с информацией о его перемещениях (GPS), а также информацией о том, что ему сказали или что сказал и увидел он сам — аудиовизуальные датчики; биомедицинские мониторы при этом доложат о реакциях и состоянии здоровья объекта. Неожиданно для разработчиков проекта, возник бурный протест общества в связи с нарушением гражданских прав 34. Тем не менее, число аналогичных проектов, как государственных, так и негосударственных возрастает 35.

Такого рода проекты являются предвестниками грядущей эпохи тотальной дигитализации. Искушение технологией создания цифровой личности — это одна из наиболее радикальных этических проблем XXI века. И вполне закономерно, что современные философы начинают уделять серьёзное внимание этой проблеме.

Ограничения традиционной профессиографии:

Не вызывает сомнений важность и целесообразность использования базовых компонент традиционной профессиографии, вместе с тем следует указать и на ряд её недостатков, существенных в контексте учёта принципов активного и конкретного субъекта.

Во-первых, традиционные средства профессиографии крайне трудоёмки.

Во-вторых, эти методы ориентированы на активную позицию исследователя, а не субъекта исследуемой деятельности, что ограничивает возможности их использования для анализа инновационной деятельности в силу высокой степени её индетерминированности, сильного влияния опыта конкретных субъектов и неформальных отношений между ними.

В-третьих, слабая проработка вопросов комплексного использования отдельных методик.

Ориентация на конкретного субъекта как главный источник сведений о специфике профессиональной деятельности нашла своё отражение в направлении, которое может быть обобщённо определено как методы активного исследования профессиональной деятельности.

Среди отечественных исследований интерес представляет метод «организационно-деятельностных игр», предложенный Г. П. Щедровицким. Подход оригинален, его основу составляет ориентация на «распредмечивание» специалистов, что принципиально отличает его от деловых игр, на стимулирование творческой активности и рефлексии, организации определённой «дисциплины» рефлексивных процессов и коммуникаций в сложных формах соорганизации групповой деятельности. Подход позволяет не только организовать решение нестандартных проблем развития деятельности, но и развивать самих участников игр.

Вместе с тем следует отметить ряд причин, затрудняющих широкое использование этого метода в среде решения задач организации и поддержки инновационной деятельности.

Во-первых, недостаточно методически оформлена технология проведения такого рода игр. Во-вторых, имеет место недооценка роли комплексного использования методов исследования инновационной деятельности.

В-третьих, от субъектов инновационной деятельности, как правило, требуются затраты больших усилий для успешной работы в организационно-деятельностных играх, что порой вызывает негативное отношение к методу.

Частичное преодоление указанных ограничений проведено в работах А. В. Карпова 36. Автор предлагает комплексную стратегию исследований, синтезирующую основные преимущества профессиографического (натурного) и экспериментального подходов. В отличие от традиционных подходов эта стратегия направлена не на декомпозицию деятельности до уровня действий или других структурных компонентов, а на определение и анализ системы основных функций, реализуемых субъектом деятельности. Изучение процессов принятия решений осуществляется не в отрыве от деятельности конкретных субъектов, а деятельностно-опосредствованно. Другим важным аспектом данного подхода является ведущая роль комплексного использования методов исследования с ориентацией на интеграцию результатов в компьютерной среде.

В зарубежной литературе имеется значительное число публикаций отражающих разнообразные подходы к активному включению специалистов-предметников в исследование и развитие своей деятельности на основе специально разработанных процедур, которые позволяют моделировать свою деятельность, ставить и решать задачи её развития.

Проблемы настройки активной среды обитания на семантические пространства конкретных субъектов деятельности:

Субъектный подход позволил вскрыть несоответствие традиционных в сфере «искусственного интеллекта» моделей знаний и семантических пространств конкретных субъектов деятельности. Прежде всего, это связано с тем, что познание в гуманитарных науках не может быть отчуждено от познающего субъекта.

Психосемантические методы позволяют реконструировать имплицитные картины, модели мира, присущие субъекту, которые он может сам и не осознавать, но которые актуализируются в «режиме потребления» 37. Семантические пространства могут рассматриваться как ориентировочная основа для структурирования (в том числе рефлексивной самоорганизации) сознания человека-субъекта, а также для организации совместной деятельности субъектов.

Для практического использования методов психосемантики потребуется проведение весьма трудоёмкой исследовательской работы по развитию инструментария и включения этих подходов в организацию деятельности субъектов.

Культурно-деятельностные позиции в технологических структурах активной среды обитания субъектов:

В настоящее время доминирующей является ориентация разработчиков на образ субъектов, полученный с помощью их классификации по должностям, специальностям, отраслям, задачам, процессам и так далее. Такой образ ориентирует на создание специализированных рабочих мест, стыковка между которыми представляет собой серьёзную проблему, снижающую коллективный потенциал субъектов. Субъекты в таких системах — это должностные лица, осуществляющие возложенные на них функции и решающие поставленные перед ними задачи, они по определению должны удовлетворять не свои индивидуальные потребности, а потребности системы. Представления, созданные с ориентацией на такие образы субъектов первоначально вызывают одобрение у заказчиков и пользователей, так как у них создаётся впечатление, что в системе учтена специфика их работы точно и объективно. Однако позднее возникает разочарование от не вполне ясной для них недостаточности среды обитания. Далее заказчики обычно смиряются с мыслью, что созданную для них среду требуется совершенствовать длительное время, пока она начнёт удовлетворять, как правило, многочисленные пожелания субъектов.

Решение проблемы повышения активности субъекта, гуманизации и раскрытия резервов его личностного потенциала возможно только на базе представления о реальном субъекте. При этом в качестве единиц членения образа субъекта должны применяться не рабочие функции, задачи и операции, а деятельностные (субъектные) позиции.

Задача создания системы субъектных позиций может рассматриваться как построение конфигуратора системных представлений среды, а идея подобной схематизации образа субъекта является естественным развитием положений о систематике внешних и внутренних средств деятельности.

Субъектная позиция как система представляет собой такую организованную совокупность знаний о своей деятельности, в которой декларативная, процедурная, ценностная, исполнительная и методологическая составляющие внутренне согласованы между собой. Субъектная позиция специально рассчитывается, осознано конструируется субъектом как система-средство на наиболее эффективное применение им имеющихся знаний для осуществления целенаправленного взаимодействия с системой объектом, а также для деловых коммуникаций с другими субъектами.

Такого рода способы организации знаний могут быть погружены в любую профессиональную культуру (административную, хозяйственную, военную, исследовательскую и другие) и тогда они образуют определённого типа культурно-деятельностные позиции. Например, в профессиональной культуре решения комплексных, междисциплинарных задач могут быть выделены следующие типы культурно-деятельностных позиций: исследователь операций, функциональный аналитик, конструктор, системотехник, информатик и другие.

Представляется, что детальный анализ культурно-деятельностных позиций является сложной, но разрешимой проблемой, а количество типов может быть ограничено разумным числом 38. На наш взгляд в рефлексивно-активной среде инновационного развития может быть выявлен потенциал каждой из них.

Исходные посылки метода активного исследования субъектов в средах инновационного развития:

В контексте субъектно-ориентированного подхода моделирование деятельности субъектов должно осуществляться в полирефлексивных отображениях его деятельности в системе «представлений» АКТЭЛов. При этом в среду обитания субъектов могут быть включены специализированные АКТЭЛы ориентированные на исследование и развитие их деятельности.

Под активным исследованием субъектов в среде инновационного развития будем понимать организацию исследований, удовлетворяющую следующим требованиям:

  1. Субъекту доступна вся информация, которой располагает среда обитания о его деятельности и о нем как личности, а также сведения о возможных способах использования этой информации как при организации взаимодействия со средой, так и вне её.
  2. Субъект может организовать процедуры уточнения или расширения состава моделей, провести их коррекции, санкционировать или отказаться от их использования, ограничить доступ (в определённых пределах, в соответствии с общественным договором) к собранной о нем информации.
  3. Система моделей субъекта и его деятельности полирефлексивна и выступает как конфигуратор, что должно обеспечивать возможность интерпретации различных данных строго в контексте фиксированных рефлексивных позиций (отдельных АКТЭЛов или их комбинаций).
  4. Активная организация исследования деятельности субъекта (по инициативе АКТЭЛов) возможна только с санкции субъекта (в определённых пределах, в соответствии с общественным договором).
  5. Исследование деятельности субъекта должно осуществляться в неразрывной связи с реализацией всех его функций.
  6. Активная среда обитания субъектов должна содержать специализированные подструктуры (АКТЭЛы) обеспечения интеграции (построения комплексных моделей субъектов) активного исследования деятельности субъектов и его индивидуальных особенностей.
  7. Активная среда обитания субъектов — это среда, осуществляющая активное исследование деятельности субъектов, формирующая и развивающая модели субъектов и обеспечивающая саморефлексию субъектов.

Критерии реагирования рефлексивно-активных сред на конкретные новации

Критерии адекватного реагирования на конкретные новации, на наш взгляд, целесообразно рассматривать либо с позиции их влияния на сложившиеся виды деятельности (коммуникации), либо с позиции порождения новых их видов. В контексте междисциплинарных (эргономических по своей направленности) исследований процессов организации различных видов человеческой деятельности сложились традиции выделять четыре базовых вида критериев для их оценки: продуктивность, безопасность, удовлетворённость и развитие субъектов и самих видов деятельности.

По аналогии эти же критерии можно применить к оценке реагирования на технологические вызовы инновационного развития:

  1. Эффективное реагирование рефлексивно-активных сред на позитивные возможности развиваемых технологий; готовность науки и человеческого потенциала, способность эффективной организации исследований, разработок, восприятия инновационных предложений и других.
  2. Контролирующее реагирование рефлексивно-активных сред на потенциальные угрозы от внедрения развиваемых технологий.
  3. Социально справедливое реагирование рефлексивно-активных сред на позитивные возможности развиваемых технологий; готовность использовать их в интересах всего общества (проблема качества жизни и других), а не в интересах узкой группы лиц, обладающих, например, большими капиталами или силовыми ресурсами.
  4. Развивающее реагирование рефлексивно-активных сред на конкретные новации, их способность создать проект своего развития, видения будущего, и с этих позиций оценить технологические вызовы; выявление степени их влияния на реализацию проекта развития, готовности к использованию новых технологий, обоснование целесообразности и контроль объёмов используемых ресурсов на достижение позитивных результатов и нейтрализацию негативных.

Готово ли современное общество соответствовать этим критериям при формировании адекватных ответов на технологические вызовы XXI века? На этот вопрос можно ответить лишь в ходе организации сред инновационного развития и внедрения во все сферы жизнедеятельности общества его достижений.

Выводы

  1. Предложены критерии обеспечения различных форм активности — деятельностной, коммуникационной, рефлексивной — субъектов инновационного развития:

    • продуктивность инновационной деятельности;
    • развитие инновационной деятельности и её субъектов;
    • инновационная безопасность;
    • удовлетворённость субъектов инновационной деятельности.
  2. Разработана структура принципов научного и организационного обеспечения различных форм активности субъектов инновационного развития.
  3. Раскрыта технологическая специфика принципа двойного субъекта как ведущего при организации взаимодействия рефлексивно-активных сред с субъектами инновационного развития.
  4. Сформулирована проблема активного исследования и моделирования конкретных субъектов инновационного развития.
  5. Предложена структура критериев реагирования рефлексивно-активных сред инновационного развития на конкретные новации.
Примечания:
  1. Лепский В. Е. Развитие и национальная безопасность России. // Экономические стратегии. 2008. № 2. С. 24–30.
  2. Рубинштейн С. Л. Основы общей психологии. В 2-х томах. — М., Педагогика, 1989.
  3. Тихомиров О. К. Искусственный интеллект и проблема бессознательного. // Бессознательное. Природа. Функции. Методы исследования. Т. III. Тбилиси: МЕЦНИЕРЕБА, 1978. С. 62–67.
  4. Пономарев Я. А. Взгляд на рефлексию с позиции структурно-уровневой концепции психологического механизма творчества. // Прикладная эргономика. 1994, вып. 1. С. 34–37.
  5. Анисимов О. С. Политическое мышление: процессы, моделирование и критериальное обеспечение. // Российская академия менеджмента и агробизнеса. Институт предпринимательства и культуры менеджмента. Караганда, 1996.
  6. Абульханова К. А. Мировоззренческий смысл и научное значение категории субъект. // Российский менталитет: вопросы психологической теории и практики. — М., 1997. C. 56–74.
  7. Абашкина Е., Егорова-Гантман Е., Косолапова Ю., Разворотнева С., Сиверцев М. Политиками не рождаются: как стать и остаться эффективным политическим лидером. Ч. 1. — М., АНТИКВА, 1993.
  8. Петровский В. А. Психология неадаптивной активности. — М., 1992.
  9. Пономарев Я. А. Взгляд на рефлексию с позиции структурно-уровневой концепции психологического механизма творчества. // Прикладная эргономика. 1994, вып. 1. С. 34–37.
  10. Богоявленская Д. Б. Интеллектуальная активность как проблема творчества. Ростов-на-Дону: РГУ, 1984.
  11. Асмолов А. Г. Психология личности. — М., МГУ, 1990.
  12. Лефевр В. А., Щедровицкий Г. П., Юдин Э. Г. «Искусственное» и «естественное» в семиотических системах. // Проблемы исследования систем и структур. Материалы конференции. — М., 1965.
  13. Слободчиков В. И., Исаев Е. И. Психология человека. — М., Школа-Пресс, 1995.
  14. Горяинов В. П., Зинченко В. П., Лепский В. Е. Проектирование внешних и внутренних средств деятельности операторов. // Эргономика: Труды ВНИИТЭ. — М., ВНИИТЭ, 1976, вып. 12. С. 125–164. Лепский В. Е. Инженерно-психологические проблемы организации групповой деятельности операторов. Автореф. дис., Институт психологии АН СССР. — М., 1978.
  15. Лепский В. Е. Концепция субъектно-ориентированной компьютеризации управленческой деятельности. — М., Институт психологии РАН, 1998.
  16. Перлаки Г. Нововведения в организациях. — М., Экономика, 1980. Пригожин А. И. Организации: системы и люди. — М., Политиздат, 1983.
  17. Тихомиров О. К. Основные психолого-педагогические проблемы компьютеризации обучения. // Вопросы психологии. 1986. № 5. С. 67–69.
  18. Филимонов В. А. Опыт использования системы и технологии «Экран–2» для коллективной формализации знаний о социальных процессах. // Труды конференции КИИ–94. Рыбинск: Ассоциация искусственного интеллекта, 1994. Т. 2. С. 339–341.
  19. Бабынин И. В., Кретов В. С., Власов И. Е., Фролов И. В. Подход к построению интеллектуальной системы мониторинга международных конфликтов. // Труды конференции КИИ–94. Рыбинск: Ассоциация искусственного интеллекта, 1994. Т. 2. С. 309–313.
  20. Kotenko I. V. Conflict Resolution in Computer-Supported Cooperative Design. // Proceedings of East-West inter. conf. on human-computer interaction (EWHCI. 94). Russia, S.-Pb. V. 1. P. I–65–I–74.
  21. Billinghurst M. et al. Shared Space: Collaborative Information Spaces. // Design of Computing Systems: Cognitive Considerations. V. 21A. Ed. by G. Salvendy et al. ELSEVIER. 1997, p. 7–10.
  22. Sykes P., Schaper J., Mayes T., Palmen H., Marcipont V. ISLE: A Collaborative Project to Build an Intensely Supportive Learning Environment. NATO Advanced Studies Institute Herriot Watt University, Edinburg, Scotland, Aug. 1994. P. 503–510.
  23. Лепский В. Е. Исследование рефлексивных процессов на матричной игре с нулевой суммой. // Проблемы эвристики. — М., Высшая школа, 1969. С. 265–270. Лепский В. Е. Инженерно-психологические проблемы организации групповой деятельности операторов. Автореф. дис., Институт психологии АН СССР. — М., 1978.
  24. Brown S. M. et al. User Models, Intelligent Interface Agents and Expert Systems. // Embedding User Models in Intelligent Applications. Sixth International Conference on User Modeling (UM97), Chia Laguna, Sardinia, 2–5 June 1997, p. 12–17.
  25. Войскунский А. Е. ЭВМ и преобразование общения между людьми. // Психологические проблемы создания и использования ЭВМ. — М., Издательство МГУ, 1985. С. 32–34.
  26. Тихомиров О. К. Психологическая структура диалога «человек–ЭВМ». // Вестник МГУ. Сер. 14. Психология. 1984. № 2. С. 17–24. Gaines B. R., Shaw M. L. G. The art of computer conversation: a new medium for communication. L., Prentice Hall, 1984.
  27. Абульханова К. А. Регресс и утраты личности и возможности психологической поддержки. // Российский менталитет: вопросы психологической теории и практики. — М., 1997. C. 170–186.
  28. Embedding User Models in Intelligent Applications. Sixth International Conference on User Modeling (UM97), Chia Laguna, Sardinia, 2–5 June 1997.
  29. Shneiderman B. Designing the user interface: Strategies for effective human-computer interaction. Reading, MA: Addison-Wesley, 1992.
  30. Абульханова К. А. Мировоззренческий смысл и научное значение категории субъект. // Российский менталитет: вопросы психологической теории и практики. — М., 1997. C. 56–74.
  31. Давыдов В. В. Проблемы развивающего обучения. — М., Педагогика, 1986. Рубцов В. В. Основы социально-генетической психологии. — М., Издательство «Институт практической психологии», Воронеж: НПО «Модэк», 1996.
  32. Под АКТЭЛами будем понимать активные элементы, обладающие рядом базовых субъектных свойств (целеустремлённостью, коммуникационностью, рефлексивностью, социальностью, способностью к развитию) и выполняющие определённые функции и реализованные на субстратном уровне естественным или искусственным интеллектом, а также их комбинациями. Для АКТЭЛов, реализованных на основе искусственного интеллекта, базовые субъектные свойства следует рассматривать как «псевдосубъектные», представления о которых развивается по мере развития науки. Понятие АКТЭЛов как элементов архитектуры систем поддержки управленческой деятельности было введено автором и использовано в проектировании конкретных автоматизированных систем организационного управления в начале 1980-х годов. Понятие АКТЭЛ принципиально отличается от широко используемого в ряде областей знания понятия «агент». Агенту предполагается передача, делегирование каких-либо полномочий субъектов. Понимание АКТЭЛа предполагает включение качеств агентов, более того, они могут быть и самостоятельными свободными субъектами. Необходимость введения понятия АКТЭЛ связана с возможностью их реализации на основе искусственного интеллекта, а также соорганизации искусственного и естественного интеллекта. (Лепский В. Е. Концепция субъектно-ориентированной компьютеризации управленческой деятельности. — М., Институт психологии РАН, 1998.)
  33. Лепский В. Е. Концепция субъектно-ориентированной компьютеризации управленческой деятельности. — М., Институт психологии РАН, 1998.
  34. Источник: defensetech.org.
  35. «Живой портрет, или жизнь после смерти», сообщение Агентства научной информации «ИнформНаука», 5 февраля 2002 года. — informnauka.ru.
  36. Карпов А. В. Разработка психологической теории принятия решений в управленческой и организационной деятельности. // Вестник Российского гуманитарного научного фонда. 1997. № 1. С. 172–179.
  37. Петренко В. Ф. Многомерное сознание: психосемантическая парадигма. — М., Новый хронограф. 2010.
  38. Лепский В. Е. Концепция субъектно-ориентированной компьютеризации управленческой деятельности. — М., Институт психологии РАН, 1998.
Реклама:
Содержание
Новые статьи
Популярные статьи