Гуманитарные технологии Аналитический портал • ISSN 2310-1792

Джон Гэлбрейт. Новое индустриальное общество. Глава XVII. Цены в индустриальной системе. Часть II

1

Противоречие между теорией цен, которая осуждает неэффективность системы, и хозяйственной практикой, которая одобряется и считается эффективной, снимается, как только цены рассматриваются с точки зрения их роли в промышленном планировании и соответствия целям техноструктуры.

Говоря конкретнее, промышленное планирование предполагает контроль над ценами. Как мы видели, современная техника приводит к тому, что рынок становится менее надёжным. Она также влечёт за собой увеличение времени и капитала, затрачиваемого в производстве. По этой причине нельзя допустить, чтобы цены зависели от причуд неуправляемого рынка. Но этот контроль осуществляется таким образом, что он служит целям техноструктуры, и это вполне естественно. Как мы видели, они состоят в том, чтобы, во-первых, свести к минимуму риск потерь и тем самым угрозу самостоятельности техноструктуры и, во-вторых, добиться максимально быстрого роста компании. Ценами управляют так, чтобы они служили этим целям. Конкуренция цен с сопутствующими ей опасностями не должна допускаться.

Цены должны быть достаточно низкими, чтобы облегчить привлечение новых покупателей и расширение продаж, и в то же время достаточно высокими, чтобы обеспечить прибыль, необходимую для финансирования роста и удовлетворения акционеров. Такие цены легко приспосабливаются к общепризнанным целям общества или к тому, что общество убедили принять в качестве цели. В отличие от того, что имело бы место в условиях непрекращающейся погони за монопольной прибылью, в этом случае не существует препятствий к тому, чтобы члены техноструктуры солидаризовались с техноструктурой в целом.

Вот почему контроль над ценами со стороны развитой корпорации в отличие от того, что предписывает традиционная теория, обычно приводит к благоприятным результатам, что, впрочем, сторонники этой теории допускают. По этой же причине такой контроль не преследуется по закону. Как бы ни был в принципе вреден для общества контроль над ценами, его результаты не считаются пагубными. Закон не может наказывать то, что приемлемо с точки зрения общества.

Сначала мы рассмотрим способы осуществления контроля над ценами и то, как предупреждается опасное для предприятий снижение цен, а затем вопрос о том, как устанавливается уровень цен.

2

Контроль над ценами, необходимый индустриальной системе, является естественным следствием её собственного развития. Современное промышленное планирование предполагает большие масштабы производства; в этом случае оно даёт благоприятные результаты. Это означает, что в типичном случае рынок поделен между сравнительно небольшим числом крупных предприятий. Каждая фирма действует, полностью учитывая собственные нужды и общие интересы. Каждая фирма должна осуществлять контроль над своими ценами и исходить из того, что это отвечает общим интересам. Каждая фирма избегает любых действий, а особенно импульсивного снижения цен, которые могли бы повредить общим интересам в деле контроля над ценами. Этот контроль не есть нечто очень уж замысловатое. За исключением некоторых особо сложных случаев его не очень трудно поддерживать.

Мы полностью находимся во власти теории непогрешимости рынка. Поэтому то, что не согласуется с требованиями рынка, мы не считаем хорошим или нормальным. Цену, устанавливаемую продавцом, мы в особенности не считаем хорошей. Соответственно требуется большое усилие воли, чтобы представить себе, каким образом фиксирование цен может быть нормальным и выполнять экономическую функцию. На деле же это обычное явление во всех развитых индустриальных обществах 1. В других странах с несоциалистической экономикой (помимо США) промышленники также фиксируют цены, но обычно они не испытывают такого смущения и делают это в более открытой форме. В этих странах цены обычно устанавливаются картелем или другими объединениями, охватывающими предприятия отрасли. Широко распространены здесь также открытые контакты между предприятиями при установлении цен. Но даже в тех странах, где по традиции наблюдается неодобрительное отношение к таким объединениям или контактам, как, например, в Канаде и до некоторой степени в Англии, имеет место такой же молчаливый контроль над ценами, который осуществляют олигополии в США. Если бы рынок был действительно настолько эффективным, а формальное фиксирование цен — настолько неэффективным, то страны, в которых сдерживаются рыночные отношения и прибегают к фиксированию цен, испытывали бы значительные трудности в своём развитии. Нет никаких указаний на то, что они их испытывают. Причина состоит в том, что они применяют лишь более формальный вариант американского промышленного контроля над ценами.

Само собой разумеется, что социалистическая индустрия также функционирует в рамках контролируемых цен. В последнее время в Советском Союзе, как и в Югославии, где это было сделано раньше, фирмам и отраслям была предоставлена некоторая свобода в деле корректировки цен, то есть то, что предприятия США получили в результате более неформальной эволюции. Такое развитие событий повсеместно приветствовали как возврат этих стран к рынку. Это — мираж. Это не означает, что социалистическая фирма, как и американское предприятие, подвержена контролю со стороны рыночных цен, на которые она не оказывает никакого влияния. Это лишь означает, что её контроль над ценами может быть более гибким и осуществляться в соответствии с изменениями на рынке.

3

Как мы видели, главная забота техноструктуры состоит в том, чтобы гарантировать минимальный уровень прибыли, который позволяет ей сохранить самостоятельность и, следовательно, выжить. По этой причине она должна минимизировать риск того, что события примут такой оборот, который поставил бы под угрозу этот минимальный доход, а отсюда и её выживание. Такая опасность прежде всего сопряжена с резким снижением цен, возможность которого заложена в неконтролируемом рынке или который может последовать за внезапной вспышкой ценовой конкуренции. Техноструктура всеми силами стремится предотвратить такую опасность. И, за редкими исключениями, ей это удаётся.

Обычно это достигается тем, что компании сообща реагируют на очевидную и грозящую всем опасность. Если бы какая-либо крупная компания в современной отрасли, состоящей из нескольких предприятий, прибегла бы к ценам как оружию для подавления конкурентов, это заставило бы другие компании ответить тем же. Пострадали бы все компании. Поэтому независимо от того, как велико соперничество между предприятиями или как сильно развиты институциональная наследственная вражда и неприязнь, строжайшие каноны корпоративного поведения исключают такие действия. То, что такое чреватое взаимным уничтожением поведение столь успешно предотвращается, делает честь социальным способностям человека Однако в исключительных условиях, когда на пути установления одинаковых цен возникают технические трудности, такое поведение имеет место. В этих случаях прибегают к незаконному сговору и возникает конфликт между развитой корпорацией и антитрестовскими законами.

Так, в начале 1960-х годов «Дженерал электрик», «Вестингауз», «Аллис-Чалмерс», «Ингерсолл-Рэнд» и другие производители электрооборудования были привлечены к судебной ответственности за тайный сговор с целью фиксирования цен на тяжёлое электрооборудование. Ряд старших должностных лиц нескольких из этих компаний был посажен на короткий срок в обычную тюрьму. В то время немало удивлялись тому, какая жажда самопожертвования смогла побудить наёмных служащих рискнуть навлечь на себя такой позор ради акционеров, которых они никогда не знали. Однако их поведение объяснить нетрудно. Предметом сговора явились трансформаторы и выключатели, которые изготавливались по спецификациям и поставлялись по согласованным с покупателями ценам. В отличие от стандартных электромоторов, стиральных машин или холодильников они не имеют единой принятой цены. Поэтому невозможно было строго соблюдать определённую цену или прейскурант. Тому, кто предлагал изделия по самой низкой цене, доставались все заказы. В результате в прошлом имели место резкие снижения цен и существовала угроза понести большие убытки.

Именно эти обстоятельства — техническая трудность негласного контроля и перспектива потерпеть убытки — заставили служащих корпораций собраться вместе. В высшей степени маловероятно, чтобы простое желание увеличить прибыли толкнуло их на тайный сговор. Ошибка этих служащих состояла не в том, что они фиксировали цены, а в том, что они работали в отрасли, где фиксирование цен связано с такими исключительными трудностями.

Цены на электромоторы или бытовые приборы также регулировались, но это можно было делать без сговора. Недавно были возбуждены иски, в которых сталеплавильные компании обвиняются в сговоре при установлении цен на специализированные стальные изделия. Очевидно, что при установлении цен они столкнулись с аналогичной проблемой. А ведь самый преданный сторонник антитрестовских законов не взялся бы доказать, что цены на обычные стальные изделия регулируются как-нибудь иначе, а не с помощью признанного всей отраслью прейскуранта, которого, само собой разумеется, придерживаются все компании.

4

Как только цены на промышленные изделия установлены, они имеют тенденцию оставаться неизменными в течение значительных периодов времени. Никто не рассчитывает, что цены на томасовскую сталь, алюминий, автомобили, машины, химические продукты, нефтепродукты, контейнеры и тому подобную продукцию индустриальной системы будут чувствительны к изменениям в издержках и спросе, вызывающих постоянные колебания цен на такие товары, как второстепенные сельскохозяйственные продукты, производители которых все ещё подвержены контролю со стороны рынка. Такая стабильность цен в условиях, когда изменяются издержки производства и спрос, служит дополнительным признаком того (и это следует отметить), что в краткосрочном аспекте развитая корпорация преследует цели, отличные от максимизации прибыли.

Стабильность цен отчасти отражает необходимость предупредить ценовую конкуренцию. В условиях современной промышленности продавец редко имеет единственную цену. Более часто фирма имеет бесконечно сложную систему цен на все модели, сорта, фасоны и спецификации по всем товарам, которые она предлагает. Изменить цены у нескольких предприятий более или менее одновременно без обсуждения вопроса и без того, чтобы часть продукции какой-либо компании оказалась в несколько более выгодном положении, весьма затруднительно. И всегда есть основания думать, что фирма добивается конкурентных преимуществ для некоторой части своего ассортимента продукции. Это в свою очередь может привести к снижению цен в порядке ответной меры (которое так противоречит канонам корпоративного поведения) и возникновению опасности того, что вся система цен потерпит крах. Таким образом, сохранять цены неизменными в течение относительно долгих периодов и удобнее и безопаснее с точки зрения прибыли компании.

Но стабильность цен служит также целям промышленного планирования. Если цены неизменны, то их можно предсказать на достаточно продолжительный период времени. А так как цены одной компании лежат в основе издержек другой, то последние также можно предсказать. Так, с одной стороны, стабильность цен облегчает контроль и минимизирует риск краха системы цен, который ставит под угрозу прибыль и самостоятельность техноструктуры. Тем самым она отвечает главной цели техноструктуры. В то же самое время она облегчает планирование в данной фирме и в тех предприятиях, которым она продаёт свою продукцию.

Этот механизм контроля гораздо более важен, чем сам уровень цен, на котором он осуществляется. В 1964 году главные автомобильные компании получили прибыли, которые составили от 5 до более чем 10 процентов суммы продаж. Крах системы цен и угроза доходам исключались при любом уровне прибыли. Планирование было возможно на любом уровне дохода. Все компании могли функционировать. Но ни одна из них не могла бы функционировать успешно, если бы цены на стандартную модель колебались от 1750 до 3500 долларов в зависимости от прихоти и реакции на вводимые новшества, причём цены на сталь, стекло, пластики, краски, покрышки, сборочные узлы и ставки заработной платы колебались бы в тех же пределах.

5

Уровень цен, однако, имеет известное значение. И время от времени в виде реакции на существенные изменения в издержках производства — особенно в тех случаях, когда перезаключение договора о ставках заработной платы воспринимается как сигнал всеми предприятиями отрасли, — цены должны изменяться.

Установленные таким образом цены отражают тот факт, что техноструктура привержена цели расширения или роста. Они представляют собой компромисс между двумя противоречащими друг другу предпосылками такого роста. Необходимость расширять продажи, что является обязательным условием роста, обычно диктует установление низких цен. В то же самое время в зависимости от колебаний издержек производства, спроса и проблем регулирования спроса потребность в прибыли для финансирования роста делает предпочтительными более высокие цены. Твердых правил на этот счёт не существует. Представляется вероятным, что наиболее часто цена фиксируется на уровне, который обеспечивает установленные платежи акционерам и покрывает инвестиционные потребности (с некоторым «запасом прочности») для расширения операций, возможного при этой цене 2. Но это в лучшем случае только вероятность. Априори не существует причины, по которой политика, проводимая любыми двумя развитыми корпорациями, была бы одинаковой, ибо нет оснований предполагать, что цели или степень приверженности целям будут одинаковыми в любых двух случаях. Далее, крупные компании во все возрастающей мере будут иметь дела с другими крупными компаниями. Крупные масштабы деятельности и сопутствующая им власть в одной отрасли приводят к тем же результатам в другой отрасли. В этих условиях цены не отражают независимое суждение компании относительно того, что ей требуется, а являются результатом соглашения между предприятиями 3.

И, хотя такая политика ещё не пользуется формальным признанием — здесь мы встречаемся ещё с одним примером глубокого расхождения между практикой и принципом, — ценообразование в условиях индустриальной системы также подчиняется потребности общества в стабильности цен и устойчивых соотношениях между ценами и ставками заработной платы 4.

6

Если контроль над ценами рассматривать под углом зрения того, что он направлен на обеспечение безопасности для техноструктуры и что он также отвечает цели роста и (а это далеко не случайно) одновременно обеспечивает устойчивую базу для плановых решений, то нет ничего удивительного в том, что он фактически не подпадает под действие антитрестовских законов. Было бы удивительнее, если бы он подвергался нападкам.

Это очень несправедливо, что свободой действия пользуются те, кто добился сильных позиций на рынке, а не те, кто, будучи намного слабее, старается с помощью слияния или сговора укрепить свои позиции. В справедливом обществе такие аномалии при проведении законов в жизнь, несомненно, не имели бы места.

Но, возможно, было бы ошибочно преждевременно призывать к их ликвидации. Ибо, когда придёт время пересмотра законов, надо будет полностью отдавать себе отчёт в том, что антитрестовские законы были приняты с целью оградить власть рынка от покушений со стороны тех, кто мог бы поставить рынок на службу монополии.

Между тем произошло нечто совсем другое. Развитая корпорация захватила контроль над рынком, и не только над ценами, но также над тем, что покупается не во имя монополии, а для целей планирования. Для того чтобы осуществить планирование, необходимы контролируемые цены. А само планирование внутренне присуще индустриальной системе. Из этого следует, что антитрестовские законы, с помощью которых стремились сохранить рынок, являются анахронизмом в условиях промышленного планирования. Однако с реформами антитрестовских законов следует повременить до тех пор, пока эти явления не будут полностью осознаны.

Попутно следует отметить, что этот процесс будет развиваться таким образом, который вполне можно предсказать. Энтузиасты рынка и сторонники антитрестовских законов не лишены интеллектуальных привязанностей и даже страстей. Они энергично, а иногда с возмущением отводят упреки в том, что эти законы в значительной мере противоречат современной действительности. Они обратят внимание на то, что эти вопросы поднимались уже раньше людьми, которые имели поверхностное представление о данной проблеме, а иногда и теми, кто имел особые основания добиваться того, чтобы законы на них не распространялись. В целом голоса сторонников этих законов будут слышны громче всего. Но факты не на их стороне. И, как всегда, факты возьмут свое. После продолжительной дискуссии в один прекрасный день законы будут формально приведены в соответствие с действительностью. Между тем условности, благодаря которым они существуют, но не проводятся в жизнь, отнюдь не являются невыносимыми.

Приме­чания:
  1. Даже современное сельское хозяйство, несмотря на то что оно находится вне индустриальной системы, не может эффективно приспособиться к резким изменениям цен, и во всех странах с высокоразвитым сельским хозяйством наблюдается тенденция к планированию в этой отрасли вплоть до установления систем контроля над ценами. Это прямой результат применения передовой техники и постоянного увеличения капитальных затрат. В результате того, что фермеры продают по гарантированным ценам и соответственно имеют возможность осуществлять планирование, значительно возросли их вложения в новый капитал и технику (что наиболее заметно в США). Ещё один результат — рост производительности в последние годы, темпы которого были намного выше в сельском хозяйстве, чем в промышленности Однако, поскольку фермеры многочисленны, невозможно предположить, что регулированием цен будет заниматься не государство, а кто-либо ещё, как это имеет место в индустриальной системе. Оно должно осуществляться государством. Иллюзия контроля над предприятием со стороны рынка настолько живуча, что регулирование цен, которое нельзя утаить, ещё не признано всеми экономистами, даже теми, кто превозносит достижения сельского хозяйства. Экономисты считают, что практика фиксирования цен ведёт к неправильному использованию ресурсов и тем самым является причиной неэффективности. Но они игнорируют то, что фиксирование цен делает возможным внедрение прогрессивной технологии и использование более высоких капитальных затрат, что позволяет значительно повысить производительность.
  2. Существует опасность того, что будет отмечена лишь односторонняя причинная связь. Издавна считали, что цены — это поддающийся приспособлению инструмент экономической политики, тогда как заработная плата, например, не является таковым. Но когда контроль над ценами и их стабильность становятся самоцелью, тогда приспосабливаются не цены, а другие величины приспосабливаются к уровню цен. Цены могут и не устанавливаться на уровне, обеспечивающем максимальный рост, который можно финансировать за счёт инвестиций. Скорее, после удовлетворения акционеров объём инвестиций определяется, по крайней мере в краткосрочном аспекте, прибылью, получаемой при данном уровне цен. См.: John R. Meyer and Edwin Kuh, The Investment Decision, «Harvard Economic Studies», СII, Cambridge, 1957.
  3. Это явление я подробно рассмотрел в книге: «American Capitalism: The Concept of Countervailing Power», Boston, Houghton, 1956.
  4. См. ниже, гл. XXII.
Содержание
Новые произведения
Популярные произведения