Гуманитарные технологии Аналитический портал • ISSN 2310-1792

Пьер Бурдьё. О телевидении и журналистике. Часть IV. Олимпийские игры. Программа анализа

Что именно мы имеем в виду, говоря об Олимпийских играх? 1 Видимым аспектом является их «реальное» проявление, то есть собственно спортивное зрелище: состязание атлетов, приехавших со всего земного шара, проходящее под знаком общечеловеческих идеалов, а также сильно национально, если не националистически окрашенные ритуалы шествия сборных различных стран и вручения медалей, сопровождаемого подъёмом государственных флагов под звуки государственных гимнов. Скрытым же объектом будет являться совокупность изображений этого зрелища, отснятых и показанных телевидением, и отбор по национальному принципу, сделанный в материале о происходящем на стадионе, не носящем на первый взгляд национального характера (поскольку состязания являются международными). Этот объект является скрытым вдвойне, поскольку, во-первых, никто не видит его целиком и полностью, а во-вторых, у каждого телезрителя может возникнуть иллюзия того, что он видел единственное истинное зрелище Олимпиады.

Поскольку телевидение той или иной страны уделяет тем большее место тому или иному виду спорта или атлету, чем больше они способны удовлетворить национальную или националистическую гордость зрителей, то телетрансляция, кажущаяся простой записью происходящих событий, превращает спортивное состязание атлетов, приехавших со всех уголков планеты, в противоборство чемпионов (как наиболее представительных представителей) различных стран.

Чтобы понять этот процесс символической мутации, нужно начать с анализа социального конструирования зрелища Олимпийских игр, причём как самих соревнований, так и окружающих их разного рода церемоний, например, открывающих и завершающих. Затем необходимо подвергнуть анализу производство телевизионного изображения этого зрелища, которое, будучи местом размещения рекламных роликов, превращается в коммерческий продукт, подчиняющийся логике рынка, и, следовательно, должно быть задумано так, чтобы привлечь и удержать как можно дольше внимание наибольшего количества зрителей. Кроме необходимости быть показанным в prime time в экономически доминирующих странах, оно должно соответствовать ожиданиям зрителей и подчиняться предпочтениям жителей той или иной страны относительно отдельных видов спорта, а также их национальным и националистическим ожиданиям, что проявляется в выборе видов спорта и состязаний, в которых их сборная может одержать победу, а национализм получить удовлетворение. Следствием этого является, например, то, что в международных спортивных организациях место, отводимое тому или иному виду спорта, всё больше зависит от его успеха на телевидении и соответственной экономической выгоды. Принуждение, связанное с телетрансляцией, все сильнее затрагивает выбор олимпийских видов спорта, выделяемое им место и время и даже сам ход состязаний и церемоний. Так, во время Олимпийских игр в Сеуле график заключительных финальных состязаний по лёгкой атлетике был составлен (в результате переговоров, санкционируемых примечательными финансовыми условиями) таким образом, чтобы состязания проходили в наилучшее эфирное время, то есть когда в Соединённых Штатах Америки начало вечера.

Таким образом, объектом изучения нужно брать все поле производства Олимпийских игр как телевизионного зрелища, или, говоря языком маркетинга, как «средства коммуникации», то есть учитывать всю совокупность объективных отношений между агентами и институциями, вступившими в конкурентную борьбу за производство и коммерциализацию освещения Олимпийских игр: Международный Олимпийский Комитет, превратившийся в огромное коммерческое предприятие с годовым бюджетом в 20 миллионов долларов, подчиняющийся небольшой камарилье, состоящей из руководителей спорта и представителей крупнейших компаний («Адидас», «Кока-Кола» и так далее), держащей под своим контролем продажу прав на трансляцию (что составило в Барселоне 633 миллиарда долларов), а также прав на спонсорство и выбор городов для проведения Олимпийских игр; крупнейшие телекомпании (особенно, американские), конкурирующие между собой на уровне отдельной страны или лингвистического сообщества) за право на трансляцию; крупнейшие транснациональные компании («Кока-Кола», «Кодак», «Филипс» и другие), конкурирующие между собой за право на то, чтобы их продукция эксклюзивным образом ассоциировалась с Олимпийскими играми (в качестве «официальных спонсоров») 2; наконец, производители изображений и комментариев, предназначенных для газет, радио и телевидения (чья численность достигла 10 000 человек в Барселоне), включившиеся в конкуренцию, направляющую их индивидуальную и коллективную работу по организации освещения Олимпийских игр (выбор событий, операторскую работу, содержание комментариев).

Наконец, необходимо проанализировать различные последствия усиления соперничества между странами в результате глобализации показа Олимпийских игр, произведённой телевидением: появление государственной спортивной политики, направленной на завоевание международных побед: экономическая и символическая эксплуатация спортивных побед и индустриализация их производства, подразумевающая использование допинга и авторитарных способов тренировки 3.

Точно так же, как в мире искусства непосредственно замечаемая работа художника скрывает за собой деятельность всех других агентов (критиков, владельцев художественных галерей, музейных хранителей и так далее), которые, находясь в состоянии конкуренции и через неё, участвуют в создании смысла и ценности произведения искусства, и в более широком смысле, в поддержании веры в значение искусства и творца, лежащей в основании творческой деятельности 4, в мире большого спорта чемпион в беге на сто метров или десятиборец является всего лишь видимым субъектом зрелища, в каком-то смысле создаваемого дважды: в первый раз, совокупностью агентов (спортсменами, тренерами, врачами, организаторами, судьями, постановщиками общего сценария) 5, способствующих нормальному ходу спортивных соревнований на стадионе; во второй — теми, кто освещает это зрелище в виде изображений и комментариев, чаще всего находясь под давлением конкуренции и системы ограничений, действующих через сеть объективных отношений, связывающих их друг с другом.

Лишь исследования и анализ механизмов, управляющих практиками агентов, вовлечённых в подобного рода двойное социальное конструирование, могут служить условиями коллективного контроля над этими механизмами со стороны тех, кто участвует в мировом событии, именуемом Олимпийскими играми. Используя влияние, которое данные агенты оказывают на остальных, они могут способствовать созданию благоприятных условий для универсализма, заключающегося в Олимпийских играх, и в настоящее время находящегося под угрозой уничтожения.

Приме­чания:
  1. Данный текст является кратким воспроизведением выступления на Ежегодной встрече Берлинского Философского общества по изучению спорта 2 октября 1992 года в Берлине.
  2. Спонсорам был предложен «полный коммуникационный пакет, основанный на эксклюзивности в той или иной категории товаров и постоянном появлении сообщения в четырёхлетний период. Программа каждого из 75 матчей включала в себя рекламу на стадионе, титул «официального спонсора», использование эмблем и символов, а также возможность налоговых льгот». За семьдесят миллионов франков каждый спонсор в 1986 году мог получить свою долю «самого значительного мирового телевизионного события» и «уникальную возможность показа, гораздо более значительную, чем при любом другом спортивном событии» (V. Simpson, A. Jennings. Main basse sur les JO. Paris: Flammarion, 1992. P. 137).
  3. Большой спорт всё чаще прибегает к индустриальной технологии, которая мобилизует биологические и психологические исследования, чтобы превратить человеческое тело в эффективную, не знающую усталости машину. Логика конкуренции между национальными сборными и странами заставляет всё чаще обращаться к запрещённым препаратам и сомнительным методам тренировки (см. J. Hoberman. Mortal Engines. The Science of Performance and the Deshumanization of Sport. New York: The Free Press, 1992).
  4. См. Bourdieu, P.: Les regles de l’art, Paris, Editions de Seuil, 1992.
  5. Грубым индикатором истинной стоимости различных актёров, участвующих в олимпийском «шоу-бизнесе», явились подарки, сделанные корейскими властями различным его участникам. Так, стоимость подарков для членов Международного Олимпийского комитета составляла 1 100 долларов, а для спортсменов — 110 долларов, (см. Simpson, V., Jennings, A.: Main basse sur les JO, op. cit., p. 201).
Источник: Pierre Bourdieu. Sur la télévision, suivi de L’Emprise du journalisme, Liber, 1996. Пьер Бурдьё. О телевидении и журналистике. — Перевод с французского: Т. А. Анисимова, Ю. В. Маркова, Н. А. Шматко. — М., Институт экспериментальной социологии, 2002. // Электронная публикация: Центр гуманитарных технологий. — 20.12.2009. URL: https://gtmarket.ru/laboratory/expertize/3061/3066
Содержание
Новые статьи
Популярные статьи